Уже почти год, как Анна Ивановна не была на улице. Ноги совсем не ходят. Даже по дому едва передвигается с палочкой. Врач настаивает: «Вам только на костылях можно». А как на них встать, если руки совсем слабые стали, чашку с чаем едва удерживают? Лейкопения, остеопароз, искривление позвоночника, ревматоидный артрит - список тяжелых недугов хабаровчанки Анны Ивановны Плискиной можно продолжать и дальше.

Еще после первого облучения здоровье женщины покатилось под откос, как душа в теле еще держится?
Письмо в редакцию «Тихоокеанской звезды» эта 75-летняя женщина написала не для того, чтобы пожаловаться на хвори, а хотела попросить совета. Слышала она от соседки, что инвалидам, получившим до 2004 года вторую «бессрочную» группу, теперь можно к ней и степень ограничения к труду добавить. Если эксперты третью, самую тяжелую, степень дадут, то к пенсии государство прибавит 600 рублей. Для пожилого человека - полмесяца существования.
Только как это сделать, Анна Ивановна в толк не возьмет. Пока ноги еще хоть как-то ходили, пробовала справки для переосвидетельствования собирать, да не получилось: соберет половину документов, а потом в постель сляжет. А как оклемается немного, выясняется, что документы уже старые, надо заново собирать. В поликлиниках наших со стариками не церемонятся, на бесплатные консультации и обследования вне очереди не записывают. А если родственников у инвалида нет, то совсем беда - самому придется во все кабинеты заглядывать. И хоть умирай при этом, никого не проймешь жалостью. Вот и получается, что на сбор для переосвидетельствования в бюро медико-социальной экспертизы (МСЭ) бумажек в поликлиниках уходит по полгода.
Про мытарства Анны Ивановны подробно рассказываю потому, что таких, как она, - сотни, а то и тысячи. Люди, получившие много лет назад «бессрочную» группу инвалидности, пытаются с недавней поры добиться повышения пенсии, получив надежду на это от государства. Да вот беда, не все, кто приходит в бюро медико-социальной экспертизы, получают потом желанную прибавку. К примеру, в 2004 году на переосвидетельствование за степенью ограничения к труду пришли более четырех тысяч инвалидов-«бессрочников», а с утяжеленной степенью, а значит и желанной прибавкой, ушли лишь 40 процентов. Остальные остались при своих интересах. В прошлом году в бюро МСЭ обратились уже две тысячи инвалидов, и половина вновь осталась ни с чем.
Напомню, понятие степени ограничения к труду в российском законодательстве появилось два года назад. Инвалиды второй группы «со стажем» автоматически получили вторую степень ограничения к труду. И в бюро им заглядывать не надо было. Но есть и такие, как Анна Ивановна, которые считают, что их здоровье соответствует более тяжелой (третьей) степени ограничения к труду. Но тогда это надо доказывать, а значит, собирать справки для переосвидетельствования.
- Но прежде чем затевать это, надо быть уверенным в результате, - советует Анне Ивановне и таким, как она, заместитель руководителя главного управления бюро медико-социальной экспертизы по Хабаровскому краю Оксана Хмелевская. - Должны быть медицинские основания, что состояние здоровья на самом деле ухудшилось, соответствуют III степени ограничения способности к трудовой деятельности. Оценить это может только врач. Тяжелая третья степень ограничения к труду по критериям аналогична первой группе инвалидности с очень жесткими требованиями. Поэтому большая часть инвалидов, пришедших к нам, ничего не приобрели, потратив много времени и силы на оформление документов. Пожилому человеку надо прислушиваться к совету врача, а не настаивать упрямо на своем.
Взвесить прежде все «за» и «против» надо еще и по другим обстоятельствам. В феврале этого года появилось несколько новых документов, которые круто повлияли на работу бюро МСЭ. Во-первых, изменились правила «установления экспертного решения бессрочных групп инвалидности и степени ограничения к труду». Если раньше пенсионеры получали группу инвалидности с первого раза и без последующих переосвидетельств, то сейчас им придется каждый год проходить сквозь сито бюро. В документе звучит так: «Установление группы инвалидности без срока переосвидетельствования возможно, если в ходе наблюдения и проведения реабилитационных мероприятий эксперты признают их неэффективными». То есть поймут, что у человека нет потенциала к улучшению состояния здоровья.
- Скажем, пришел в бюро человек после «свежего» инфаркта, - рассуждает Оксана Геннадьевна. - Эксперты не будут спорить, что сердечная катастрофа подорвала его здоровье. По прежним правилам он получил бы вторую бессрочную группу инвалидности и вторую степень ограничения к труду. Но приди он к экспертам, скажем, через пять лет, то никто не гарантирует, что эксперты не облегчат степень инвалидности. С годами рубец на сердце организуется, показатели гемодинамики могут улучшиться, здоровые участки сердца взять на себя функции погибших. Это значит, что человек становится более активным и даже может работать.
Словом, если бы Анна Ивановна успела в прошлом году собрать документы для переосвидетельствования, то у нее еще был бы шанс изменить степень ограничения к труду, причем сделать это раз и навсегда. А теперь, доберись она до экспертов, будет подтверждать ее каждый год. При этом не забывайте, что никто не гарантирует, что она получила бы желаемое вообще.
Еще один документ, который изменил работу экспертов, - приказ о критериях установления степени к инвалидности. Важно в этом документе то, что при проведении экспертизы все болезни рассматриваются теперь исходя из биологического возраста человека. Иными словами, старость не является критерием для установления инвалидности и степени ограничения к труду. В конце концов, есть и молодые люди, мучающиеся от высокого артериального давления. А гипертония для пожилого человека - это, увы, норма.
Нововведения заставили специалистов медико-социальной экспертизы написать письма в краевой минздрав для того, чтобы разъяснить врачам, что пенсионерам группа инвалидности устанавливаться бессрочно теперь не будет.
- Эксперты станут вновь заглядывать в документы, рассматривать критерии для группы инвалидности, определять степень ограничения к труду и составлять программу реабилитационных мероприятий, - рассказывает Оксана Хмелевская. - А в следующем году эксперты будут обязаны оценить, дали ли они результат, облегчили ли жизнь больного человека, не нужно ли чем-то дополнить программу и т.д.
Примечательно: прежде человек наблюдался у экспертов в течение пяти лет. По нынешнему законодательству не оговаривается, в течение скольких лет инвалидам придется проходить ежегодное переосвидетельствование. Может быть, в течение двух-трех лет, а может, всю жизнь. Все зависит от того, насколько вообще возможно проведение реабилитационных мероприятий, и пока есть необходимость в разработке программы реабилитации, инвалид будет вынужден проходить медико-социальную экспертизу.
Но и это еще не все изменения в работе бюро. Некоторым инвалидам все же придется идти к экспертам, несмотря на «бессрочность» их давней инвалидности. Это те, кто пользовался всевозможными средствами реабилитации - слуховыми аппаратами, инвалидными колясками, протезами и т.д., которые государство выдавало бесплатно. Теперь без программы реабилитации их никто не даст. В противном случае за протезы, санаторную путевку и даже тросточку инвалиду придется платить из своего кармана. А это значит, что скоро прибавится работы и участковым врачам.
Эксперты прежде пытались облегчить участь врачей поликлиник, разгрузить их от оформления посыльных листов для таких инвалидов. Достаточно было справки из протезно-ортопедического предприятия или сурдоцентра, теперь же без посыльного листа, а значит очередного обхода кабинетов врачей инвалиду не обойтись. Понятно, что хлопоты по оформлению посыльного листа на средства реабилитации для тяжелобольных людей лягут на плечи родственников.
Словом, создается шоковая ситуация и для врачей поликлиник, и для инвалидов. Впрочем, и те, и другие пока не смогли в полной мере прочувствовать суть изменений. Потому что эксперты сдерживают пока внедрение всех новшеств, понимая, чем они аукнутся. Но ведь это до поры до времени. Ясно то, что сейчас видны лишь цветочки, ягодки будут потом. А виноватыми у нас, как водится, окажутся не изобретатели всех этих новых законов и постановлений, а невольные исполнители…

Татьяна Баулина.