Любовь Александровна Яковлева из Советской Гавани с весны начала беспокоиться, как собрать внука Диму в школу. Он идет в седьмой класс, но за лето вымахал так, что и костюм новый покупать пришлось, и рубашки, и ботинки, и спортивную форму. К тому же рюкзак совсем поистрепался, а еще нужны учебники и канцелярские товары.

Три месяца ходила по магазинам, прикидывала: хотелось, чтобы вещи не хуже, чем у других, были, но и не по запредельной цене. Димка бабушку пожалел и летом устроился на рынок грузчиком, а к осени сам купил себе часть школьных принадлежностей. Как ни старалась Любовь Александровна экономить, но сборы в школу в копеечку влетели: за все пришлось выложить больше 10 тысяч рублей.
И что, казалось бы, здесь такого? Обычное дело: каждый родитель, собирая ребенка в школу, хватается за голову. Но семья Яковлевых-Филиных не совсем обычная. Любовь Александровна, которой седьмой десяток, вот уже 12 лет одна растит четырех внуков.
Сборы в школу для нее - привычное занятие. Было время, когда собирать приходилось всех детей. Сейчас вот только Димка остался. Маша работает. Саша второй год учится на автомеханика. Семен решил идти в ПТУ на матроса. Принял решение сам.
- В школе мы все учились неплохо, - говорит Сема. - Но никто не стал заканчивать одиннадцать классов. Мы бабушку жалеем, ей тяжело приходится. В училище же полное гособеспечение, паек каждый месяц, кормят обедами. Вот одежда… «Опекунских» хватает лишь на питание. Я все лето работал в ремонтной бригаде, чтобы купить себе вещи. Через три года закончу училище и не буду висеть у бабушки на шее. Это нам она постоянно говорит, что здоровая, а на самом деле тайком в больницу бегает. С работой, думаю, проблем не будет. У нас много частников, которые набирают матросов, а я одновременно получаю и водительские права.
Родители детей лишены родительских прав. Дочь Любови Александровны хорошей девочкой росла, правильной. Но после замужества жизнь пошла наперекосяк. Муж стал пить, и она за компанию. Сначала пили с друзьями по выходным, а потом вдвоем каждый день. Детишки, понятное дело, сами по себе: грязные, голодные. У Яковлевой волосы дыбом вставали, когда к дочери приходила. Отмоет, накормит внуков, Ирину по полной программе отчитает, а что толку? Материнские нотации на нее совершенно не действовали. Тогда Любовь Александровна перебралась к дочери жить, чтобы детишки под присмотром были. К себе забрать не могла: жила в комнате с подселением.
- Мне с мужем не повезло. Росла в многодетной семье и вышла замуж совсем девчонкой. И ведь видела, что муженек у меня к рюмочке любит прикладываться, но закрыла на это глаза. Думала, перевоспитаю. Не получилось. Промучились с ним, родили двух дочерей да разбежались. А квартиру разменяли так, что мне эта комнатушка досталась.
Поселилась у дочери, а на душе спокойней не стало. Весь день на работе, а дома кураж на полную катушку. Приходит - дети зареванные. Все шло к тому, чтобы Ирина лишилась родительских прав. В начале девяностых годов с этим было проще. Это сейчас, чтобы отобрать ребенка, нужны очень веские основания. Тот самый крайний случай, когда мать свое дитя истязает до полусмерти. А тогда пришли сотрудницы из отдела опеки несколько раз, увидели одну и ту же удручающую картину: дети без присмотра, и в доме есть нечего, вот и все основания для лишения. Правда, отца сия мера не коснулась. Непонятно почему решили, что не совсем он уж горький пьяница и детей оставлять с ним вроде как можно. Папаша же навалившейся ответственности испугался и исчез из дома не известно куда. Потом выяснилось, что живет он с другой женщиной, образ жизни ведет тот же, а о детях и не вспоминает. Один раз всего приходил, права качал. Но был в таком состоянии, что Яковлевой пришлось его спустить с лестницы.
- Все знали, где он живет и как, а родительских прав не лишали. Из-за этого мне не платили «опекунские». Так по закону положено. Жили на мою пенсию и зарплату. Тяжеловато, конечно, приходилось. Но пять лет назад я добилась, чтобы отца лишили этих прав.
Сейчас Яковлева получает «опекунские» по 3 тысячи 500 рублей на каждого (Маше уже 19 лет и ей денежное пособие не положено. На следующий год не будет получать его и Саша). К тому же Любовь Александровна до сих пор работает уборщицей и получает пенсию.
- Мы не хуже других живем, - считает она. - Я вот работала уборщицей на нефтевышке, и мне неплохо платили. В кредит купила телевизор, видеомагнитофон, холодильник, мягкую мебель, стиральную машинку. А то ведь в доме одни голые стены были. На продуктах стараюсь особо не экономить. И мясо всегда есть, и фрукты. А как же? Детки ведь растут. Каждую субботу даю им на карманные расходы: на мороженое, сок, дискотеку. Одежду на рынке покупаем. И не всегда только самое необходимое. Если уж очень понравится ребенку какая вещь, без которой обойтись можно, выкраиваю деньги на нее. Жалко ведь ребенка-то. Конечно, особых изысков мы себе не позволяем, а думаете, многие позволяют? Денег никогда не бывает много. Даже богатым на что-то не хватает: у них запросы другие.
Материальная помощь Яковлевой не положена. Считается, что коль получает «опекунские», то государство ей больше ничего не должно. А если бы кто-то из родителей не был лишен родительских прав, бабушка и этого бы не имела. Есть еще более неблагополучные семьи, которым помогать надо. Так что, с точки зрения работников соцзащиты, Яковлевой еще крупно повезло. Впрочем, у Любови Александровны и мысли никогда не возникало обращаться за помощью. Бывали времена, когда в доме шаром покати (еще не получала пособие на детей), но выкручивалась как-то, не опускала руки, не оббивала пороги. Закалка с детства осталась. Она ведь самой старшей в многодетной семье была и помогала матери растить младших. Поэтому и в школе недоучилась, пошла работать.
- Вот детишки мои хотят высшее образование. Это меня, конечно, расстраивает, - вздыхает Любовь Александровна. - Обучение в институте я уже не потяну.
Про трудности воспитания Яковлева говорит неохотно. Всякое бывало. А кто сказал, что пожилой женщине будет легко воспитывать четырех детей? Ей же предлагали их в детский дом отдать, боялись, не справится. Человек в возрасте, а вдруг случится что? Яковлева знала, какую ношу на себя взваливает, но про детдом и слышать не хотела.
Сейчас в дом вернулась дочь Ирина. По словам Любови Александровны, вроде как за ум взялась: не пьет, где-то подрабатывает. В социальной защите утверждают обратное: никаких перемен с матерью четырех детей не произошло. Кому верить?
Единственное, что сейчас беспокоит Яковлеву, - квартплата. За двухкомнатную квартиру приходится платить около пяти тысяч рублей. И это с учетом 30-процентной скидки (единственная льгота для многодетной семьи). В Советской Гавани тарифы на порядок выше, чем в Хабаровске. И это ведь не предел. Плата за коммунальные услуги растет с немыслимой скоростью.
- Но я думаю, что наши власти одумаются и что-нибудь изменится, - говорит Любовь Александровна.
Она всегда надеется на лучшее.

Юлия Рудакова.