Сегодня много говорится о том, что в бедах Амура виноваты сбросы из Сунгари. Но только за последние годы, по сообщениям СМИ, в бассейн реки, а также по его берегам было сброшено и разлито с российской стороны столько нефтепродуктов, что бензол по сравнению с этим горюче-смазочным «коктейлем» - цветочки. Выявлено также, что основными загрязнителями Амура является нефть и продукты ее трансформации.

Есть ли у нас программа действий по утилизации ГСМ? Известны ли хозяева «черного мусора»?

А. Попцов. Хабаровск.

- Это нефтезаводы и базы, автотранспортные предприятия и другие, - прокомментировал ситуацию начальник отдела обращения с отходами и вторичными ресурсами управления охраны окружающей среды министерства природных ресурсов Хабаровского края Александр Макаров.
Самые масштабные разливы нефти, по его словам, происходят между поселками Лазарево и Де-Кастри. Из-за аварий на нефтепроводе Оха - Комсомольск на Нижнем Амуре не утилизированными остаются около 5 тысяч квадратных метров грунтов. Общая сумма ущерба одного такого разлива в зоне реки Нигирь составляет 319 миллионов рублей. Всего же в бассейне Амура, а также на побережье Охотского и Японского морей находятся 39 крупных объектов, представляющих потенциальную опасность.
- Но скрытые «черные» пятна выявить затруднительно. Абсолютное большинство нефтехранилищ не оборудованы пунктами наблюдений за состоянием зоны аэрации и подземными водами, - говорит Александр Макаров.
В Хабаровске и Комсомольске это резервуары отходов перерабатывающих заводов (в краевом центре очаг загрязнения нефтью лежит в ложе бывшего ручья Курча Мурча), а также «утечки» отработанного машинного масла от частного автотранспорта. Опасность представляют карьеры кислых гудронов в окрестностях Матвеевки.
Если сегодня сбор и переработка «нефтемусора» не перекрывает объемы утечек, то можно ли навести порядок?
- Проблема настолько остра, что губернатором края было принято постановление о ликвидации аварийных разливов нефти. Кроме этого работает целевая программа «Отходы», ее реализация рассчитана до 2011 года. Есть и концепция: не сжигать то, что можно переработать, и не захоранивать то, что можно сжечь. В ходе рейдов выявлено 82 нарушения на предприятиях АЗС, автомойках и других, со «штрафников» собрано около 300 тысяч рублей. Но это - капля в море, - посетовал Александр Макаров.
Кардинально изменит ситуацию постановление об экологической безопасности при обращении с нефтеотходами и нефтешламами. Оно готовится в правительстве края. Эта мера должна воздействовать на автомобилистов, чтобы они сдавали масло на приемные пункты, а предприятия отчитывались за каждый литр ГСМ. Также будет ужесточено наказание за «левые» сливы.
Однако прошедшие недавно учения ГО и ЧС по ликвидации аварийных утечек нефти показали, что в крае остро недостаёт специализированной техники, бонов, сорбентов (везем их издалека), термических утилизаторов нефтеотходов и т.д.
Как считают в природоохранном ведомстве, проблема может быть снята, если сорбент производить из местных материалов. Его, к примеру, можно изготовить из сырья бывшего Хорского гидролизного завода - лигнина.
Сколько все-таки у нас «черного» мусора?
По данным МПР, в крае накоплено свыше 80 тысяч тонн нефтеотходов, объём которых ежегодно увеличивается на 8-9 тысяч тонн. Явных загрязненных ГСМ почв у нас более 36 квадратных километров. Это по самым скромным подсчетам. Кроме этого, свою «ложку дегтя» вносит сброс загрязненных вод. Ежегодно более 220 млн. кубометров стекает в Амур безо всякой очистки. Из действующих очистных сооружений лишь шесть соответствуют санитарным нормам. Более-менее очищенными в бассейн реки попадает 2,2 процента стоков.
Вот и судите, почему вода пахнет... керосином.

Александр САВЧЕНКО.