Недавно состоялся судебный приговор по очередному уголовному делу о незаконной вырубке леса в районе имени Лазо. Корреспондент встретился со старшим следователем Хабаровской межрайонной природоохранной прокуратуры А. Безукладниковым, проводившим расследование. Из разговора стало ясно, что незаконные лесопорубки в крае - хорошо отлаженный промысел, за которым стоят большие деньги и люди, способные поставить дело на широкую ногу. Отчего же процветает этот ни для кого не тайный «бизнес»?

…В прошлом году в оперативно-розыскное бюро (ОРБ) ГУ МВД по ДВФО обратились жители района им. Лазо: дескать, на незаконных делянах лес валят вовсю, а со стороны компетентных органов реакции никакой. Оперативники ОРБ проверили сигнал и убедились, что хищническая вырубка имеет место, да еще и, судя по всему, в составе организованной преступной группы. Совместно с природоохранной прокуратурой была создана следственно-оперативная группа, которая тщательно подготовилась к реализации оперативных данных. И неожиданно нагрянула в тайгу.
Дела о незаконных вырубках вообще-то находятся в компетенции милицейского следствия. И, по словам А. Безукладникова, расследуются они порой довольно своеобразно. Ловят работяг, обычно местных жителей, привлекают их к ответственности и отдают под суд. Соответствующая статья УК РФ относится к категории преступлений средней тяжести, а потому рубщики отделываются штрафами и условными сроками. Но что толку? Ведь организаторы лесного «пиратства» остаются, как правило, за рамками расследования, никакой кары не несут и продолжают свое прибыльное занятие, за которое отдуваются лесорубы-«стрелочники». А те идут на заведомое нарушение закона, потому что другой работы просто нет. И расплачиваются за чужие грехи, хоть с ними даже трудовых соглашений зачастую никто не заключает.
На этот раз всё оказалось по-другому. Следственно-оперативная группа копнула глубоко и докопалась до следующего. В районе существовало вполне легальное лесодобывающее предприятие. Но легальное только на первый взгляд. Потому что штат его - шесть человек, трое из которых - директор и два его зама. А договоры с лесхозом у этой организации на разработку шести делян, которые такими силами, понятно, не освоить. Организация сильно смахивала на фирму незабвенного Остапа Бендера «Рога и копыта» и нужна была только для получения порубочных билетов и прочих официальных документов.
Следствие вскоре выяснило, что за ней стоят совсем другие фигуры. Некто весьма предприимчивый с тремя своими подручными, используя фирму-прикрытие, взялся за реальную лесоразработку. Нанял рабочих, обеспечил их техникой, транспортом, инструментами, вагончиками для жилья и даже… спутниковыми телефонами. Но пока одни бригады валили лес на разрешенных делянах, другие рыскали по окрестностям и вырубали где попало любую ценную древесину, которая подвернется под руку, безо всякого на то разрешения.
Существовали в давние времена корсары - морские пираты, состоявшие на службе у короля и грабившие суда недружественных держав как бы «законно». Но и корабли своих соотечественников они вниманием не обходили. Таежные «корсары» орудовали почти точь-в-точь: даже на законных делянах вырубали всё подчистую, включая заповедный кедр и оставляя после себя голое место. Ни о каких правилах и лесосберегающих технологиях речи не было, а вместо специальной техники использовались обычные сельскохозяйственные трактора. Насколько губительна для тайги такая лесоразработка, объяснять не стоит, как и то, что «пиратская» лесодобыча никакими госплатежами и налогами не облагается, прибыль идет прямёхонько в карман «капитанам» такого лесного «бизнеса».
Призвать к ответу этих самых «капитанов» оказалось не просто. Едва следователи и оперативники принялись документировать следы преступного промысла, как следом нагрянули некие личности, пытавшиеся противодействовать этому процессу. После их «бесед» свидетели диаметрально меняли показания или замолкали, как партизаны во вражеском застенке.
От правоохранителей потребовалось немало упорства и профессионального мастерства, чтобы вывести на чистую воду главные фигуры. Лидером организованной преступной группы оказался вполне респектабельный и весьма состоятельный человек (приговор еще не вступил в законную силу, поэтому конкретных фамилий называть не стану). Сам он в тайгу и носа не совал: действовал через подручных или руководил работой по спутниковому телефону.
Следствие доказало, что ущерб, нанесенный в данном случае лесным «пиратством», составил около 2,5 миллиона рублей. Лидер без колебаний предложил… немедленно его погасить. Похоже, затруднений это не составляло. Только его личные авто тянули на упомянутую сумму. Не говоря уже о средствах, вложенных в «производство». Откуда такие деньги? Следствие в рамках конкретного уголовного дела не ставило задачи ответить на этот вопрос. Но и так нетрудно догадаться.
Итог состоявшегося в апреле суда таков. Троих организаторов незаконных вырубок приговорили к небольшим условным срокам. Четвертый скрылся и находится в федеральном розыске. Следствие предвидело такой оборот и обращалось в суд с ходатайством о его аресте. Но судья отказал: преступление-то формально не тяжкое, чтоб отправлять за решетку.
Незаконные порубки в крае стали делом весьма распространенным. В прошлом году по делу, расследованному природоохранной прокуратурой, перед судом предстали организаторы лесного «пиратства», с которых взыскана сумма ущерба в 29 миллионов рублей. Несколько подобных уголовных дел еще находятся в производстве. Но реальных размеров убытков от незаконных порубок не может назвать никто. И исчисляются они не только кубометрами уворованной древесины, но и самыми негативными последствиями для будущего тайги, экономики края и жизни дальневосточников.
Однако вырубки нельзя производить незаметно. Отчего же процветают такие аферы? При вывозе древесины из леса фигуранты упомянутого дела использовали вполне официальные документы прикрытия: поди разбери, где древесина с законных делян, а где с незаконных? И так действуют многие таежные «корсары». Легче всего обнаружить «пиратские» вырубки на месте. Делать это призваны созданный в недавнем прошлом Росприроднадзор и лесхозы. Но у Росприроднадзора на местах нет своих штатов. А лесхозы…
Недавно прокуратура привлекла к ответственности очередного организатора лесного «пиратства». Он орудовал в тайге, не имея ни порубочных билетов, ни прочих разрешительных документов. Обвиняемый зря времени не терял. Обратился в лесхоз, на территории которого творил свои бесчинства, и… за взятку задним числом оформил все необходимые бумаги. Таким способом ему удалось «сократить» преступный ущерб в 10 раз. Пошедшие на подлог должностные лица были изобличены следствием, предстали перед судом и получили за взяточничество и злоупотребление должностными полномочиями условные сроки.
И такие факты, по свидетельству природоохранной прокуратуры, не единичны. Лесничие нередко, будто не замечая, просто проходят мимо «пиратских» делян. Нынче у них нет права задерживать нарушителей и изымать незаконные средства и орудия лесодобычи. Можно лишь составить акт. С одной стороны, акт - бумажка, а вину преступников положено доказывать весомо и убедительно. Но таков уж закон. С другой стороны, сотрудники природоохранной прокуратуры убеждены: даже грамотно составленного акта достаточно для правоохранителя, чтобы дать надлежащий ход делу и довести его до конца. Решающую роль здесь, пожалуй, играет человеческий фактор, когда работники лесхозов и правоохранители не торопятся пресекать действия таежных «корсаров». Понятно: сотрудников мало, зарплата скудная, законы писаны, будто назло… А на противоположной стороне - реальная сила, которую бумажками и «легким испугом» в суде не остановишь на пути к огромной и легкой наживе.
Современная следственная практика свидетельствует: организаторов преступного таежного «бизнеса» можно вполне успешно изобличать и призывать к ответу (природоохранная прокуратура, имеющая по этой части немалый удачный опыт, намерена и далее расширять его). Но ясно, что искоренить зло не способно ни одно ведомство в отдельности. Тайгу перестанут хищнически вырубать и наживать на этом преступные состояния лишь тогда, когда за дело всерьез возьмутся все - от законодателей до лесничих. Но время консолидированной борьбы с таежным «пиратством», кажется, еще не настало...

Кирилл ПАРТЫКА.