За последние четыре года наша газета уже дважды писала об этом человеке и его деле, которому он посвятил немалую часть своей беспокойной подвижнической жизни.

Александр Петрович Демешкин - инженер, энтузиаст. В энергетических кругах Дальнего Востока хорошо известен. И, как обо всяком неординарном человеке, отзывы о нем порой диаметрально противоположные. Одни искренне считают его умницей, «светлой головой», другие ревниво воспринимают как выскочку, спекулирующего на некогда бывших передовыми, но уже забывающихся идеях. Ему действительно трудно удержать одинаковые отношения со всеми - совсем не дипломат, в суждениях прям, даже перед высоким начальством пиетета не соблюдает, если надо отстоять свою позицию.
Демешкин и не скрывает, напротив, подчеркивает, что идеи, на которых он строит практические технологии, не новы. Способ сжигания твердого топлива в топках с кипящим или, как еще говорят, псевдоожиженным слоем давно используется во всем мире. Обидно только, что открытый в нашей стране, большее распространение он получил за рубежом. Демешкин бьется над тем, чтобы низкокалорийный уголь местных, дальневосточных залежей сжигать в топках многочисленных котельных, но после некоторой их переделки. После перевода их в режим кипящего слоя. Это нужно для того, чтобы до норматива, а то и выше, поднять КПД котлов, чтобы не выбрасывать половину угля в отвал в виде шлака, чтобы не возить миллионы дополнительных тонн угля за тридевять земель, чтобы люди не платили уже непосильные суммы за тепло и свет в долгие отопительные сезоны. И несмотря на то, что ему скоро восемьдесят, он разрабатывает все новые способы реконструкции котлов и по первому же зову мчится туда, где нужна его помощь.
…Он буквально влетел в редакционный кабинет:
- В четырнадцать часов лечу на Камчатку. Там в Корякском национальном округе побывал новый полпред президента. Слышал? Кое-кому там голову намылил: поселки замерзают. Вот меня, старую песочницу, пригласили переделать котельные под кипящий слой. Сначала в Мильково… Там своих углей уйма, но они низкосортные. Их только в кипящем слое сжигать можно. Вот под них и надо топки подогнать. Только теперь все будет на автоматике. Понимаешь, что это такое?
Едва удалось его угомонить и усадить в кресло. Меня, честно говоря, интересовало, был ли он в Осиновой Речке и Заозерном, где когда-то под его руководством в пригородах Хабаровска были переделаны две котельные.
…Как и сейчас, тогда он жил в предместье Владивостока. Был не пенсионером, а доцентом, профессором Дальневосточного политехнического института, хронически «болел» кипящим слоем. Со своими единоверцами и надежными партнерами - инженерами из Елизово Владимиром Бессоновым и Григорием Сандлером Демешкин создал проектно-исследовательскую фирму «Игнифлюид» (от слов «огонь» плюс «текучий»). Это была не какая-то шарашкина контора сомнительного свойства, каких в ту пору было не так уж и мало. Но в «Игнифлюиде» все делали серьезно и ответственно: разрабатывались варианты реконструкции котлов различных типов. Руководителем фирмы поставили Владимира Ивановича Бессонова, в помощниках по организационным делам у него стал Григорий Моисеевич Сандлер, а уж «проектно-мозговую» работу взял на себя Александр Петрович Демешкин. Фирма выдавала проекты, ее сотрудники, приняв заказ и заключив договор, выезжали на место и руководили работами. Монтажные же работы выполняли подрядчики, с которыми заказчик заключал договоры. И вскоре об «Игнифлюиде» «земля стала слухами полниться».
Получил «Игнифлюид» заказ и из нашего края: что-то надо было делать с котельной в селе Осиновая Речка. Там стояли три котла в принципе неплохой конструкции и не такого уже давнего выпуска. На них были «повешены» жилмассивы нескольких сел, воинской части, животноводческая ферма совхоза «Заря» и т.д. С какого-то времени «мощей» этих трех котлов на все хватать не стало. Вот тут кому-то из хабаровских энергетиков и попалась на глаза информация об «Игнифлюиде». Бессонов с Камчатки, а Демешкин из Приморья срочным порядком прибыли в Хабаровск. Был уже богатый опыт переделки котлов на режим кипящего слоя и на Камчатке, и в Приморье, и на Сахалине, поэтому выбрать вариант для Осиновой Речки труда не составило. Работа, как говорится, закипела. Принялись даже превосходные мастера из «Хабаровскэнерго», быстро нашлись для этого и деньги, и необходимые материалы. В ту пору волей краевых руководителей вопросы малой теплоэнергетики были возведены в степень приоритетных. События в Охотске, в некоторых приамурских селах, в других местах, когда из-за аварий в котельных возникали отчаянные ситуации в самый разгар отопительного сезона, заставили внимательнее посмотреть на техническое состояние всех двухсот с лишним котельных в крае.
С реконструкцией одного котла под режим работы в псевдоожиженном слое справились быстро. И оказалось, что он один способен выдавать девять гигакалорий тепла, чего с лихвой хватило на всех потребителей. В Осиновую Речку зачастили гости. Они одобрительно покачивали головами, делились соображениями, что, мол, подобной переделке надо подвергнуть все котельные в крае. Но не так-то это просто - переделать две с лишним сотни котельных. А вот еще одну, на этот раз в Заозерном, решено было реконструировать.
Заказчик - муниципально-унитарное предприятие «ЖКХ №2 «Тополевское» - идею эту воспринял с энтузиазмом. Местная котельная работала с натугой, но не могла в достатке дать тепла ни сельским жителям, ни конторским работникам, ни многочисленным обитателям бараков здешних пенитенциарных учреждений.
Три года назад довелось по приглашению Демешкина побывать в Заозерном. Один котел, переделанный по проекту «Игнифлюида», работал ровно и почти бесшумно. Второй лежал в «разобранном» виде. Демешкин метался по решетчатому настилу на верхотуре, и было не понять, то ли железо гремит под его ногами, то ли металлом звенит его до фальцета взлетающий голос. Генеральный директор ремонтно-строительной компании, делая неуклюжие жесты, не мог и слова вставить. А Демешкин на грани нервного срыва ругался: «Здесь есть хоть один специалист, способный соображать? Вы зачем котел на попа поставили? Так он работать не будет!»
…А недавно он вновь побывал в редакции. Хотел было спросить его, был ли он в Заозерном. А он телепатически уловил мою мысль.
- Понимаешь, побывал я вчера в Заозерном, оплакал свой проект. Все напрочь загубили. Котел-то холодный.
Он начал объяснять технические тонкости, из которых понял, что проведенная с отклонениями от проекта Демешкина реконструкция второго котла не только не дала никакого эффекта, но и значительно снизила его мощность. По технологии Демешкина котлы могут не только работать на ургальском и нерюнгринском углях, но без добавления топочного мазута и беспрерывной шуровки сжигать топливо не на 55-60 процентов, а почти полностью, довести КПД до предельно высоких величин. «Изуродованный», по словам Демешкина, котел в Заозерном работать на ургальском и нерюнгринском угле уже не может. Поэтому для него закупают уголь Канско-Ачинского месторождения, выкладывая и шахтерам, и железнодорожникам приличные деньги.
В этой истории, как он сам признается, Демешкин многого не может понять. Например, какой у службы заказчика края был расчет приглашать для доводки котла в Заозерном специалистов из Владивостока, из ДВПИ.
- Довели… до ручки, - ворчит Демешкин.
Что же происходит? Почему дело, которое могло бы принести краю немалую пользу, наталкивается на всяческие преграды? Кто строит и кто заинтересован в этих преградах? Кто-то, видимо, в расчете на неосведомленность собеседника, вопрошает: «А зачем это надо? Скоро в крае всюду природный газ подадут». Это от лукавого. Во-первых, «всюду подать» газ невозможно, да и не нужно - нерационально. Во-вторых, в глубинке есть немало локальных месторождений угля. Например, такие, как Мареканское неподалеку от Охотска. И там новая технология сжигания твердого топлива сослужила бы великую службу. Но только тогда сослужит, когда к этому делу у всех будет честное, непредвзятое и бескорыстное отношение. Заговорил об этом вот почему.
Для того, чтобы понять подоплеку происшедшего в Заозерном, позвонил заместителю генерального директора Энерготехнологической компании Александру Махарашвили. Он ответил, что тут все до тривиальности примитивно: значение имеет и личная симпатия или антипатия, и наличие отпускаемых на реконструкцию средств. Поэтому и пригласили в Заозерное специалистов из Владивостока. Как будто их нет в Хабаровске. Возможно, за этими словами Александра Вахтанговича кроется обида. Ведь поначалу к реконструкции заозерной котельной была привлечена Энерготехнологическая компания, но потом ее потеснили.
На одном из широких совещаний по вопросам энергетики зашла речь и о судьбе котельной в Заозерном. Во время выступления Александра Махарашвили несдержанный Демешкин бросил с места: «Правильно провести реконструкцию котла вы не сможете, потому что в принципе не понимаете ее цель». И чуть было не поплатился за выходку: его едва не удалили с совещания и лишили права выступить.
Он несколько раз пытался поговорить с кем-нибудь в правительстве края. Просил журналистов посодействовать во встрече. Бесполезно…

Леонид ГАПИЧ.