Фотография, как и любой вид изобразительного искусства, становится документом времени сразу же, как только появится на свет божий. По старым фотографиям сегодня мы судим о том, каким было то или иное время, чем примечательно или привлекательно оно или же наоборот.

Семейные, личные фотоальбомы, архивы учреждений и предприятий, спецхраны, госархивы и т.д. содержат весьма редкую, а то и уникальную информацию. Иногда она вызывает удивление, улыбку или недоумение. Вот для примера две архивные истории.
…В июле 1958 года отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам (был и такой) счел необходимым «…доложить об ошибках в художественном оформлении журналов «Советский Союз» и «Огонек». Не кому-нибудь, а в ЦК КПСС. Что же это были за ошибки, потребовавшие вмешательства всемогущего в ту пору ЦК партии? Читаем дальше записку партаппаратчиков: «В седьмом номере журнала «Советский Союз» за 1958 год опубликован фоторепортаж В. Руйковича «У автора «Тихого Дона».
Фотографии этого репортажа выполнены в натуралистическом духе. Они не показывают М. Шолохова как выдающегося мастера художественной литературы и народного писателя, а раскрывают случайные, не характерные для его деятельности эпизоды из жизни, искажающие образ советского писателя».
Очевидно, выполняя редакционное задание, В. Руйкович побывал в Вешенской, где его встретил хозяин, пожил здесь и понаблюдал за бытом писателя, его увлечениями, образом жизни. Побывал с ним на охоте. На одном из снимков писатель в картузе и в привычной строченой телогрейке, в высоких кожаных сапогах шагает по скошенному полю и несет в левой руке подстреленную птицу. В правой видно ружье. Снимок сделан со спины. На другом снимке Шолохов на скамейке, очевидно в саду, курит, его окружили две любимые собаки. Привычная сценка, свидетельствующая о дружбе человека с животными. Больше всего возмутил авторов записки цветной портрет писателя размером в две трети полосы, на котором «…изображен М. Шолохов неопрятно одетый, небритый, с непричесанными волосами, с заплывшими глазами и набухшими венами на висках. Этот портрет является примером натурализма и свидетельствует о том, что его автор В. Руйкович, вместо раскрытия образа М. Шолохова, подражая некоторым западным журналам, грубо исказил принцип социалистического реализма…»
Конечно, автора снимков вызвали в тот самый отдел пропаганды и агитации, хорошо отчитали, но Руйкович посмел с этим не согласиться и заявил, что поступил правильно и показал жизнь писателя без прикрас.
За что же досталось «Огоньку»? Тоже за фотоснимок, помещенный на обложке №29 за 1958 год, где был представлен портрет подручного сталевара Нижнетагильского металлургического завода А.В. Панькова, выполненный фотокорреспондентом «Огонька» Д. Бальтерманцем. Чем же не устроила фоторабота именитого мастера? Тем, что на ней «… изображено лицо с воспаленной кожей, характерной для человека, занятого тяжелым изнурительным трудом. Фотокорреспондент Д. Бальтерманц в погоне за оригинальностью выпустил из виду главное - человека, передового рабочего». Вот так, не больше, не меньше!
«Ущербные» снимки в двух популярных журналах появились, конечно же, из-за ослабления «контроля со стороны редколлегий за качеством и содержанием отбираемых к печати фотографий». Заместителям редакторов Бочарову и Кудреватых предлагалось «строго указать».
Но и на этом дело не завершилось. 26 июля того же года под грифом «Совершенно секретно» выходит небольшое постановление секретариата ЦК КПСС «Об ошибках в художественном оформлении журнала «Советский Союз». В нем фотоиллюстрации Руйковича были признаны натуралистическими, не характерными для облика великого писателя. Второй пункт гласил: «Указать… т. Бочарову А.Г. на безответственное отношение, проявленное к оформлению указанного номера журнала». Тройка «вершителей судеб» М. Суслов, П. Поспелов, О. Куусинен проголосовали за это единогласно.
Журнал «Огонек» почему-то не был включен в текст постановления… Простили?

«Вражескую» маслобойку долой !
Вот случай совсем другого свойства, из разряда курьезных, но также ставший предметов обсуждения достаточно высоких инстанций. Сохранившийся в архиве документ - это протокол бюро комиссии партийного контроля при ЦК КПСС от 15 декабря 1937 года. Заглянем в него.
Речь здесь идет о прозаических для тогдашней жизни… маслобойках. Кто не знает сей предмет - напомню. Домашние или промышленные маслобойки работали по одному принципу - лопастями или же кругом с отверстиями по периметру, закрепленному на держателе. В емкости «гоняли» сливки или сметану, «выбивая» из них воду.
Промышленные маслобойки были мощнее и выпускались почему-то предприятиями оборонной промышленности. Однажды человек по фамилии Глазко принес в управление Московской областной конторы Метизсбыта образец маслобойки, которую выпускал завод №29, и обратил внимание на форму их лопастей, которые напомнили фашистскую свастику.
Дело было передано в НКВД. Донос возымел действие, те, «кому надо», с маслобойкой и ее авторами разобрались и установили: «Маслобойка сконструирована в тресте ширпотреба ГУАПа старшим инженером Тучашвили. Цех ширпотреба завода №29 (нач. цеха Краузе, по национальности немец, член ВКП (б) с 1925 г.) добавил вторую лопасть, установив ее перпендикулярно первой. В результате расположения лопастей приобрело вид фашистской свастики. Конструкцию маслобойки утвердил тов. Тырский (нач. треста ширпотреба ГУАПа - член ВКП (б) с 1925 г.)».
Далее сообщалось, сколько таких маслобоек было изготовлено (123247 штук за 1936 год и 36516 штук за 1937 г.). На их изготовление израсходовано около 70 тонн дорогостоящего металла в то время, как можно было употребить пластмассу, дерево и т.д.».
Оказалось, что немец Краузе бдительности не терял и указывал начальству треста на то, что лопасти похожи на свастику. На что ему было отвечено неким Борозденко: не обращай, мол, внимания, лишь бы рабочему классу было хорошо.
Проводивший проверку некто Васильев предлагал выпуск маслобоек прекратить, поскольку считал это вражеским делом.
Бюро комиссии партийного контроля на своем заседании постановило принять к сведению заявления наркома оборонной промышленности Кагановича, что в месячный срок лопасти маслобоек, имеющих вид фашистской свастики, будут изъяты и заменены новыми».
Такой вот юмор из архивного спецхрана…

Александр ЧЕРНЯВСКИЙ.