«Ну и волну погнали. А шума в прессе…» - те, кто не понаслышке знает, как и чем живет деревня, что творится в сельском хозяйстве, прислушиваются к толковищу вокруг национального проекта по развитию агропромышленного комплекса. В нем три направления: ускоренное развитие животноводства, стимулирование малых форм хозяйствования в АПК и строительство в сельской местности жилья на льготных условиях для привлечения молодых специалистов. Есть еще и приобретение техники по лизингу. В принципе, авторы проекта не ошиблись. Это действительно то, за что надо бы браться, засучив рукава. И незамедлительно.

Однако над кем прольется этот золотой дождь? Соискателей госсубсидий (они будут в форме процентов банковских кредитов, ссуд, которые станут погашаться сельхозпредприятиям, фермерам, кооперативам, владельцам частных подворий и т.д.) в крае уже очередь. Так уверяют работники местного минсельхоза. Частник, по их словам, сможет взять до 300 тысяч рублей. Предпринимателям среднего бизнеса «светит» до трех миллионов. А крупные фирмы, такие, как «Агро-энерго» или АО «Авангард», могут замахнуться и на десятки миллионов рублей кредита. По мысли авторов нацпроекта, он открывает прямой доступ сельхозпроизводителя к деньгам, коих ему недостает. Сработает? Никто не знает. Оператором в нашем регионе в минсельхозе называют Россельхозбанк, но его ближайшее отделение… в Биробиджане. Это что же, туда мотаться, чтобы оформлять кредит на 50-100 или 300 тысяч рублей?
Уже полно скептиков, особенно среди фермеров, крестьян-единоличников образца 90-х годов. Кто-кто, а они - их в крае насчитывают до 700 душ - хлебнули лиха. Так настрадались под опекой государства, ухватившись за землю-неудобье, что не распахали и половины отпущенного клина. О животноводстве, свиноводстве, птицеводстве - отраслях, могущих дать реальную прибыль, - и речи нет: скот порезан, птица изведена. А сам хозяин, мечтавший стать фермером, встал на биржу труда…
К новой затее властей они относятся настороженно. Хотя истины ради замечу и другое: сколькие горе-землепашцы, погнавшись за халявой, прихватив под шумок кредитные ресурсы, так за них и не рассчитались. Кто подался в бега. Кто увлекся более доходным и быстроокупаемым бизнесом «купи-продай». Кто вместо пестования хрюшек, морковки или бульбы стал промышлять… металлоломом, автомобилями. Кто пристрастился к лесозаготовкам. Прямо или косвенно, а они дискредитировали идею фермерского уклада. Таких «примазавшихся» было немало.
Включив в нацпроекты деревню, власть назначила и федерального смотрящего - вице-премьера Дмитрия Медведева. Судя по тому, с какой готовностью и поспешностью проводятся совещания в районах края по созданию новых ассоциаций, куда приглашаются все, кто хотел бы поучаствовать в фермерском замесе-2, поневоле задумываешься: не попахивает ли это очередной кампанейщиной? Скорые, наспех сочиненные рапорты о «проделанной работе» со стороны чиновников вызывают сомнение. Не обернется ли эта поспешность провалом?
А как воспринимают «НЭП»-2006 сами крестьяне? У них-то, у рядовых земледельцев, спросили, что они думают?
Прощай, «потемкинская деревня»
Короба и маленькой тележки не хватило бы, чтобы вместить все прожекты, рожденные на заре российского фермерства. На карте Хабаровского района, допустим, могла появиться целая деревня. Потемкинская. Образцово-показательная, компактная. С петушиными трелями по утрам, где бы вольготно жили кулаки ельцинского формата, как мнилось тогдашним организаторам «райской обители».
Затея не удалась. Последний из 30 единоличников - Владимир Булгаков, сосланный в район села Свечино, к болотным куликам, намерен покинуть многогектарную пустошь, заросшую осиной и березой. Не слышно здесь ни лая собак, ни мычания скотины. Не вьются и дымы над трубами отстроенных халупок. Продает Булгаков добротную ферму, животину, технику… Все, что нажил за полтора десятка лет мытарств.
- Устал... Перспектив не вижу никаких, - признается он, историк по образованию.
Не заметил Владимир Васильевич, как подкралась к нему пенсия и с порога вопросом огорошила: «Что дальше-то?». Может, хватит ревниво вчитываться в книжки о житье-бытье коллег-фермеров из Франции, Голландии, Канады, где сельское хозяйство - опора экономики, где не о «потемкинских деревнях» думают (показуха-то им к чему?), а о них, в первую очередь, о землепашцах. И почему их там ценят? Если уж дают дотацию, то не смешную, как у нас, а долларов по пять в день на коровенку, как, например, во Франции. И попробуй кто из чиновников тронь кровные их интересы. Перекроют любую автостраду в Европе или заполонят с протестами Париж и любую другую столицу. Наши же как были, так и остаются в своих медвежьих углах донкихотами, работающими в режиме выживания. Но и им приходит, кажется, конец. Мало их остается, рыцарей, могущих отстаивать крестьянские приоритеты.
Вот и Булгаков, интеллигент-земледелец, не выдержал, хотя ждал и терпел до последнего. Не столько по зову души, сколько из любопытства он заглянул на последнее фермерское оргсобрание. В администрацию Хабаровского района. Ничего принципиально нового Булгаков, по его признанию, не услышал. Хотя мысль о создании в рамках фермерской ассоциации кредитного и потребительского кооперативов показалась ему здравой. Удручало, что зал-то был почти пустой. Разочаровались, братцы-пахари, порастеряли свой пыл? Было их когда-то за две сотни. А осталось? С гулькин нос. Самые твердокаменные: Веремейчук, Донец, Прилепин, братья Лавреневы… Послушал, порасспрашивал мужиков Булгаков и лишь укрепился в своем решении:
- С фермерством покончено… В ассоциацию и позовут - не пойду…
Наказ отца для братьев Лавреневых
Булгакову в какой-то мере проще: у него в городе квартира. Да и работу всегда можно подыскать. А куда деваться братьям Лавреневым, Петру и Вадиму? Жителям села Тополево. Отец, Геннадий Васильевич, тракторист совхоза им. Ленина, что и напахал за свою жизнь, так копеечную пенсию. Власть за все его крестьянские подвиги в овощном хозяйстве удостоила правом купить автомобиль Луаз в первоочередном порядке. Не густо. Сыновьям, считают они, досталось главное - батины крестьянские гены и земельный пай. Умирая, отец просил, а фактически завещал: «Что бы ни случилось, а землю, ребята, не бросайте»… Они и не бросают. Наказ отца - святое, но они и так видят: земля - приложи к ней руки и голову - и накормит, и напоит, и счет в банке нарастит.
Их гектары у трассы Хабаровск - Комсомольск, ближе к пос. им. Горького. Место удачное. Во-первых, рядом, во-вторых, удобно для сбыта овощей, картофеля. Город под боком, кликни ближе к осени - и за продукцией горожане сами подъедут. Знают, что фермеры цену на свой товар не задирают.
- Это ни к чему. Да и не в наших интересах, - объясняет Петр. - К тому же у нас нет хранилища. Только затеваем…
Для крестьянского хозяйства, для их семейного бюджета объект крайне обременителен. В финансовом отношении. На его строительство не решаются даже госсельхозпредприятия. А за их спиной и бюджет края, минсельхоз с его неубывающим аппаратом и т.д. Но и без хранилища никуда. Продавать осенью все, что вырастил, за бесценок невыгодно, убеждены братья.
В селе к ним относятся по-разному: одни, те, кто позавистливее, считают Лавреневых «хапугами», другие, кто знает цену трудовой копейке, наоборот, поддерживают, даже гордятся, что в Тополево есть такие работяги. Дом-коттедж построили, базу развивают, для хранилища закупили железобетон. И уверены: этим летом семейный объект сдадут в строй. Проект уже есть, осталось с кляузами разобраться.
- Нам бы только не мешали, - почти взмолился брат Вадим. Оказалось, охотников вставить «спицу в фермерское колесо» немало. Сосед, построивший дачу за забором Лавреневых (летное поле Хабаровского аэропорта под боком, странно, что там вообще отводят землю под строительство), требует провести себе дорогу прямиком через землю фермеров. Те пошли на компромисс: сделали соседу объездную трассу. Не унимается: пишет жалобы в район. Комиссия из чиновников, приехав, даже не зашла в крестьянское хозяйство. Лавреневы надеются, что глава района В.А. Алешко вникнет в конфликт и разберется. Им не до свар: весна на носу… Хотя юридическая и прочая защита единоличникам, ох, как не помешала бы. Однако полагаться приходится в основном на себя.
Сеном стали заниматься: косят и продают. Спрос-то есть. Односельчане коз вместо коров стали держать, а клочка зеленого сушеного разнотравья и купить негде. Лавреневы опять же выручают.
- В районную ассоциацию я слабо верю, - откровенничает Петр. - Был на собрании. Они на совете все заранее решили, а нас как бы и припугнули: мол, не вступите - пропадете. Суеты много с этим нацпроектом, а что из денег государства дойдет до нас, до крестьян, неведомо…
Лавреневы последние, кто не сдается.
Почему банкиры в упор не видят единоличников
Вряд ли, думаю, оправдан и вселенский плач по поводу разорения тех фермеров, кто взялся когда-то или берется сейчас не за свое ремесло. Отбор был, есть и будет. Важно другое: земля бы не пустовала. И хозяйство переходило бы законным путем к более надежному работнику. Как это случилось, к примеру, у В.Г. Пака.
Он выкупил фермерские «хоромы» (железнодорожный списанный вагон. - Б.Ф.) и землю у Мица и у Ванчикова, первопроходцев фермерского движения в крае. Я знал обоих, но Мица - больше. Не раз бывали с ним в составе хабаровской делегации в Москве, на съездах фермеров России в 90-х годах. Он и его сподвижники, даже сойдя с дистанции, проложили тропу для последователей. Пусть с ошибками, пусть с огрехами, но они укрепили веру в то, что нашему селу нужны не только частные агрохолдинги и крупные госсельхозфирмы. Ко двору и малые формы хозяйствования. Их ниша, в сущности, никем не занята. Ее за счет двух выходных в неделю пытаются освоить тысячи горожан-дачников, вынужденных обеспечивать свои семьи более качественной сельхозпродукцией, чего государство не делает. В нашем крае это наглядно видно: мы практически приостановили производство овощей в бывших совхозах, все отдано на откуп перекупщикам и поставщикам китайской снеди.
- У меня другие проблемы, - утверждает В.Г. Пак. - У кого взять кредиты. Я завел коров, лошадей. Хочу строить склад, хранилище, сеять зерновые. Но в какой бы банк, фонд ни зашел - везде отказ. О миллионе рублей ссуды и слышать не желают…
Пак, Донец и другие единоличники рассказали удивительные вещи. Имея худо-бедно неплохие обороты, технику, имущество, они даже под их залог не могут в Хабаровске взять приемлемый кредит под нормальные проценты. Банковские клерки, узнав, что они заняты сельским хозяйством, тут же дипломатично прерывают разговор. Ситуация немыслимая в любом другом цивилизованном государстве. В той же Америке, куда уехала дочка В.Г. Пака, выйдя замуж за сына штатовского фермера. Свекор - скотовод и, похоже, процветает. Купил молодняк, откормил и продал. Надо повторить цикл? Зашел в банк, оформил кредит, закупил бычков и опять растит. Ни нервов, ни беготни. Доживем ли мы до этих норм и правил?
Национальный проект, судя по всему, и должен устранить эту зависимость сельских предприимчивых людей от надменных банков. Погасит государство хотя бы проценты кредита - уже подмога. Что выйдет из этой затеи нынешних «кремлевских мечтателей» на переломе реформ не скажет, наверное, никто. А остроты проблем в сельском хозяйстве регионов все прибавляется.
Первый шаг, он трудный самый…
Нелегкую ношу взваливает на себя Анатолий Донец, фермер из села Восточного, он же и председатель вновь созданной в Хабаровском районе ассоциации. Он успел даже поработать в ОПХ «Восточное» коммерческим директором, но хозяйству, покатившемуся под уклон, единоличник со стажем не приглянулся в роли спасателя. А он, замечу, и не настаивал перед директором А. Станишевским в своей незаменимости. Выкарабкивайтесь из долговой ямы сами… Благо национальный проект в АПК дает определенный шанс всем.
- Я давно уже специализируюсь на производстве семян, - говорит Анатолий Иванович. - Сотрудничаю с селекционером О.Н. Мигиной. Она дает суперэлиту огурцов, а мы выращиваем элиту и первую репродукцию. Выгода взаимная. Семена в крае востребованы, хотя власть, откровенно говоря, эту проблему почему-то задвинула в долгий ящик… ДальНИИСХ уже два года не получает ни копейки.
Положение дел в семеноводстве таково, что мы можем остаться не только без своих - районированных - семян овощей, но и без семян зерновых, сои, картофеля, без саженцев и т.д. Выходит, что и здесь фермеры, окажи им своевременную поддержку, могли бы внести свой вклад. Это тем более важно, что в Интернете уже появились сайты, где мошенники предлагают на продажу сорта тех огурцов, что выведены Ольгой Мигиной. Причем без зазрения совести указывают, что они якобы и есть авторы сорта. По сути они крадут то, что принадлежит нашему краю, на чем мы могли бы иметь и доход.
- Это действительно так, - убеждена Ольга Николаевна, довольная, что А.И. Донец не убоялся критики и взялся за руководство фермерской ассоциацией в районе.
К нему, фермерскому замесу-2, можно относиться по-разному, но кто-то же должен сделать первый шаг. А легким он никогда и не был…

Борис ФЕДОСЕНКО.