Недавно вышедший в издательстве «Вагриус» роман Анатолия Наймана «Каблуков» стал сам по себе литературным явлением, но, однако ж, нам, провинциалам, разглядеть подобные «явления» очень трудно.

Поэтому честно признаюсь: заинтересоваться романом заставило его включение в шорт-лист премии «Русский Букер».
Напомним, победителя «РБ» определят в октябре.
Фамилия Найман кажется смутно знакомой. Возможно, потому, что созвучна с Эйдельман и переносит связанные с ней ассоциации на Наймана. На самом деле Анатолий Найман хоть и человек в литературе «свой» - литературный секретарь Ахматовой, широко известный в узких кругах поэт, однако прославился своими мемуарами об Анне Андреевне только в середине 90-х и с тех пор стал плотно писать прозу.
Главный герой романа Каблуков - успешный сценарист. Пишет идущие нарасхват сценарии, сочиняет халтурку на заказ, избегает, как и все творческие люди, контакта с «органами», женат, очень любит свою жену, ни разу ей не изменил, детей, правда, Бог не дал. С молодости сложился круг друзей, московская и питерская интеллигенция - врачи, писатели. Конечно, полного, безоблачного счастья, которое только у дураков бывает, нет, но в целом живут неплохо.
Главная цель в жизни у Каблукова - наблюдение этой самой жизни и как можно более точное ее описание. Желание благородное, но превращающее сценариста в пассивного наблюдателя. Позиция очень удобная: помогает не сделать ошибок и сохранить чистоту души в эпоху тоталитаризма.
Но когда жизнь заставляет из наблюдателя превращаться в деятеля, тут Каблуков робеет и ничего не предпринимает, продолжая по инерции сохранять душевное целомудрие. И эта боязнь вляпаться в переделку, боязнь выглядеть не тем, кем хотелось бы, боязнь взять на себя ответственность за сомнительные (в глазах окружающих) поступки в конце концов приводит к двойной трагедии.
Но это верхний слой романа. На самом деле роман о прошлом, хотя нам сообщают в аннотации, что «повествование охватывает всю жизнь героя, начиная с 50-х годов и заканчивая нашим временем». Не верьте. «Нашего времени» в романе совсем чуть-чуть. «Каблуков» - своего рода эмиграция в тоталитарное прошлое, прошлое, всей мыслящей русской интеллигенцией дружно отвергаемое, но судя по тому, насколько часто к нему возвращаются, так и не отпускаемое. И хотя замысел романа был велик - раскрыть на примере жизни Каблукова всю опасность уступок совести внешним обстоятельствам, однако получилось все больше про диссидентов и режим.
А мы такими темами - внешнего и внутреннего диссидентства, темой саморефлексии еврейской интеллигенции (интересно, что заставляет писателя с фамилией Найман писать роман про сценариста с фамилией Каблуков, который, в свою очередь, всю жизнь пишет сценарий про человека по фамилии Вайнтрауб) - всем этим мы уже давно наелись.
К тому же чтение весьма отягощает неровность повествования - обильные заросли идей, афоризмов сменяются проплешинами банальностей. Местами хочется от восторга схватиться за карандаш и подчеркивать на полях - «вот-вот», «так!», местами перелистываешь «нечитабельные», откровенно претенциозные страницы.
При всем при этом роман ни в коем случае не пустышка - впечатляет и запоминается. Это, чтобы потом не говорили, что вот, мол, очередной Акунин и Коэльо на первых рядах магазинных полок стоят фронтом плечом к плечу, а стоящих романов нет. Есть. И мы его заметили и отметили. А вот читать или нет, решать вам.

Алиса Гусева.