- Ничего я уже не хочу в этой жизни, ни ребенка, ни жить!.. Я понимала, что Люба это в сердцах, от обиды и бессилия говорит. Не причинит она вреда своему ребенку, которого ждала 15 лет и родила уже зрелой женщиной, вопреки уговорам матери своей и отца ребенка. Хотя можно ли называть отцом человека, который и не видел-то дочь свою никогда. А в свидетельстве о рождении на месте его фамилии и имени - прочерк.

Бег по кругу
Но что же должно было произойти, чтобы вот такие страшные мысли пришли в голову молодой женщине? Еще неделю назад она была полна оптимизма: «Ничего, мир не без добрых людей - выживем. Подниму свою Яну! Вы посмотрите, какая она у меня смышленая. Мне бы только ее в детсад устроить, а там и работа будет... Я все могу. Я же работаю всю жизнь...» Она и сейчас работает. Только денег за это не получает, потому что рассчитываются с ней работодатели возможностью проживать в квартире с больной женщиной, за которой она и ухаживает.
Но, оказывается, самое трудное - это не работа по десять часов в сутки на хозяйку, которая «куда пошлет», это не ночи бессонные возле больного ребенка, это не пустой холодильник и не дорога пешком с ребенком на руках через весь город, потому что все деньги уходят на оплату подруги-няньки.
Самое страшное - услышать: «Ваши проблемы! Думать надо было, когда решила рожать - никто вам ничего не обязан. И никакой мне закон не указ. Я сама здесь закон!». Самое горькое - осознать, что никому ни ты, ни твой ребенок в этой жизни, в этом чужом городе не нужен. Ни матери твоей, а ребенку бабушке, ни работодателям, несмотря на сотни вакансий, ни «слугам народа». А ты ведь ничего не просишь даром. Готова за все платить. Только бы появилась возможность заработать эти самые денежные знаки, без которых нынче ни жилья не найдешь, ни в больницу не сходишь, ни ребенка в сад не соберешь. А ведь еще чем-то питаться надо, дочку кормить - ей витамины, говорят, нужны, вещи к зиме теплые. А они, вещи эти, вот напасть какая, не успел оглянуться - уже «не лезут».
Но словно круг заколдованный: нет работы - нет жилья, нет жилья - нет детского сада, нет детского сада - нет работы. Можно пойти работать в детский сад, тогда и ребенка твоего возьмут, несмотря на отсутствие мест. Но попробовал кто-нибудь прожить месяц с ребенком на неполные три тысячи? А из них надо еще заплатить за детсад, за жилье. Как прожить, когда знаешь, что помощи ждать неоткуда. Прожить, когда ребенку еще и двух лет нет, и потому даже подъезды убирать, дворы мести не сможешь - «не с кем Яну оставить». Да, подруга не отказывается помочь, присмотреть за девочкой, только просит за каждый час 35 рублей.
Кушайте - не обляпайтесь
Хотя, наверное, не одна Люба Шестопалова оказалась в такой ситуации. Едва ли не каждый четвертый ребенок в крае (22,8%) воспитывается в неполной семье. Причем число это с каждым годом растет. При сокращении общей численности детей (на 6 тысяч по сравнению с 2002 годом) число деток в неполных семьях возросло почти на 4 тысячи. И неважно, почему семья стала неполной. То ли родители не «сошлись характерами», то ли трагедия в семье произошла. Важно, что деток этих поднимать придется теперь одному родителю. Но если в этих случаях есть надежда на алименты или пособие в связи с потерей кормильца, то вот одиноким матерям приходится надеяться только на близких людей да уповать на помощь государства.
Государство и не отказывает в помощи. Аж в два раза увеличено пособие на ребенка, которого женщина решилась родить и воспитывать без отца. 200% от обычной нормы - кажется немало! Только непосвященный может так подумать, поскольку норма эта не равна ни размеру средней заработной платы, ни даже определенному законом минимальному размеру оплаты труда. 84 рублика отстегивается каждому ребеночку, не достигшему 18 лет. И эта сумма остается неизменной вот уже десяток лет. А говорят, в стране стабильности нет. Получить «детские» можно при условии, что как раз этих денег и не хватает для воспитания и питания, и родители не поленились собрать справки, выстоять очередь и подать заявление в органы социальной защиты населения. Теперь можете умиляться «щедрости» государства - ведь на ребенка в неполной семье приходится целых 168 рублей!
Женщин с малыми детьми работодатели не очень-то жаждут обеспечить работой. А потому понятно, что в меню этой маленькой семьи будет разве что полбуханки хлеба да вода из колонки на улице, потому как о содержании хоть какого-нибудь жилья на такие суммы говорить уже не приходится. Да и как можно работать, если ребенка оставить не с кем? Если на ту самую вторую опору - поддержку родных, рассчитывать не приходится. Та же бабушка Яны занята оформлением опеки над чужими детьми-сиротами. За них, по крайней мере, деньги платят. А что внучка? Какой с нее прок?
А если оформить ребенка в детский сад? Ведь закон об образовании и предусмотрел наличие детских дошкольных учреждений, дабы оказывать помощь родителям. Но не все так гладко, как на бумаге. Нет в том поселке Свечино, где Люба прописана, ни работы, ни детских садов. А в Хабаровске, где есть работа, таких, как она, не очень-то ждут. Ни тебе прописки, ни даже жилья.
Как сообщили в министерстве образования Хабаровского края, на 1 сентября нынешнего года за стенами детских дошкольных учреждений осталось почти 4 тысячи детей. Только в Хабаровске их 3244.
На добрых людей надейся, но рассчитывай на себя
Вот подойдет очередь - получит Яна место в детском саду. И, как выяснилось, совсем не помеха, что мама не имеет городской прописки. Главная причина - очередь.
А пока очередь идет, что Любе и таким же, как она, матерям одиноким делать? На что жить? Как ребенка растить, кормить, развивать? Может, последовать совету знающих людей да отказаться от своего ребенка? Мало ли таких сирот теперь. Отказ мамочки от своей крохи в родильном еще доме теперь и не ЧП вовсе. Ну прибавится еще Яна. А чиновникам прибавится забота: как еще и этого ребенка пристроить в семью? Или бабушка сможет оформить на внучку опеку и получать свои «опекунские». А это вам не 168 рублей. На эти деньги в деревне можно жить, не работая больше нигде. Но вот восстает все внутри против такого решения. «Как я откажусь от своей девочки, как сделаю ее сиротой? Я сама не знала до 12 лет материнской ласки, не желаю этого дочери».
Слушаешь историю жизни этой женщины, и словно кто-то толкает задать вопрос:
- А на что же ты надеялась, когда рожала, о чем думала? Ведь желание желанием, но и ответственность за судьбу ребенка должна быть не на последнем месте.
- В жизни всякое было. Был муж. Не было детей. Может, потому и не сложилась семья - разошлись. И вот уже за тридцать, и словно смилостивился Всевышний. И тогда решила - «последний шанс». Да, надеялась на родных, на маму, что поможет - присмотрит за внучкой, пока я на работе буду. Все равно не работает, чужих вон детей воспитывает. А тут не чужие все-таки. Не собиралась я на иждивении сидеть. Выходит, зря надеялась. И жилья меня лишила: «Не рассчитывай - твоего тут ничего нет», и внучка Яна обуза. А что оставалось делать? Решила - мир не без добрых людей.
Это сейчас в отчаянии - никому не нужна!
А тогда, год назад, когда обратилась к добрым людям через газету, со всех концов люди присылали и кроватки, и коляски, и одежду всех размеров. Почитай, полдеревни теперь всем этим пользуется. И органы соцзащиты населения помощь оказывали прошлый год два раза. А в этом году «только раз». И сама на работу устраивалась. Только денег этих не хватало, потому что большая часть их уходила на няню. А ведь еще и жить где-то надо.
И теперь вот совсем безвыходная ситуация. Потому и обратилась в газету. Не милостыню просит, а помочь с устройством на работу, может, кто и откликнется. Ей нужно одно - трудиться, чтобы зарплаты хватало и на жилье, и на няню - на детский сад уже не рассчитывает.
Ну хорошо, понадеялась мамаша на «авось», не рассчитала свои силы. Никто же не застрахован от ошибок. Но почему ребенок должен страдать, расплачиваться за взрослых?
Каждый сам должен решать свои проблемы? Вот каждый и решает их, как может. Кто-то отказывается от ребенка, пополняя число сирот. А кто-то, как та мать из Брянска, продает свою дочь и тем самым решает сразу проблему «лишнего рта» и финансовую.
А еще есть выход - загулять, запить горькую, чтобы вообще забыть обо всех проблемах. Вот тогда ребенок попадет в поле заботы органов социальной защиты. В прошлом году на оказание социальной помощи семьям, имеющим несовершеннолетних детей, край израсходовал 585,5 млн. рублей. Часть этой суммы пошла и на выплату материальной помощи вот таким одиноким матерям. Но эти выплаты матерям-одиночкам в краевой программе не предусмотрены, как обязательные. Есть деньги - выплатим, если сочтем нужным, нет - никто не вправе и требовать. Законодательством социальные льготы и гарантии одиноким матерям не предусмотрены. И не надо на них рассчитывать.
И все-таки мир действительно не без добрых людей. Вчера Люба позвонила и счастливым голосом сообщила: «Представляете, мне выдали путевку в детский сад! Я же теперь все проблемы решу!»
В министерстве образовании края рассказали, что когда встретились с этой женщиной, увидели ее глаза, полные боли за своего ребенка, поняли, что она ради ребенка пойдет на все, - решили помочь. «Исключительный случай. Таким людям можно и нужно помогать, - сказала Антонина Федоровна Дрокина. - Спасибо, что есть такие матери!».
А Яна уже в понедельник пойдет в детский сад. И будет она в группе тридцать первой. Как говорится - в тесноте, да не в обиде.

Тамара Насветова.