С начала года мы все живем в новой ситуации - на территории края вступил в действие закон о местном самоуправлении. Если совсем коротко, то суть его в том, чтобы приблизить власть к человеку. Два последних года в крае готовились начать жить по-новому, создавая правовое поле, выстраивая имущественные и земельные отношения, занимаясь инвентаризацией объектов.

Создана бюджетная система, учитывающая новую реальность. И что же в итоге? Вопрос этот обсуждался сразу на двух представительных заседаниях - совета по вопросам реформирования местного самоуправления при губернаторе и комиссии по координации этой работы, а на следующий день - на заседании совета представительных органов городских и муниципальных районов при краевой думе.
Как часто у нас бывает, задумано все разумно. Федеральная власть кормит армию, делает заказы «оборонке», а вот по части содержания в чистоте улицы - это, понятно, к власти поселковой. Но в законе много противоречий, которые всяк толкует по-своему. Разделили полномочия, кому и чем заниматься и какую корову доить. Ибо власти без денег, как известно, не бывает. И их хочется больше. И тут возникают откровенные казусы. К примеру, глава сельской администрации готов взять котельную - это чтоб деньги за тепло и горячую воду собирать. Ему объясняют, дескать, тогда придется и углем ее обеспечивать. Он крайне удивлен - это в его планы, оказывается, не входит.
К содержанию жилья, дорог, дома культуры никто интереса не проявляет вообще. В поселке «Заветы Ильича» Советско-Гаванского района местная власть оставила за собой три вопроса из тридцати одного. Ей, нищей, больше не потянуть. Однако в штате поселковой администрации, представьте себе, десять человек, и все исправно получают зарплату. Только девять поселений взяли на себя обязанность заниматься самым насущным - теплоснабжением. И опять, осторожность - явно от безденежья. Впрочем, подобные разговоры, по мнению минфина, слишком преувеличены. Объем финансовой помощи краевого бюджета составляет 54 процента в доходной части бюджетов органов местного самоуправления. Выходит, никто не бросил их на выживание?
И тут интересна другая тенденция. Ограничивая свое поле деятельности, местная власть активно прирастает кадрами. За последний год муниципальных служащих стало на 463 человека больше. Выходит, полномочий не прибавляем, а людей набираем. «Это что, способ борьбы с безработицей?» - удивился на совещании губернатор В. Ишаев.
Понятно, рассчитывать на доходы можно, лишь получив собственность. Раздел имущества с федеральным центром идет очень своеобразно. С Москвой ведется переписка, постановлений на этот счет еще нет, но 44 ПТУ и техникумов оперативно уже переданы краю и еще пожарные части. Не на один миллиард рублей. Понятно, что оформление объектов в собственность требует больших денег и времени. Впрочем, таких ли на самом деле больших? Расценки на услуги БТИ у нас в крае самые низкие по сравнению с соседними регионами.
Губернатор еще раз очень жестко дал понять, что с 1 января край живет в рамках закона, а закон, как известно, никому не позволено нарушать.
Такого же мнения придерживается и прокуратура. Глава администрации Комсомольского района Александр Коломыцев рассказал, как наказали пятерых глав поселковых администраций. Как известно, в январе у нас случаются каникулы, полмесяца никто не работает, нет налогов, нет и зарплаты. Прокуратура требует объяснений по поводу задержки зарплаты. «Прокурор, очевидно, живет в другой реальности, с профицитным бюджетом, а у нас он - дефицитный», - отреагировал Виктор Ишаев.
Понятно, что опыт приобретается в работе. И в этом смысле любопытным было выступление депутата краевой думы Александра Петрова, который недавно вернулся из Ставропольского края, где изучал опыт реформирования системы местного самоуправления. Там известный 131-й закон действует уже два года. Принятая система двух портфелей, когда есть избранный глава муниципального образования и нанятый по контракту глава администрации, который за все и отвечает, почти повсеместно конфликтует. Разногласия на предмет, кто главнее, а потому народу дороже, перенесены в суды, вплоть до Верховного. Нам, к счастью, удалось подобных раздоров избежать. Но без трений, понятно, не обошлось. По большей части относительно собственности, способной приносить доход. Никто не хочет ее отдавать. А переходного периода на то, чтобы разводить дискуссии, не будет. Да, закон окончательно вступит в действие до 2009 года, но для нас это время уже наступило. И в этом губернатор жесток и непреклонен.
Осознали это руководители городских дум и районных собраний депутатов, которые на следующий день говорили о том, как выполняется краевой закон о компенсации расходов по оплате жилья и коммунальных услуг отдельным категориям граждан. Речь идет о сельских врачах, учителях, ветеринарах, культработниках. Деньги на эти цели выделяются достаточно большие. Доходят ли они до тех, кому предназначены? Доходят, хотя и с задержками. Только вот с дровами проблема. Порядок тут таков. Сначала сельская интеллигенция оплачивает их стоимость, как и все прочие коммунальные услуги, а когда по всей форме отчитается, получит компенсацию. С электроэнергией все просто. Есть квитанция, подтверждающая, сколько именно денег человек заплатил, столько ему и вернут. Но кто из лесорубов, снабжающих деревню дровами, выдаст официальную бумагу? А без нее никаких денег не получишь.
Нельзя ли «монетизировать» дрова, как, к примеру, бесплатные лекарства, размышляли председатели собраний районных депутатов. Доподлинно известно, дров надо шесть кубометров, стоит каждый куб тысячу рублей. Итого шесть тысяч. Выдайте людям, и делов-то. Говорят, нельзя, иначе придет все тот же прокурор и строго спросит относительно нарушения финансовой дисциплины или нецелевого использования бюджетных средств.
Вопрос, кому все-таки пилить дрова и где в деревне найти квитанцию, не так смешон, как на первый взгляд кажется. Но ситуация, доведенная до абсурда, и есть проверка местной власти на способность дойти до человека, которому с поленницей как-то теплее. Решить его проблему, естественно, не наломав дров.

Елена Ищенко.