Почти год назад в селе Троицком Нанайского района милиционеры арестовали членов организованной преступной группировки, которая несколько лет терроризировала местных жителей. В феврале 2005 года Хабаровский краевой суд принял к рассмотрению уголовное дело в отношении 18 человек, на счету у которых 44 преступления. Основным же обвинением, предъявленным «бригаде», была организация преступного сообщества. Наша газета в марте прошлого года писала об этом деле в общих чертах, так как говорить о его подробностях можно по закону только после приговора суда.

Потерпевшие боятся - преступность правит бал
В декабре 2005 года суд вынес в отношении бандитов обвинительный приговор. А хабаровские милиционеры прославились на всю Россию. Дело в том, что за всю историю существования в Уголовном кодексе РФ статьи 210 по всей стране в разное время возбуждалось более 700 дел в отношении так называемых бандитских группировок. Однако доказать в суде организацию преступных сообществ удалось лишь в 15 случаях.
Милиционеры говорят, что «провальными» в суде такие уголовные дела бывают, как правило, по двум причинам. Во-первых, члены группировок на допросах у следователей начисто отрицают свою принадлежность к «банде» и берут на себя всю ответственность за совершенное преступление. И потому, что для «одиночек» закон предполагает менее суровое наказание. И потому, что тех, кто следует этим неписаным законам, «братва» обеспечивает хорошими адвокатами, а после организует беспрерывный поток передач в СИЗО и колонию.
Во-вторых, сами потерпевшие от деятельности организованной преступности очень неохотно идут на контакт с милиционерами.
Понять предпринимателей, вынужденных отстегивать «крыше» ежемесячное содержание, несложно. Так называемый рэкет существует в России с тех самых пор, как появились первые коммерческие палатки. Чем заканчивались попытки предпринимателей справиться с помощью правоохранительных органов с «братками», и вспоминать страшно: пожар, избиение или ограбление - самое мягкое наказание, следовавшее после «заявы в ментовку». Вспомните времена, когда россияне настолько разуверились в милиции, что обращаться за защитой к бандитам стало обыденностью. Поругавшиеся из-за мусорного ведра соседки ходили искать «правды» у какого-нибудь бывшего зэка Сиропа.
К счастью, очень скоро стало понятно, что разруливать дела с помощью преступников себе дороже. Ходоки к преступникам, получая желаемую защиту, тут же попадали в «благодарственную» кабалу, а нередко и сами были вынуждены становиться на преступную стезю. Поэтому многие предпочитали молча терпеть деяния членов группировок, не предпринимая, в сущности, никаких мер.
Картина, которую рисуют правоохранители, более чем ясна: бандиты нипочем не желают сознаваться, что они - группа, и потерпевшие, опасаясь мести, отказываются писать заявления, подтверждающие ее наличие. Что прикажете делать?
Вы скажете, что у современных сыщиков должны быть средства и методы, чтобы молчание одной стороны и страх другой не превращались в непреодолимое препятствие на пути раскрытия преступлений. Не так давно в России появился даже закон о защите свидетелей и потерпевших, позволяющий инкогнито получать необходимые официальные сведения, так нужные следствию. Но, к сожалению, из-за банального отсутствия финансов закон этот все еще остается на бумаге. По этой же причине, видимо, нет у наших милиционеров и современных технических средств, позволяющих собирать доказательства.
И вроде, с одной стороны, при таких обстоятельствах хабаровские милиционеры вправе гордиться проделанной работой по ликвидации «общака». А с другой стороны, помпезность, с которой высокое московское начальство бравирует выполненной работой, отдает душком.
Вдумайтесь: информация о том, что на территории Нанайского района существует организованное преступное сообщество, появилась у милиционеров еще в 2001 году. К моменту ликвидации щупальца банды разрослись по всему району настолько, что у местных обывателей успела сформироваться соответствующая психология. Взрослые попросту смирились с властью бандитов как с неизбежностью. Но самое главное, что за эти годы «братва» успела так заразить своей идеологией подростков, что для многих и сегодня оказаться в членах «общака» - предел мечтаний. Кто может поручиться за то, что завтра эти мальчишки не займут место тех, кто сейчас в колонии?
А ведь и среди осужденных членов группировки есть несовершеннолетние. Спохватись или раскачайся милиция раньше, эти парни, скорее всего, не успели бы соскользнуть на преступную дорожку.
Пайка для зэков на школьные гроши
Задержание членов группировки в селе Троицком происходило как в настоящем боевике. В тот день местную гостиницу под видом обычных постояльцев оккупировали представители краевых силовых структур, видимо надеясь, что об их приезде в Троицкое те, по чью душу они прибыли, не догадаются. Увы, слухами наша земля полнится порой лучше, чем влагой ливневых дождей. На рассвете следующего дня полыхнули две милицейские иномарки, припаркованные возле гостиницы. По селу расползлись слухи, что «смотрящий» по кличке Репа и его соратники просто так не сдадутся, люди притаились в ожидании военных действий. Позже информация подтвердилась, выяснилось, что бандиты действительно были готовы расстрелять хабаровских гостей. К счастью, кровопролитие удалось предотвратить, члены группировки были задержаны. Главарю же ненадолго удалось скрыться в краевом центре, взяли его в одной из городских больниц, куда он пришел полечиться.
Судебный процесс над 18 членами группировки длился почти год, что не удивительно, учитывая количество противоправных эпизодов, инкриминируемых подсудимым. Поскольку разбирательство шло при закрытых дверях, мы решили побывать в Троицком, надеясь услышать от людей, как им жилось в то время, пока милиция собирала материалы, позволившие «накрыть» всю шайку-лейку одним махом. Увы, оказалось, что селяне не только не вздыхают облегченно от свершившегося факта, но и разговаривают с посторонними о том, что творили бандиты, с большой неохотой. Даже тогда, когда Репа и компания оказались на скамье подсудимых, люди еще не верили в то, что они не вернутся в скором времени назад.
А вот у местных милиционеров информации о происходящем несколько лет в районе - хоть роман пиши. Точной даты создания «общака», конечно, установить невозможно. Есть информация, что организовался он в Нанайском районе с подачи криминальных лидеров соседнего Комсомольского района, где подобная группировка уже давно имела размах и силу. Первоначально лидерами сообщества были Алексей Бурмистров и некий товарищ по кличке Интеллигент. Оба бывалые сидельцы. Первоначальной целью бывших зэков было привлечение в свои ряды молодых сильных парней, готовых идти на преступление. И сделать это оказалось проще простого. В любой российской деревне достаточно так называемых неблагополучных семей, а соответственно, и никому не нужных, лишенных внимания и заботы детей. Много ли нужно таким мальчишкам? Понимание, соучастие, забота, щедро приправленные идеологией братства, - вот, пожалуй, и все, ради чего подросток будет готов «сунуть голову в петлю». А если прибавить к этому обязательные занятия спортивными единоборствами, «героический» ореол воровской жизни…
Заброшенные родными и близкими подростки со временем превращались в послушных марионеток в руках лидеров группировки. А она представляла собой структуру с четкой системой управления, подчинения. Штаб нанайского «общака» располагался в одном из самых неприметных частных домов. Впрочем, всем жителям села было прекрасно известно, зачем в покосившуюся избушку четко по расписанию, в понедельник и пятницу к 20 часом стекается местная шпана. Не явиться на «стрелку» члены группировки могли только по одной причине - тяжелая болезнь. «Прогулы» по любой другой причине жестоко наказывались. В прочие дни в доме на улице Первомайской всегда оставался дежурный, топил печь, готовил еду, чтобы в любой момент принять нуждающегося в крове «братка».
На сходках бандиты планировали свои действия на всю неделю, делились информацией о том, кто где приглядел то, что плохо лежит, где можно «выставить» квартиру, предпринимателя, с которого можно стрясти «мзду». Окончательное решение о том, кто займется конкретным делом, принимал Интеллигент. А потом, когда он плотно подсел на наркотики и был вынужден уйти с поста «смотрящего», последнее слово всегда оставалось за Владиславом Ревой (кличка Репа), занявшего место отставного лидера. Алексей Бурмистров занимал в криминальной структуре роль наставника, генератора «братских» идей, бухгалтера, осуществлял контроль над членами преступного сообщества в местах лишения свободы.
Надо сказать, что «бригада» в основном промышляла кражами и грабежами, некоторые члены группировки «грешили» торговлей наркотиками. Причем лидеры «общака» жестко следили за тем, чтобы молодежь не скатывалась до более тяжких преступлений. «Мокруха» и прочие тяжкие преступления считались беспределом, за совершение которого члену преступного сообщества светило от своих жестокое наказание.
Все награбленное приносилось в «общак» и делилось. Непосредственным исполнителям доставалась лишь часть добра, прочее уходило в общую кассу, на передачи в СИЗО и колонии. Практиковалась в шайке и иная форма заработка, выдаваемая за благотворительность. Допустим, украдут у человека что-то ценное и ждут, пока тот помечется в поисках возможности вернуть имущество. В милицию, например, сходит. А когда до гражданина начнет доходить, что правоохранители вряд ли его беде помогут, никуда не денется - придет в «общак» на поклон. О правилах этой игры знали в районе все. А куда деваться: так хоть половину стоимости утраченного имущества можно было вернуть. Вторую забирали бандиты, якобы за то, что его нашли.
В общую кассу поступали и деньги, полученные в качестве мзды с предпринимателей. Не брезговали «братки» и школьными копейками.
Все продолжается…
За каждым учебным заведением были закреплены «ответственные», в чьи обязанности входило втягивать в криминальные круги подростков, прочих же детей облагать данью. В прошлом нашем материале мы рассказывали о том, как строили свою деятельность приближенные к нанайскому «общаку» двое воспитанников школы-интерната в поселке Лидога. Подростки вымогали с детей деньги, тех, кто не мог по какой-то причине в строго определенное время рассчитаться, «вгоняли в долги», били. Парней специально подбирали крепких физически, которых подростки боялись. Все это продолжалось не один год, до тех пор, как нам рассказали следователи, пока папа одного из мальчишек не обратился в правоохранительные органы. В конце концов обнаглевших юнцов осудили, правда, получили они условную меру наказания. Суд учел, что подростки были всего лишь исполнителями воли старших товарищей.
Так вот, после той нашей публикации в редакцию «Тихоокеанской звезды» позвонили педагоги интерната. Возмущению преподавателей не было предела. Дело в том, что как только прозвучал приговор в отношении двоих воспитанников, прокуратура Нанайского района обещала провести проверку. Собирались разобраться, почему учителя интерната не забили тревогу по поводу происходящего в детской среде. Хотя заволноваться было от чего. Во время следствия выяснилось, что школьники вели себя явно странно, как будто чего-то боялись. Кроме того, некоторые перестали сдавать деньги на завтраки, мотивируя тем, что забыли попросить рубли у родителей. А некоторые дети пытались даже занять деньги у педагогов. Воспитанники часто приходили на занятия избитыми.
Руководство интерната упрек в «слепоте» восприняло как несправедливость. Журналиста по телефону около 40 минут пытались убедить, что педагоги, что называется, били во все колокола, не раз обращались в милицию, но толку - ноль. Что ж, возможно, все так и было на самом деле. Хотя, если посмотреть правде в глаза, дозваться при большом желании милиционеров можно. Куда они денутся, если будут получать письменные заявления о фактах преступлений? Куда денется участковый, если подобное письмо уйдет на имя начальника УВД Хабаровского края?
И неужели так уж сложно справиться с двумя подростками целому педагогическому коллективу? В конце концов, можно было хотя бы попытаться противостоять бандитам всем миром. Уж, наверное, родители не бросили бы своих детей один на один с «общаковскими» прихвостнями. И сколько у нас еще таких школ, где на повестке дня приоритетными являются вопросы сбора денег с родителей на очередной ремонт, а вопросы морали, безопасности детей и вовсе не обсуждаются.
Главари вернутся нескоро
Со временем члены преступной группировки, видимо, окончательно уверовали в свою безнаказанность. 44 преступления доказаны следствием и судом, причем только за 2004 год было совершено 29 грабежей и краж. До самого момента задержания банды «братва» и понятия не имела, что их делишки числятся у милиционеров в разряде «висяков».
Последней каплей стала кража на одном из предприятий довольно ценного оборудования и изнасилование жительницы села Троицкого. Эти два эпизода, похоже, дали понять милиционерам, что время выжидания и сбора информации прошло. Дальше просто наблюдать за действиями банды стало опасно.
Тем более, что собранной информации вполне хватило на обвинительный приговор по статье 210 УК РФ.
За организацию преступного сообщества и совершение ряда имущественных преступлений В. Рева отправится в колонию строгого режима на 18 лет, В. Бурмистров - на 16 лет. Еще одиннадцать членов «общака» получили сроки от 9 до 15 лет. И только пятеро из 18 подсудимых вернутся на свободу самое большее через 3 года, суд признал их вину только в совершении краж.
Итак, троицкому «общаку» конец. И, похоже, эта победа заставила правоохранителей отважиться на более серьезные дела, например, арест лидеров преступной группировки Комсомольска-на-Амуре, на счету которой дела посолиднее, чем рэкет и вымогательства.

Оксана Омельчук.