Когда Олечке исполнилось два годика, ее мама решила опять пойти на работу. Потому что по семейным накоплениям вначале очень сильно ударило полное нежелание Олечки пользоваться сантехникой, а памперсы нынче дороги. Потом Олечка начала расти, а ее вещи не стали. Их приходилось выбрасывать и покупать новые. В общем, детство у Олечки закончилось чисто по экономическим причинам - ее решили отдать в детский садик.

Олечкиной маме до тех пор казалось, что маленьких детей в стране немного (вот и президент все время говорит про демографию), поэтому в любом детском саду ее встретят, как родную. Она, а звали ее Таня, еще выбирала садик: рядом с домом или тот, с красивым забором? Выбрала с забором. Встретили ее там действительно радостно.
- По месту жительства? Пишите заявление - будете 382-й.
- Что это за красивая цифра? - спросила Олечкина мама.
- Это ваш номер в очереди на место в нашем детском саду, - ответила тетя-заведующая и скосила один глаз на портрет президента (маслом).
- А скоро она подойдет?
- В год у нас освобождается порядка 20 мест, - поделилась радостью заведующая и скосила второй глаз на портрет мэра города (макраме).
В ее кабинете был еще портрет Макаренко (автора «Педагогической поэмы»), но на него глаз не хватало. А на Олечкину маму заведующая смотреть не стремилась, поэтому бегала глазами туда-сюда до тех пор, пока у Тани не закружилась голова.
Придя домой, мама Таня достала калькулятор и посчитала, что Олечкина очередь гулять по детскому саду с красивым забором подойдет спустя примерно 19-20 лет. Это не совпадало с темпами роста девочки, поэтому пришлось искать другой вариант.
В садике рядом с домом Олечка оказалась 220-й и могла рассчитывать на его песочницу уже сразу по окончании средней школы. Но на всякий случай Таня и туда записала девочку. Ибо в ее голове начала появляться материнская хитрость: а вдруг второго ребенка родим, тоже Олечкой назовем, чтобы очередь не пропала.
Тем временем ребенок продолжал расти и рвать колготки. Семейные накопления стремились совпасть по основным параметрам с дефицитом городского бюджета. А желание найти работу у Олечкиной мамы достигло такого предела, за которым уже маячил энтузиазм строителей БАМа. Именно тогда Тане посоветовали очень хорошую няню. На дому. Всего за 5-6 тысяч рублей в месяц. Но со своим питанием. За испорченные вещи администрация ответственности не несет.
Но это был все же выход. Таня нашла работу с зарплатой 7500. Договорилась с няней на 5000. Таким образом, еще 2500 оставалось на колготки и проезд до работы (обратно можно и пешком).
Сдали Олечку няне.
На этом собственно ее детство закончилось окончательно. А дело в том, что Олечка любила плакать. Для этого у нее было несколько веских поводов:
1. Она чего-то конкретно хотела.
2. Она чего-то хотела, но не могла понять, чего. Может, взрослые сами догадаются.
3. Олечка чего-то не хотела.
4. Не хотела, но чего - угадайте, сама пока не знаю.
5. Просто так, чтобы привлечь внимание к проблемам материнства и детства в РФ.
6. А еще Олечка мечтала стать певицей и развивала легкие…
Олечкина няня, назовем ее по классике фрекен Бок-младшая, однако, не любила, когда дети плачут. И на это у нее тоже было несколько причин:
1. До этого она служила в армии прапорщиком.
2. Муж ее тоже всегда служил прапорщиком.
3. После контузии на кухне в/ч 360889 она никогда самостоятельно не плакала.
4. «За такие деньги пусть Путин плачет».
5. Она просто не любила детей.
6. Разве этого не достаточно?
В общем, у Олечки с фрекен отношения не сложились. Понятную всему личному составу команду «молчать!» Олечка воспринимала, как нарушение прав ребенка, и автоматически не пользовалась сантехникой. Она начала нервно отказываться просыпаться по утрам. В ее лексиконе появилось выражение: «Сама дура!».
В общем, от няни девочку пришлось забрать и начинать все по новой. К тому времени маме Тане уже объяснили, что в детский сад нашего города можно устроиться либо после школы, либо по «блату». Даже нашлась одна знакомая, которая знала одну заведующую детским садом, которая могла бы взять Олю, если ей создать хорошее настроение… А хорошее настроение у заведующей, как и у всякой другой, появлялось после каких-нибудь бескорыстных подарков.
В первый раз Таня пришла к ней с букетом гвоздик. Заведующая обрадовалась и куда-то вышла.
Второй раз Таня принесла вино «Букет степей» и коробку конфет «Буратино». Заведующая ей улыбнулась и рассказала, какой дорогой нынче песок для песочниц. При этом осталось полное впечатление, что песок она закупает лично и сразу оптом.
В третий раз Таня принесла три сумки продуктов, 7500 рублей и ведро песка. Заведующая сказала, что «ввиду особых обстоятельств мамаши очередь ее ребенка сильно продвинулась» и скосила один глаз в сторону министерства образования.
В четвертый раз Таня просто заплакала. На это у нее было несколько причин:
1. У нее закончились подарки.
2. Ей хотелось кого-нибудь убить, но она боялась попасть в тюрьму…
А дело было зимой, в районе какого-то городского храма. Таня сидела под елочкой и плакала. Или под тополем, но тоже плакала. К ней подошел Дед Мороз, а может, мимо пролетал ангел или проезжал какой-нибудь заместитель мэра. В общем, Таню подняли из сугроба, погладили по голове, выслушали и устроили в детский садик.
Вначале ее, а потом уже и Олечку. Потому что воспитателей в садиках не хватает, а детей хватает. Хочешь, мамаша, ребеночка сдать - служи.
Ну да сказка не об этом, а о детстве Олечки. Недавно она выучила пять букв: «о», «л», «е», «ч», «к» и «15»…

Виктор Илин.