«Лето наступит через три дня», - заверил меня в минувшую пятницу руководитель Дальневосточного управления по гидрометеорологии Александр Гаврилов. За окном в это время накрапывал дождик, и подгоняемые северо-восточным ветром прохожие поднимали воротники плащей. Не верилось. Но во вторник утром в окно постучало жаркое солнце… Лето в наш край, похоже, не спешило. Поманило теплом, подарило надежду и сгинуло.

- Разве нет ничего необычного в том, что легкие платья и маечки хабаровчанки достали из шкафов лишь в середине июня? - интересуюсь у Александра Гаврилова.
- С нашим климатом в самом деле что-то происходит, - поддержал главный синоптик края. - На планете учащаются опасные явления: выпадают поздние снегопады, зарождаются серийные ураганы и торнадо, необычайно сильные наводнения сметают с лица земли деревни и города. Еще долго человечество не сможет забыть прошлогодний ураган «Катрина» в Новом Орлеане, из ряда вон выходящее наводнение нынешней весной в бассейне рек Европы, затопление поселков в Румынии, нежданный майский тайфун, обрушившийся на Китай.
Неординарно начинался нынешний сезон и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Первый тайфун вышел на побережье Китая в мае, а ведь их привычно ждут здесь только в июле. И в Хабаровском крае весна отличилась резким нравом. Особенно своенравным выдался апрель, с большими перепадами между теплом и холодом, и в целом он вышел довольно холодным. Даже через ноль градусов (один из важных показателей для синоптиков, символизирующий наступление весны) мы перешагнули на неделю позже. Май, напротив, был теплым, что дало синоптикам право констатировать еще один не рядовой факт - лето нагрянуло к нам в середине мая.
Заглянуть-то заглянуло, но опять ушло. А вернется оно, полагают синоптики, в конце июня. Зато, похоже, всерьез и надолго. Предполагается, что нынешнее лето будет преимущественно сухим и жарким. Продержится жара до второй половины августа. Потом вновь нагрянет непогода. Возможные сильные дожди в конце августа смогут испортить мирный норов Амура. Скорее всего, в конце августа или начале сентября нас ожидает паводок на Амуре. Гидрологи предполагают, что уровень воды у Хабаровска поднимется до четырех метров. Так что затопления части левобережных дач не избежать. Впрочем, хабаровские гидрологи не исключают, что коррективы в прогноз внесут построенные в Пемзенской и Бешеной протоках дамбы. Люди вмешались в природу, желая вернуть Амур в прежнее русло, вот и посмотрят теперь, чем аукнется их «самодеятельность».
Объяснять происходящие на Земле выкрутасы природы синоптики не берутся. Удел ученых - думать, почему она насылает на человеческие головы катаклизмы: то ли живем мы не так, то ли грешим больше положенного, то ли природа время от времени встряхивает человечество, напоминая главный закон эволюции. Для Гидрометеослужбы непонятности в атмосфере доставляют одни лишь хлопоты: попробуйте прогнозировать то, что само не знает, как себя поведет.
- Мы стараемся уловить основные тенденции, и в последнее время это получается, - считает Александр Гаврилов. - Кто регулярно следит за прогнозами Хабаровского гидрометцентра и погодой за окном, наверняка это отметил. Прогноз ведь необходим не только для того, чтобы знать - брать с собой зонт или нет.
В этом году в законе о Гидрометеослужбе появился новый юридический термин - «гидрометеорологическая безопасность». Если прежде синоптики должны были вовремя информировать о возможных стихийных бедствиях, то сейчас задача у них сложнее и ответственнее. Это, скорее, лишнее напоминание государству, что в этой службе не баклуши бьют. Коэффициент полезного действия синоптиков не только в оправданности прогнозов, но и в деньгах, которые они экономят, вовремя предупреждая об опасности. Практика показывает, что каждый вложенный в Гидрометеослужбу рубль возвращается десятью сэкономленными.
Понятно, что если стражи погоды «проспят» ураган или тайфун, то в тюрьму их не посадят и ущерб возмещать не заставят, даже с новой формулировкой в «служебном» законе. Но сами синоптики выводы сделают: какая же из предложенных для прогноза моделей подвела?
Оказывается, есть две модели состояния окружающей среды, которые помогают предсказывать то, что будет за окном и через неделю, и через месяц. Физико-статистическая, например, помогает установить закономерности между сезонами. К примеру, между зимой и летом. На этом же зиждутся и народные приметы. Модель позволяет собирать комплекс параметров атмосферы за определенный период и путем математических расчетов увидеть некоторые зависимости. Правда, оправданность таких прогнозов - не более 65 процентов.
- Есть еще термогидродинамические модели: решая дифференциальные уравнения, мы получаем прогноз погоды, - продолжает Александр Гаврилов. - Всем известно, что такие уравнения не имеют точного решения. Скажем, если к двум прибавить два, то может получиться и пять, и шесть, и три. Решаются они по шагам, и в каждом возможны погрешности. Все неточности в итоге оборачиваются ошибкой в прогнозе.
Точность термогидродинамических моделей доходит до 95 процентов, но у них есть предел предсказуемости - две недели. Словом, чем на больший срок составляется прогноз, тем меньше он будет схож с реальной погодой за окном. Вот почему все долгосрочные прогнозы перегружены словом «возможно». Американцы за погодные пророчества берутся неохотно, считая, что долгосрочные прогнозы - это шарлатанство. Да и наши синоптики частенько отшучиваются: «Да мы сами узнаем о погоде по радио». И это отнюдь не «кокетство», ибо самый точный прогноз на сезон будет… в его конце.
Так что, каким будет лето, нам точно предскажет… осень.

Татьяна Баулина.