Дочь позвонила Алле Падериной на работу: - Мама, скорее! Наш дом ломают! Сердце у Аллы Александровны екнуло, хотя к чему-то подобному она внутренне готовилась всю последнюю неделю.

Еще в первых числах июля два деревянных домика в самом центре Хабаровска по улице Шеронова - ее и соседский - попали в «осаду». Сначала во дворе появились незнакомые люди, которые оказались строителями, и возвели вокруг их домиков большой деревянный забор. Потом спилили во дворе тополя и начали подвозить строительные материалы. Затем появились КАМАЗы с железными сваями, краны и буровая машина. Тут уж не надо быть Штирлицем, чтобы понять: ветхий деревянный домик, в котором ты прожил столько лет, доживает последние дни.
Только одно не укладывалось у Аллы Александровны в голове: «А как же мы?». Нет такой нормы ни в одном законе: сносить дома вместе с их жильцами. Меж тем строители вели себя так, будто жильцов идущих под снос домов и впрямь не существует.
- А ваших домов здесь и нет! - ответил прораб Мурат Ахметжанов, когда Алла Падерина, запыхавшись, прибежала с работы домой.
- То есть как это: нет наших домов? - переспросила Алла Падерина.
- А вот так, - охотно разъяснил прораб. - Вот у меня разрешение на начало строительства, а вот - план. Видите? Где тут ваши дома? Нет тут ничего. Я строю на голом месте.
Не веря своим глазам, Алла Александровна заглянула в план. Их дома - по ул. Шеронова, 89А и ул. Шеронова, 87 - в плане действительно не значились.
…«Но так не бывает»! - скажете вы. То же самое, признаюсь, сказала и я Алле Падериной, когда она в отчаянии прибежала в редакцию. Да, город строится и хорошеет. Да, деревянные развалюшки сносят. Но чтобы их жильцам не предоставили сначала другие квартиры?!
Да кто ж не знает, что ожидание, когда снесут, наконец, их старый дом, порой является единственной надеждой на улучшение жилищных условий жителей так называемого «ветхого фонда»?
Семья Падериных, к слову, в этом отношении совсем не исключение. Типичная картина: муж, жена и трое детей - два сына и дочь - всю жизнь живут в старом деревянном доме на 13 квадратных метрах и без коммунальных услуг. В таком старом, что из-за его ветхости им даже в свое время не разрешили приватизировать свою квартиру: есть и такая норма закона. С 1997 года эта семья из пяти человек стоит на учете в администрации Центрального района города как «граждане, нуждающиеся в улучшении жилищных условий». Но на таком «учете», известно, можно простоять хоть всю жизнь. Потому что на все обращения Падериным неизменно отвечали, что предоставить им нормальную квартиру с учетом социальных норм и разнополых детей у города нет возможностей. Так что многие годы оставалось им лишь надеяться: вот начнут сносить наш старый дом, тогда…
Такая же картина и в соседнем деревянном доме на ул. Шеронова, 87. Там живут две семьи. Первая - тоже Падерины, это свекр и свекровь Аллы Александровны и их взрослый сын. Вторая семья фактически состоит из двух семей. А может, даже из трех. Судите сами: супруги-пенсионеры Яковлевы, оба инвалиды. Их дочь Светлана Баженова со своим сыном-второклассником. Да еще их взрослый сын Юрий.
Причем, по всем социальным нормам, нужна бы Юрию вообще отдельная квартира, потому что он серьезно болен. Еще в советские времена Юрию по постановлению Совмина СССР полагалась отдельная жилплощадь. Да и в нынешние, капиталистические, тоже. Об этом даже специальная 51-я статья нового Жилищного кодекса гласит и отдельное постановление правительства России в «обеспечение» этой самой статьи.
Но постановление - это одно, а жизненные реалии, как говорится, - совсем другое. Поэтому и Яковлевы, измученные ожиданием квартиры, все свои надежды связывали только с одной мыслью: вот начнут сносить наш старый дом, тогда...
И надежда, наконец, забрезжила. Случилось это еще в апреле этого года, когда во двор пришли незнакомые солидные люди и сказали: будем знакомы. Мы - представители компании «Строймикс-А». Мы будем ломать ваши дома и строить здесь красивое четырнадцатиэтажное здание.
- Как замечательно! - обрадовались семьи Падериных и Яковлевых.
А наивная Алла Александровна Падерина даже выслала заявление на имя мэра города Александра Соколова с просьбой сообщить: куда жильцам переселяться?
Ответ вскоре пришел из департамента архитектуры, строительства и землепользования и был подписан первым заместителем его директора Сергеем Сергейчуком. Только от такого ответа у жильцов «ветхого фонда» волосы на голове встали дыбом. Потому что в письме Сергей Сергейчук любезно их известил, что раз снос их домов (и дальнейшее строительство) предусмотрен «за счет собственных средств застройщика», то и квартиры им должен именно застройщик. А вовсе не мэрия. «Поэтому предлагаю вам поддерживать с застройщиком постоянный контакт», - написал чиновник.
«Но этого не может быть!» - испугались жильцы. Судите сами. Квартиры - не приватизированные. Они муниципальные. А значит, каждая семья заключала договор социального найма с мэрией. Именно с мэрией, а не с какой бы то ни было строительной фирмой. Что же, договор, получается, - филькина грамота? И мэрия никому ничего не должна?
В такое тоже было трудно поверить. И вот Алла Падерина побежала в мэрию, к начальнику управления жилищного фонда и приватизации жилья Галине Селивановой.
- Но секретарь меня к ней не пропустила и даже отказалась принять заявление!
- С прорабом стройки я провел профилактическую беседу, - заверил меня капитан милиции ЦРУВД Хабаровска Николай Третьяков. - Только что я могу сделать? Я у него документы на строительство посмотрел: там все в порядке.
...Но, видно, не «все в порядке» было со строительством. Потому что еще через день поздним вечером в «нехороший» двор приехал какой-то коротко стриженный человек.
- Ладно, чего вы расшумелись, - миролюбиво сказал он трем несчастным семьям. - Давайте собирайтесь. Сейчас я вас развезу на ваши новые квартиры. И вещи ваши, так уж и быть, перевезу. И кой-каких денег дам. Хоть первое время нормально поживете.
- Как? Куда? На каких основаниях? - разволновались жильцы.
А вы бы не разволновались, если бы вас неизвестно кто перевез бы с вещами неизвестно куда и неизвестно с чего ради?
Но тут «стриженому» было чем крыть. И он извлек из кармана постановление заместителя мэра города Валерия Казаченко от 23 июня сего года, которое предписывало строительной компании «Строймикс-А» предоставить мэрии квартиры «в счет возмещения убытков, причиненных сносом жилых домов». Ну а мэрии оформить на них документы «для заключения договоров социального найма с гражданами».
Впрочем, тут хоть что-то начало проясняться. И узнали, наконец, жильцы, КУДА же их затеяли переселить. Все это было указано в приложении к данному постановлению Валерия Казаченко. Семье Падериных (пять человек, разнополые дети, стоят на учете по улучшению жилищных условий) предстояло переселиться в квартирку в переулке Шмаковском жилой площадью 17,6 квадратных метра. Семье Падериных-старших (трое человек, один инвалид) - в квартирку по переулку Стадионному жилой площадью в 17,3 квадратных метра. Ну а семье Яковлевых (пять человек, фактически три семьи, из них двое инвалидов, а один имеет право на внеочередное предоставление отдельного жилья по болезни согласно новому Жилищному кодексу РФ) вообще в «малосемейку» на улице Вологодской жилой площадью в 17,5 квадратных метра.

Кодекс разящий
- Но вы, наверное, просто были не в курсе, что семья Падериных состоит на учете на улучшение жилищных условий? - с надеждой спросила я главного специалиста отдела подготовки отдела земельных участков департамента архитектуры Сергея Щемелинина.
- Почему же, в курсе! - бодро ответил мне Сергей Алексеевич. - Вот переедут они на свои 17,6 метра жилой площади и точно так же и будут стоять себе дальше в очереди на улучшение жилищных условий.
- Но как же вы расселяете людей без учета социальных норм? Их же никто не отменял?
- А по Жилищному кодексу! - просветил меня Сергей Щемелинин. - Там сказано, что при сносе дома его жильцы получают точно такое же по площади жилое помещение. Вот они точно такое же и получают!
...Что ж. Есть, действительно, такая норма в Жилищном кодексе, предусмотренная статьей 89-й, которая гласит, что в случае выселения в связи со сносом дома его жильцы получают такое же по площади жилое помещение. Только это - не единственная статья Жилищного кодекса, регламентирующая вопросы «социального найма». Есть и другие. Например, статья 50 и статья 57 гласят, что квартиры по социальному найму предоставляются в соответствии с «учетной нормой», то есть минимального размера жилого помещения. В Хабаровском крае такая норма - 15 квадратных метров на одного человека. Стало быть, семье Падериных, состоящей из пяти человек, должна быть предоставлена квартира не менее чем в 75 квадратных метров. Статья 51 прямо указывает, что если общая площадь жилья меньше учетной нормы на каждого члена семьи, то такая семья считается «нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договорам социального найма». А статья 58 требует учитывать при предоставлении жилья наличие лиц разного пола, за исключением супругов. Заселение одной комнаты лицами разного пола, по закону, «допускается только с их согласия». А ведь каждой из трех семей выделяют по однокомнатной квартире, и согласия никакого не спрашивают!
Очевидно, законодатели считали, что сначала людям предоставляют жилье с учетом всех социальных норм, а уже потом, если встает речь о сносе этого жилья, дают точно такое же.
Но в жизни-то все по-другому. Бывает, что жилье ломают, так и не обеспечив людей тем, что им положено по закону. Почему это не пришло в голову законодателям - вопрос отдельный. Только в результате Жилищный кодекс получился очень уж «универсальный»: какой статьей хочешь, такой и верти. Даром, что ли, они все противоречат друг другу?
Ольга НОВАК.В такое тоже было трудно поверить. И вот Алла Падерина побежала в мэрию, к начальнику управления жилищного фонда и приватизации жилья Галине Селивановой.
- Но секретарь меня к ней не пропустила и даже отказалась принять заявление!
- С прорабом стройки я провел профилактическую беседу, - заверил меня капитан милиции ЦРУВД Хабаровска Николай Третьяков. - Только что я могу сделать? Я у него документы на строительство посмотрел: там все в порядке.
...Но, видно, не «все в порядке» было со строительством. Потому что еще через день поздним вечером в «нехороший» двор приехал какой-то коротко стриженный человек.
- Ладно, чего вы расшумелись, - миролюбиво сказал он трем несчастным семьям. - Давайте собирайтесь. Сейчас я вас развезу на ваши новые квартиры. И вещи ваши, так уж и быть, перевезу. И кой-каких денег дам. Хоть первое время нормально поживете.
- Как? Куда? На каких основаниях? - разволновались жильцы.
А вы бы не разволновались, если бы вас неизвестно кто перевез бы с вещами неизвестно куда и неизвестно с чего ради?
Но тут «стриженому» было чем крыть. И он извлек из кармана постановление заместителя мэра города Валерия Казаченко от 23 июня сего года, которое предписывало строительной компании «Строймикс-А» предоставить мэрии квартиры «в счет возмещения убытков, причиненных сносом жилых домов». Ну а мэрии оформить на них документы «для заключения договоров социального найма с гражданами».
Впрочем, тут хоть что-то начало проясняться. И узнали, наконец, жильцы, КУДА же их затеяли переселить. Все это было указано в приложении к данному постановлению Валерия Казаченко. Семье Падериных (пять человек, разнополые дети, стоят на учете по улучшению жилищных условий) предстояло переселиться в квартирку в переулке Шмаковском жилой площадью 17,6 квадратных метра. Семье Падериных-старших (трое человек, один инвалид) - в квартирку по переулку Стадионному жилой площадью в 17,3 квадратных метра. Ну а семье Яковлевых (пять человек, фактически три семьи, из них двое инвалидов, а один имеет право на внеочередное предоставление отдельного жилья по болезни согласно новому Жилищному кодексу РФ) вообще в «малосемейку» на улице Вологодской жилой площадью в 17,5 квадратных метра.

Кодекс разящий
- Но вы, наверное, просто были не в курсе, что семья Падериных состоит на учете на улучшение жилищных условий? - с надеждой спросила я главного специалиста отдела подготовки отдела земельных участков департамента архитектуры Сергея Щемелинина.
- Почему же, в курсе! - бодро ответил мне Сергей Алексеевич. - Вот переедут они на свои 17,6 метра жилой площади и точно так же и будут стоять себе дальше в очереди на улучшение жилищных условий.
- Но как же вы расселяете людей без учета социальных норм? Их же никто не отменял?
- А по Жилищному кодексу! - просветил меня Сергей Щемелинин. - Там сказано, что при сносе дома его жильцы получают точно такое же по площади жилое помещение. Вот они точно такое же и получают!
...Что ж. Есть, действительно, такая норма в Жилищном кодексе, предусмотренная статьей 89-й, которая гласит, что в случае выселения в связи со сносом дома его жильцы получают такое же по площади жилое помещение. Только это - не единственная статья Жилищного кодекса, регламентирующая вопросы «социального найма». Есть и другие. Например, статья 50 и статья 57 гласят, что квартиры по социальному найму предоставляются в соответствии с «учетной нормой», то есть минимального размера жилого помещения. В Хабаровском крае такая норма - 15 квадратных метров на одного человека. Стало быть, семье Падериных, состоящей из пяти человек, должна быть предоставлена квартира не менее чем в 75 квадратных метров. Статья 51 прямо указывает, что если общая площадь жилья меньше учетной нормы на каждого члена семьи, то такая семья считается «нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договорам социального найма». А статья 58 требует учитывать при предоставлении жилья наличие лиц разного пола, за исключением супругов. Заселение одной комнаты лицами разного пола, по закону, «допускается только с их согласия». А ведь каждой из трех семей выделяют по однокомнатной квартире, и согласия никакого не спрашивают!
Очевидно, законодатели считали, что сначала людям предоставляют жилье с учетом всех социальных норм, а уже потом, если встает речь о сносе этого жилья, дают точно такое же.
Но в жизни-то все по-другому. Бывает, что жилье ломают, так и не обеспечив людей тем, что им положено по закону. Почему это не пришло в голову законодателям - вопрос отдельный. Только в результате Жилищный кодекс получился очень уж «универсальный»: какой статьей хочешь, такой и верти. Даром, что ли, они все противоречат друг другу?

Ольга НОВАК.