В весеннюю распутицу село Дубовый Мыс Нанайского района буквально плывет. Построили когда-то «умные головы» дома на болоте, да с тех пор люди и мучаются. Впору по улицам на лодке передвигаться. Жди теперь, когда лужи высохнут. А как вода уйдет, можно и порядок вокруг домов наводить после долгой зимы.

- Вообще-то у нас чисто, - оправдывается глава сельского поселения Александр Суин, вызвавшийся показать нам село.
Когда-то оно гремело на весь мир. Канадцы за тридевять земель ехали учить нас сажать модельный лес. Леспромхоз - крепкий, а частые визиты иностранцев подвигали руководство мести улицы и даже асфальтировать дороги. Неудобно же, что о нас канадцы подумают?
Леспромхоз рухнул. Те, которые пришли после, дороги не ладили (к тому времени все начали считать деньги), они их нещадно эксплуатировали, добив окончательно. Благо Гассинский модельный лес, посаженный по канадской технологии, жив. Растет, зеленеет!

Второй срок для главы
Кроме лесозаготовительного предприятия в селе три пилорамы. По нынешним временам солидное производство. На фоне других деревень Дубовый Мыс выглядит благополучным селом. Есть работа, значит, люди не бедствуют. Конечно, и тут устроены далеко не все. На бирже труда в райцентре Троицком стоят порядка шестидесяти человек. Еще более ста оставшихся не у дел, если прикинуть по дворам, заняты поиском сами. Они ищут работу, понимая, что в их ситуации это весьма непросто. Кто возьмет женщину, у которой маленький ребенок, или человека, если до пенсии ему осталось всего ничего? Александр Иванович расклад этот знает, специально анализировал. При этом, судя по объявлениям, говорит, нужны бульдозеристы, водители, электросварщики, рабочие в пекарню и местное предприятие ЖКХ.
Понятно, молодежь уезжает в город. Какие тут перспективы? Но жизнь возвращается в село. В Дубовом Мысе всего-то полторы тысячи жителей. Однако торгуют пять магазинов, годовой товарооборот в них - порядка 15 миллионов рублей. Тоже интересная статистика. Выходит, люди покупают не только хлеб да молоко. Старики, конечно, живут скромнее, но, опять же, глава точно знает, что только у шестерых из них нет рядом родственников, у остальных есть дети и внуки. Значит, есть на кого опереться.
Раньше квартиры в деревянных домах бросали: кому они нужны? Те, которые покрепче, отдавали за пятнадцать - двадцать тысяч рублей. Красная им цена. Теперь квартиры продают за приличные для деревни деньги - тысяч двести. Машины едва ли не в каждом дворе. И детей стало рождаться больше, причем особенно отрадно, что в благополучных семьях. Значит, что-то происходит, чего люди, может, пока не осознают. У самого главы - трое детей, старшая дочь учится в техникуме, сын служит в танковых войсках, а младшая дочь еще школьница.
Суин - самый молодой глава в районе, и у него пошел второй срок. Хоть и не родился он в Дубовом Мысе, но живет с малых лет, считает село родным. Он тут всех знает по именам, и стариков, и молодых. Александр Иванович в прошлом сельский учитель. Он и теперь преподает в школе. Раз в неделю у него уроки черчения и труда, да еще кружок изобразительного искусства. Они с детьми рисуют и режут по дереву. Держал большую пасеку, нынче оставил с десяток ульев. Разве все успеешь - дела. Да и в район часто приходится ездить. Александр Иванович - председатель совета глав Нанайского муниципального района.

Доходы с большой дороги
Написать и вести бюджет они поручили району. Сами пока не готовы ни морально, ни технически, признается Суин. У них в администрации компьютеры только-только появились, а электронной почты нет и поныне. Как с казначейством общаться?
Словом, ничего ломать не стали, оставили старые схемы. Бюджет села помещается в тонкой папке с несколькими листочками. Весьма скромные доходы складываются из поступлений от налога на имущество - порядка 20 тысяч рублей, налога на землю - 244 тысячи рублей и подоходного налога с физических лиц - 258 тысяч рублей. Итого 551 тысяча рублей. Не густо. Расходы куда солиднее, они выливаются в 3 миллиона 474 тысячи рублей. Больше миллиона рублей - содержание администрации, коммунальные платежи. На благоустройство планировали отвалить 900 тысяч, но сумму урезали до 184 тысяч.
Между тем, единственное полномочие, которое оставила за собой администрация из почти трех десятков, - благоустройство. Народу же в администрации работает «девять с половиной» человек - со сторожем и уборщицей. Не многовато ли, чтобы убрать, наконец, огромную свалку прямо в центре села и сделать так, чтобы ее и вовсе больше никогда не было? Правда, в Дубовом Мысе содержат еще и пожарную охрану, одну машину передали в село Арсеньево. Без «пожарки» теперь никак нельзя, до райцентра сорок километров, пока помощи дождешься, сгоришь дотла.
Естественно, присматривают за кладбищем, спорт без внимания не оставляют. В кабинете у главы все стены грамотами за победы увешаны. Суин уговаривает предпринимателей поставить возле каждого магазина хотя бы по одному фонарному столбу, иначе долго еще не видать им «светлой жизни». Все от того же безденежья. К слову, глава в этих разговорах откровенно давит на сознательность, может быть, несколько настойчивее, чем следовало бы. Большинство тех, кто имеет в селе свое дело, еще и депутаты. А зачем они тогда во власть пошли?
Клуб тоже остался в ведении района, но кадры подбирают они сами. Насиделись у телевизоров, нынче сельчане выходят в люди, кино посмотреть, себя показать.
- А где же установка? - оглядевшись, удивилась я.
- Так в райцентр увезли. У них там сгорела, вот на время нашу и позаимствовали, - объяснила мне сотрудница.
Понятно, что жить хочется лучше, а потому расходы неизбежно растут и никак не укладываются в прокрустово ложе скромных доходов. Разницу в почти три миллиона рублей дотируют из районного бюджета. А поскольку Нанайский район дотационный, стало быть, в конечном итоге, из краевого. Так, может, по одежке протягивать и ножки?
В том-то и дело, что в Дубовом Мысе, как в той песне, - не бездельники и, что называется, могли бы жить. Они еще не пишут сами свой бюджет, но деньги уже зарабатывают. Кирпичное здание детского сада, двухэтажное, брошенное, стояло разрушенным и почти разграбленным. Один остов, жуткое зрелище! Помог случай.
Рядом с селом проходит газопровод, нитку которого тянут в Хабаровск. Рабочим надо где-то жить. Дальспецстрою предложили сделать там общежитие. Строители здание восстановили, отремонтировали. И теперь платят за аренду больше полумиллиона рублей в год. Совсем не лишние деньги. Выходит, если бы администрация Дубового Мыса взяла на себя смелость и полномочия, определяемые законом о местном самоуправлении, то деньги бы собирала сама. К слову, доходный дом - на балансе администрации села. Ну а в чьем кошельке деньги, тот, понятно, ими и распоряжается.
И не ходили бы они долгими путями через район, чтобы вернуться в село дотацией. Все проще и понятнее: деньги, заработанные в селе, в нем же и остаются. И глава администрации уже не проситель, а руководитель богатого села.
Земли сельского поселения нарезали так, что границу Дубовому Мысу вынесли за черту Комсомольской трассы. До нее всего-то пятьсот метров. Теперь, когда эта территория стала их, ощущение, что прорубили окно в Европу. Точнее, вышли на большую дорогу. Предприниматели намерены освоить придорожное пространство - построить кафе и магазины, как это сделали в соседнем Маяке. Столько машин проезжает мимо. Суин их поддерживает. Теперь это не только чей-то бизнес, но и доходы в бюджет поселения.

Свалка на двоевластии
В Дубовом Мысе 550 дворов и четыре каменных двухэтажных дома. Естественно, их надо принять на баланс, создать товарищество собственников жилья. Но дома хоть и не очень старые, но изношенные, коммуникации сгнили. Разве они когда-нибудь такой ремонт осилят? Квартир приватизированных одна - две. В каменных домах живут двое предпринимателей, остальные - старики.
Создать ТСЖ по жизни в такой ситуации нереально, рассуждает Суин, а по закону - просто необходимо. Сроку это сделать местной власти дается до 1 января. Но тут все становится еще более запутанным.
Жилье по-прежнему в ведении районной власти, а создание ТСЖ возложено на поселенческую. Выходит, у него нет права распоряжаться жильем, а у района - полномочий созывать народ в ТСЖ. Или жилье надо передать местной власти, или она должна поручить районной вдобавок ко всему еще и ТСЖ. Но движение-то должно происходить в обратном направлении: не от реальной жизни, а ближе к ней!
И что делать с домами, которые бросил лесхоз? Их двести. Люди в них живут, но квартиры - не их собственность. Конечно, квартирантов никто не выселит, лесхоза давно нет, но у главы голова болит о доходах, которые администрация не получает. Не собственник - значит и не плательщик налогов.
Свалка, которая бросилась нам в глаза, образуется по беспечности районного предприятия ЖКХ. Квартплату коммунальщики, понятно, собирают, в том числе и за вывоз мусора. Но как только деньги оказываются в их кармане, этот самый мусор интересует исключительно ворон, слетающихся сюда со всей округи поживиться. Свалку, конечно, убирают, но она возникает снова и снова. К совести предприятия ЖКХ взывали даже с помощью прокуратуры, да все тщетно. Ибо возможность собирать деньги у него есть, а вот трактора, тем более мусоровоза, понятно, нет. На двоевластии же ничего хорошего никогда не вырастало.
От стандарта, как от печки
Что-что, а ломать мы горазды. Решительно и до основания. Оно, конечно, соблазнительно резко начать самостоятельную жизнь по закону о местном самоуправлении. Прямо с 1 января на не совсем еще трезвую голову. Несколько глав в Нанайском районе готовы были попробовать порулить самостоятельно, но в районе остудили их пыл, пообещав, что полномочия будут передавать постепенно. Собственно, делить, конечно, можно уже и теперь, да что кроить? Хорошо, если на территории поселения есть порт, как, к примеру, в Ванино, или предприятие вроде КнААПО. А если не повезло, и ничего, кроме леса, изрядно вырубленного, нет в округе? Опять же в лес местной власти - ни ногой. Извините, федеральная собственность со всеми утекающими налоговыми последствиями. А вот если лес горит, тушить его предлагается… местной власти. А кому же еще, удивляются в Москве.
Может, начать надо было с перераспределения налогов? С того, чтобы у каждого поселения они хотя бы были. С тех трех, которые им отданы теперь по закону, бюджет не соберешь. Ну а что может нищая власть? Паспортно-визовая служба и воинский учет - полномочия федеральной власти. Государство отдало их на места, но никаких денег в придачу. Чрезвычайные происшествия, в которых пострадали свыше пяти человек, уже беда федерального масштаба. Но до центра далеко, а в жизни все случается буднично и негромко - то заморозило, то затопило. Местная власть, не разбирая полномочий и брода, людей в беде не оставит. И опять про положенные в таких случаях деньги - молчок.
- Конечно, нужны стандарты бюджетной обеспеченности на каждого человека, - говорит глава администрации Нанайского муниципального района Александр Курочкин. - Для севера они будут одни, для южной деревни - другие, для работающего человека - третьи, а для пенсионеров - четвертые.
Вот когда социальный минимум будет определен, можно понять, сколько же денег нужно для отдельно взятого села. Отсюда, как от печки, и формировать бюджет. И, может быть, тогда села даже в одном районе не будут столь разительно отличаться друг от друга.
Государство нагрузило местную власть выше крыши, за все-то она теперь отвечает.
- Чтобы не чудить, оставили муниципальное предприятие ЖКХ, - говорит Курочкин. - В районе 14 поселений, стало быть, все, что в нем есть, придется разделить поровну. Но бульдозер-то один, и экскаватор тоже один. Отдать кому-то одному - начнутся обиды.
Отдать полномочия поселениям - значит перепоручить им котельную и уголь, который придется добывать уже самим. Все ли готовы принять такую обузу? Справятся ли? И что делать с линиями электропередачи? Ветер дунет - пять столбов лежит.
По идее, надо создавать в каждом поселении участок ЖКХ с начальником, экономистом, бухгалтером, специалистом. Столько начальников на четыре-то дома в Дубовом Мысе? Да и где найти в деревнях специалистов? И какой же с такой кадровой нагрузкой будет квартплата?
Понятно, что и клуб придется вернуть поселению. Здание в селе приспособленное, Курочкин сам когда-то строил административно-торговый центр. Так вот, чтобы избавиться от клуба, район должен сделать технический паспорт (стоит это недешево), зарегистрировать объект в органах юстиции, потом передать в село. Там его примут, зарегистрируют и уж потом только станут владеть. Опять же, если осилят коммуналку, ремонты. Иначе «кина не будет».
Так что понять осторожность районной власти, которая присматривается к реформе, и уж тем более сельской, вроде бы можно. Впрочем, некоторые попытки выйти в свободное плавание будут практиковаться, чтобы потом не показалась вода слишком холодной. По словам Курочкина, решено, что половина средств, которые заработают в поселениях в этом году, станут оставлять в их полное распоряжение. Хоть сквер высаживай, хоть простейший стадион строй. Эдакий пряник для смелых и предприимчивых.
Боюсь, рядовому же селянину, живущему в том же Дубовом Мысе, и невдомек про закон, приближающий к нему власть. Ибо если без сапог из дома по-прежнему не выйдешь, то либо что-то не так написано, то ли не так прочитано, а может и понято. Иначе из его окна виделся бы совсем другой пейзаж.

Елена Ищенко. Дубовый Мыс - Хабаровск.