Продолжаем публиковать заметки фотожурналиста Владимира Кузнецова об этой профессии. Первая часть была опубликована 3 февраля 2006 года. Мы ежедневно сталкиваемся с печатными изданиями: газетами, журналами, буклетами, книгами. И везде на нас смотрят фотографии, пытающиеся рассказать о сегодняшней жизни общества. В одних изданиях они откровенно дилетантские, выполнены ремесленниками и таких, к сожалению, в современной журналистике много.

Но все же не они определяют характер и тенденции российской фотожурналистики и не они отображают особенности фотографического творчества.
Я хочу говорить о фотографиях, достойных быть названными произведениями искусства. О снимках, вобравших в себя саму правду жизни. Для меня такие фотографии - своеобразное путешествие, ибо в них чувствуется дыхание различных уголков планеты. Находиться в вечном движении - бесценное качество настоящих профессионалов журналистики. Это с их помощью читатель оказывается там, где ему никогда не доводилось быть, он видит жизнь глазами человека с фотоаппаратом. И если увиденное сегодня оживет в глазах зрителя через день, месяц, год, восстановится в памяти смысловое и эмоциональное содержание события, тогда эти снимки могут претендовать на документы времени, а их авторы вправе именоваться летописцами эпохи.
Фотографии для этой заметки подобраны по одной теме. Делались они в разные годы, но все зимой, к Дню защитника Отечества. Как мне кажется, они соответствуют тем китам, на которых должна стоять наша фотожурналистика. Социальная функция журналистской фотографии требует, чтобы она несла не только заряд информации, но и призывала читателя к активным действиям. Политическая же определяется актуальностью задач, которые решают те или иные сюжеты, их идейные нагрузки. Ну а эстетическая функция - это художественные достоинства, оригинальность и индивидуальность, свежесть ощущения мира и, конечно же, авторский почерк.
Начну с дорогой моему сердцу картинки - подводная лодка уходит в плавание.
В начале 1982 года я получил задание редакции сделать материал о подводниках. Сопровождающий офицер штаба Тихоокеанского флота представил меня командиру подводного атомохода Владимиру Качанову. Который, как тут же выяснилось, будучи курсантом, проходил преддипломную практику на подлодке, где я служил. Старое знакомство помогло наладить хороший контакт. Командир охотно шел навстречу, принимая предложения по сюжетам съемки.
Мы отладили четкую радиосвязь, и в назначенный час лодка покинула пирс. Я шел на катере следом. По моей просьбе подлодка стопорила ход, меняла курс, на палубу поднимались матросы. Снег, который я снял на корпусе корабля, не разгильдяйство моряков - это прихоть журналиста. В такой картинке резче видится суровость службы подводников.
На следующий день, уже с вертолета, я снимал работу подводной лодки Качанова в море. Тогда мне удалось «организовать» еще один вертолет, который несколько раз проходил над кораблем и даже зависал над рубкой. Были времена, когда на просьбы журналистов начальство откликалось и охотно помогало в работе. Командованию флота редакция направила благодарственное письмо и один из номеров «Огонька» с большим материалом, который я назвал «Подводники». Материал иллюстрировали цветные снимки с подлодки капитана второго ранга Владимира Качанова.
Танкистов я фотографировал в нашем военном округе (см. на 1-й стр.). И снова мне повезло: соединением, куда прибыл работать, командовал генерал, которого я снимал еще в звании подполковника для книги «Верность поколений». Генерал совместил плановые учения с просьбой журналиста.
Поздним вечером танки вышли в поле. Я попросил зажечь просмоленную ветошь и сигнальные огни красного цвета. Фотоаппарат «Nikon» держал на штативе, снимал на обратимую пленку «Kodak». В то время проявка слайдов проводилась только в Москве. Посылку отправил матричной почтой и всю неделю жил волнением: мучил вопрос о результатах съемки. Получив проявленные слайды, полного удовлетворения не ощутил. Дело в том, что мой замысел удался только на половину. Не получилось движения танков, хотя я пытался длинной выдержкой добиться этого эффекта. Кадры выглядели статично. Но в этом случае статичность оправдана заполнением снимка цветным дымом и прожекторами.
Фотографию водителя танка делал в учебной машине. Для подсветки опустил в машину переноску. Осветил лицо водителя и эмблему на комбинезоне, который специально положил перед отверстием. Фотографировал через смотровую щель. И кадр получился на уровне.
Боевой самолет Су-27 (на фото на 2-й стр.) снимал в «режиме». Есть такой метод у фотографов, когда сюжет снимается уже не днем, но еще и не ночью. Так удобнее, сокращается выдержка, прорабатываются детали, а кадр видится ночным.
Съемка делалась уже современной - цифровой камерой со штатива. Самолет подсвечивал прожектор, который стоит на автомобиле и предназначен для аварийного освещения взлетно-посадочной полосы. Опять же, по просьбе автора, машина была установлена в нужном месте…

Владимир КУЗНЕЦОВ.