По некоторым данным, контрафактные товары - от аудио- и видеодисков до лекарств - составляют больше половины (а иногда и до 90 процентов) отечественного рынка. Борьба с этим злом как будто набирает обороты «от Москвы до самых до окраин». На днях центральный телеканал рассказал об очередной выявленной в столице «пиратской» видеофирме. А районная газета поведала о возбуждении в городе Амурске Хабаровского края уголовного дела против владельцев магазина «МАГ», торговавшего контрафактными дисками и кассетами.

Вред от пищевых подделок многие потребители ощутили на себе. Поддельные промышленные товары никудышного качества по ценам фирменных также всем знакомы. Но особенно режет глаз «пиратская» видеопродукция. Ее отличительные черты - отвратительное качество изображения и звука, «черные», снятые любительской камерой с экрана, копии. DVD-технология была специально разработана для того, чтобы максимально приблизить видеовариант кинофильма к его оригиналу. А те диски, которыми завалены в крае бесчисленные точки видеоторговли и проката, нельзя сравнить даже с «пиратскими» кассетами недавнего прошлого. Отчего же борьба с подделками не приносит видимых результатов? Корреспондент решил найти ответ на этот вопрос.
В одном из фирменных магазинов Хабаровска диски, похожие на фирменные, открыто соседствуют с откровенно «пиратскими». Спрашиваю молодого обаятельного менеджера: что это значит? Менеджер делает круглые глаза: кто вам сказал, что они «пиратские»; мы об этом понятия не имеем! Примерно тот же ответ довелось услышать в видеоларьках в разных концах города. Неужели их владельцы считают покупателей дураками, вешая им на уши такую очевидную лапшу?! В недоумении корреспондент отправился в УБЭП УВД края.
Начальник оперативно-розыскной части (ОРЧ) по защите потребительского рынка от преступных посягательств и противодействию контрафактной продукции С. Трофимов обрисовал общую картину, и видеопродукция в ней оказалась не на первом месте. Хабаровский рынок переполнен подделками: одежда, бытовая техника, игрушки, алкоголь, лекарства и многое другое. Львиная доля идет из Китая. На китайском рынке не предусмотрены кассовые чеки и товарные накладные, а таможенные правила позволяют провозить большие партии поддельного товара почти беспрепятственно.
Оборот контрафактного китайского рынка огромен и разнообразен. О всякой мелочовке не стоит и говорить. Но вот в Хабаровске появляются большие партии якобы японской бытовой техники китайской сборки. Сотрудники ОРЧ вместе со специалистами заглянули внутрь таких аппаратов. Чего там только не намешано: от подлинных японских деталей до дремучей кустарщины. Понятно, что изготовлена сия техника в подпольных мастерских, но у нас идет за фирменную.
А вот «французская» косметика и парфюмерия польского производства порой неотличимы по качеству от натуральной. Но при проверке выясняется, что изготавливают ее «теневые» дельцы в нарушение всех международных торговых правил и соглашений. Поставляют подделки и из центра России, кое-что производится в крае.
Недавно Хабаровск оказался наводнен контрафактным кофе «Пеле». Сперва подделку было легко распознать по нестандартному оформлению банок. Но «пиратский» рынок чуток и реагирует мгновенно: едва правоохранители взялись за нестандартные банки, как производители буквально через неделю сделали их неотличимыми от настоящих. И, тем не менее, мошенников удалось призвать к ответу. Для этого связались с настоящей зарубежной фирмой-производителем, определили причиненный ей ущерб. Ее представители приезжали в Хабаровск для участия в следственных действиях и очень благодарили здешних милиционеров.
А вот фирма «Рибок», чью продукцию подделывают не реже, от сотрудничества и визита в Хабаровск отказалась по причине… испуга. Дескать, Россия - страна непредсказуемая, а Дальний Восток - и вовсе дикий край, посылать туда цивилизованных западных людей небезопасно. Что ж, хозяин - барин. Это вовсе не значит, что поддельным товарам, оснащенным лейблом «Рибок», «Пума» или «Адидас», в крае зеленая улица. Но возбуждение уголовного дела и определение размеров ущерба во многом зависят именно от фирм-правообладателей. Ведь уголовное преследование возможно, если доказан ущерб не менее 250 тысяч рублей. А определить его сумму без помощи пострадавших бывает нелегко. За этим приходится зачастую обращаться в Москву, в Российское антипиратское общество, созданное для защиты честных предпринимателей.
Чтобы привлечь виновных к ответственности, требуются доказательства. Официально подтвердить подделку может только независимая экспертиза. Экспертно-криминалистический центр (ЭКЦ) УВД края имеет право на ограниченный перечень таких исследований. Чаще приходится привлекать специалистов со стороны. Но организации, способные провести экспертизы, зачастую заламывают такие цены, что милиция оплатить их просто не в состоянии. Доходит до парадоксов. Сам владелец, у которого изъяли сомнительный товар, порой оплачивает такое исследование - если уверен, что товар подлинный. Но нередко выясняется, что продавец добросовестно заблуждался. А уж если кто умышленно торгует подделками, проблема еще сложней. Ведь необходимо доказать преступный умысел.
Тут-то и раскрылась загадка ответов, которые получал корреспондент от продавцов «пиратской» видеопродукции. Оказывается, это весьма распространенная тактика. Хозяин товара «на голубом глазу» заявляет в суде, что представления не имел, будто покупает у оптового поставщика контрафакт. Существующие правила оформления торговых сделок позволяют легко обойти в документах вопрос о происхождении товара. А презумпция невиновности на стороне обвиняемого.
Судебная практика рассмотрения административных протоколов и уголовных дел на видеопиратов - отдельная тема. Оперуполномоченный ОРЧ Е. Смаглюк рассказал, что за год оформил около 200 протоколов за торговлю видеоподделками. А в суде по ним понесла наказание едва одна десятая часть нарушителей. Быть может, протоколы были составлены неграмотно или необоснованно? Отнюдь. Главный аргумент защиты - предприниматели «не знали», что продают контрафактный товар, - срабатывает безотказно.
Закон однозначно предусматривает, что в случае доказанности торговли контрафактом изъятая продукция либо уничтожается, либо передается правообладателю. Поскольку кинокорпорации «Парамаунт» или «Коламбия» вряд ли отрядят к нам транспорты за жуткими копиями своих фильмов, диски и кассеты положено уничтожать. Но, случается, суды, даже признав торговца виновным в умышленной продаже подделок, постановляют… вернуть ему изъятый незаконный товар. (Правовое обоснование этому найти сложно.) И он благополучно вновь поступает в продажу.
Согласно одному из постановлений пленума Верховного суда РФ, «пиратским» может считаться любой диск, на котором записано более одного фильма («пираты» втискивают до полутора десятков картин.) Таких юридических тонкостей торговцы могут и не знать. Однако трудно не заметить других самоочевидных признаков «пиратства». Это отсутствие номера лицензии, голограммы или других реквизитов изготовителя на обложке; изображение темное, идущее «кубиками», урезанное черными «каше» до такой степени, что на крупных планах видны только нос и рот персонажей (для экономии места на диске); звук и близко не похожий на «долби». Но «сказочка» про «ничего не видел, ничего не знал» зачастую убеждает судей больше, чем обоснованные аргументы правоохранителей.
Недавно в ток-шоу на центральном телеканале представитель уважаемой правой партии, обличавший видеопиратство, заявил: дескать, видео - не предмет первой необходимости. Высокопросвещенный партиец, похоже, запамятовал древнюю формулу народного счастья: хлеба и зрелищ! Хлеба в России всё же хватает. А вот со зрелищами, особенно в провинции, случается дефицит. И даже не из-за отсутствия оных, а потому, что билеты на концерты «звезд» далеко не всем по карману. Кинотеатры большей частью посещает молодежь. Ведь не каждому нравится смотреть фильм под непрерывное пение «мобильников», хруст попкорна и громкие разговоры. Домашнее видео прочно вошло в нашу жизнь. Оттого и видео-продукция столь широко востребована. Но на видеорынке, как некогда на флибустьерских морях, «пираты» имеют безоговорочный перевес.
Заместитель начальника ОРЧ А. Леонов полагает, что, в отличие от торговли прочими подделками, порядок на видеорынке установить несложно. Достаточно ввести лицензирование такой торговли, а в условиях лицензии предусмотреть знание предпринимателями и персоналом вышеупомянутых незамысловатых признаков контрафактности. В случае выявления торговли подделками лицензия должна изыматься, а торговля автоматически прекращаться. Но подобное лицензирование у нас не предусмотрено.
Основные поставщики «пиратских» дисков и кассет обосновались в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и других крупных городах России. Добраться до них хабаровским правоохранителям непросто. (Тем более, что, по имеющимся данным, «пиратские» диски нередко производятся там же, где и лицензионные.) В край приходят отдельно диски на штифтах и обложки к ним. А пластмассовые боксы - не дефицит. Местные видеоторговцы нанимают бабушек-пенсионерок, которые собирают «товар» воедино. Платят им по 20 рублей за штуку. Общая себестоимость «пиратского» диска около 50 рублей. Розничные цены колеблются от 100 до 200 рублей. Не трудно представить, какие прибыли приносит такая коммерция.
Но и в Хабаровске есть свои умельцы по изготовлению контрафактных дисков. Один такой цех недавно накрыли сотрудники ОРЧ. Но ситуация обернулась неожиданно. В суде адвокаты заявили, что диски их подзащитные изготавливали не для продажи, а «для себя и для друзей», факт торговли не доказан. А огромная партия изъятых поддельных дисков не поступила в продажу (потому что не успела. - К. П.), значит, не может служить вещественным доказательством. Суд согласился с такими «неопровержимыми» доводами защиты.
Несмотря ни на что, борьба с подделками приносит свои результаты. За девять месяцев нынешнего года подразделениями ОБЭП только по линии видеопродукции проверено 109 торговых точек, выявлено более 60 административных правонарушений, изъято контрафактного оборудования более чем на 1400000 рублей. По соответствующим статьям УК РФ возбуждено свыше 170 уголовных дел, из них 155 направлены в суды.
Но одними милицейскими мерами проблему не решить. По мнению замначальника ОРЧ Леонова, корни распространения подделок кроются в экономической сфере. Торговать контрафактной продукцией выгодно. Но потребитель все реже склонен покупать дрянные вещи даже за дёшево. Что же касается видеопиратства, здесь положение несколько иное. Качественный лицензионный диск с одним фильмом стоит от 200 до 400 рублей, а порой и гораздо дороже. Один фильм на «пиратском» диске, содержащем более десятка картин, обходится потребителю рублей в 10-15. Такой конкуренции никакая фирменная продукция выдержать не может. Ведь спрос определяется покупательной способностью населения. А у большинства ее хватает только на «видеосамопал». Выход здесь один: снижать стоимость лицензионной продукции, цена которой на рынке неимоверно завышена, до тех самых «пиратских» цен. (Стоимость простенького DVD-проигрывателя сегодня соотносима с ценой полудюжины лицензионных дисков.) Тогда желающих отдать предпочтение качеству найдется гораздо больше. И этот способ применим к любому виду торговли, вынужденной конкурировать с контрафактом. Ведь на пути от производителя к потребителю цены на большинство «правильных» товаров у нас «накручиваются» в разы.

Кирилл ПАРТЫКА.