Чувствуется, осень наступает. Среди зеленой листвы берез то тут, то там - лимонно-желтые «заплатки». Золото и багрянец - еще не хозяева в лесу, а только робкие гости.

Много желтизны и у липы - она рано начинает раскрашиваться. В осеннем наряде стоит ландыш с рыжеватыми листьями. Так же выглядит и майник. Коснулась осень и клюквы, костяники, голубики. Правда, здесь краски другие - красноватые тона. Потеряли свой летний цвет листья седмичника - зеленых уже не увидишь.
Многие отправляются сейчас на «грибную охоту». Но прежде чем собирать грибы, надо научиться в них разбираться.
Как-то в лесу повстречался мне мужчина с полным коробом. Заглянув в него, я увидел чернильные грибы. Их в народе называют навозниками.
- Зачем столько? - поинтересовался я.
- Говорят, помогают. Вот насобирал для одного знакомого…
В его руках лохматые яйцевидные шляпки выглядели неказисто, но сами грибы, кто не знает, съедобны и хорошего вкуса. Но, кроме всего прочего, этот грибок в сушеном виде - старинное средство от запоев. Только надо уметь его приготовить. Впрочем, в многочисленных справочниках и энциклопедиях о грибах рецепт при желании найти можно.
Осень задала работу всем лесным жителям. Медведь, барсук и енотовидная собака усиленно питаются, нагуливая жир для зимней спячки. Перед залеганием в нору барсук, например, накапливает столько жира, что он составляет одну треть массы его тела.
В сентябре начинает «выцветать» барсук. У него постепенно отрастает беловатый подшерсток. Чистоплотный зверь в этот период чистит отнорки и гнездовую камеру от старой свалявшейся травы.
По вечерам быстро сгущаются сумерки. Настороженный лес кажется пустым. На дальнем болоте слышны грустные крики готовящихся к отлету журавлей. С потаенной лесной поляны доносится глухой отрывистый рев лосей. Увенчанный тяжелой короной рогов сохатый перед встречей с соперником бьет по земле копытом.

Полосатый нахлебник
Этот симпатичный зверек первый визит к нашему рыбацкому биваку сделал как бы случайно. Умостившись на вершине сухостоя, бурундучок с любопытством посматривал на нас сверху. Потом, осмелев, он по стволику подобрался к нашему рюкзаку, откуда аппетитно пахло копченой колбасой.
Шерстка на его полосатой шкурке распушилась. Бурундучок подобрался еще ближе, сел и озадаченно поднял к мордашке лапку, будто собирался ею потереть глаза.
Пришлось нам поделиться с ним своим обедом. Он ловко захватил кусочек колбасы, уселся на задние лапы, словно белка, и, смешно надувая щеки, начал есть. Но не прошло и минуты, как, рассерженно поглядывая на нас бусинками глаз, он стал… плеваться. «Колбаса ваша, братцы, не орехи…».
Так он сидел и плевался минут десять, потом прыгнул на «обеденный стол» - на газету, расстеленную прямо на траве, понюхал кусочек сахара, размолол его острыми зубками, набил себе обе щеки так, что его острая мордочка сделалась почти круглой, и опять юркнул на дерево.
Когда мы засобирались домой и стали сматывать удочки, наш бурундучок снова прибежал к биваку, взобрался на свой наблюдательный «пост» на сухой лесине, встревоженно свистнул, его недоуменный взгляд как будто говорил: «Уходите? А кто теперь меня угощать будет?».
Чтобы зверек не сильно горевал, мы оставили ему «гостинец» - горсть кедровых орешков. Эта еда ему привычней!

Александр САВЧЕНКО.