Преодолеть врачебную корпоративность, добиться объективного взгляда судьи и выиграть в суде деньги за причиненный моральный вред удалось хабаровчанину Александру Рыбакову.

15 тысяч рублей - сумма, надо сказать, редкая, которую определяет суд по подобной «статье». И этот финал тяжбы с медиками можно назвать если уж и не грандиозным, то показательным. Врачи даже не стали обжаловать решение суда.
А дело было так: хабаровчанин Александр Рыбаков (фамилия изменена) попал в автомобильную аварию. Трагедия произошла на трассе, и «неотложка» отвезла пострадавшего 52-летнего мужчину сначала в ближайшую районную больницу. Местный хирург, заподозрив у Александра сложную компрессионную травму позвоночника, направил его в Хабаровск в одну из краевых клинических больниц: там, дескать, есть специализированное отделение для лечения таких травм и умные доктора.
Но хабаровские медики с этим диагнозом не согласились. Поставив Рыбакову ушиб позвоночника, попытались отправить пациента долечиваться… в обычную поликлинику. Жена Александра, видя его мучения, настояла все же на госпитализации, правда, толку от этого было мало. Иначе как к симулянту в отделении к Александру не отнеслись. И, несмотря на жалобы, через несколько дней больного врачи все равно отправили домой. Ходить в поликлинику на процедуры Александр так и не смог - боль не давала ступить шагу. И ничего не оставалась, как пойти за помощью в другую больницу. И там после обследования у Александра нашли… перелом позвоночника. Вместо спецотделения Рыбакову пришлось лежать в непрофильной неврологии.
Почти год понадобился Александру для того, чтобы твердо стать на ноги. Но спускать с рук халатность и хамство врачей Рыбаковы не стали. Жена, с согласия супруга, обратилась в краевой Фонд обязательного медицинского страхования (ФОМС) за помощью. Кстати, заработать на беде Рыбаковы не собирались, они даже не выставили в исковом заявлении компенсацию материального ущерба. Александр хотел докопаться до истины: возможно, по объективным причинам, к примеру, отсутствию специального медицинского оборудования, врачи краевого центра не смогли поставить точный диагноз.
- Но не думайте, что победить было легко, - признается начальник отдела организации обязательного медицинского страхования ФОМСа Ирина Бондарь, представлявшая в суде интересы Рыбакова. - Подобные дела длятся долго, доказать в суде правоту непросто, а выдержать морально этот марафон еще сложнее.
А начали пострадавший и его защитник с того, что отдали дело экспертам, включенным в специальный краевой регистр. В него входят врачи, имеющие ученые степени, опыт и, как правило, преподающие или в медицинском университете, или в краевом институте усовершенствования специалистов здравоохранения. Они-то и поставили «неуд» коллегам из краевой клиники за лечение больного. И при этом заметили, что оба лечебных учреждения имели равные возможности: и медоборудование, и специалистов - для того, чтобы точно поставить диагноз - перелом позвоночника. Просто в первой клинике к пациенту отнеслись, мягко говоря, невнимательно. Досадно только, что оскорбления, которыми доктора обильно осыпали Александра, в историю болезни так и не вошли.
Уникальность этого дела еще и в том, что длилось оно полтора года. Как правило, на выяснение виновного в подобных процессах уходит несколько лет, а если ответчики, обжалуя решение, запускают его по второму кругу, то и пять лет уже не срок. Самое тягостное в судебных историях - получение заключения судебно-медицинской экспертизы, которая всегда назначается в конфликтах врач - пациент. И дело не в том, что судья не доверяет заключению других специалистов, к примеру, привлекаемых ФОМСом, - таково требование закона. Но, несмотря на то, что другие экспертизы как бы находятся вне процессуальных рамок, их выводы могут быть ориентиром для того, чтобы понять, стоит ли обращаться в суд, есть ли для этого основания.
Считается, что «врачебные» дела одни из самых сложных, и не каждый юрист берется защищать пострадавшего пациента. Виной тому несколько факторов. Но главный: медицина - очень специфичная область, и когда доктора начинают спорить в процессе, сыпать терминами, то понять их, а главное - рассудить, уловив нестыковки и противоречия, может не каждый.
Понятно, что и судья как рыба в воде в этой сфере себя не чувствует. Врачевание - это искусство, привыкли слышать мы. Но иногда именно это обстоятельство дает такой простор для деятельности, что «поймать» ошибку потом сложно. А все из-за того, что в этой сфере нет жестких стандартов. Именно потому и стали говорить несколько лет назад о стандартах лечения, которые давно существуют за рубежом. Если западный врач уходит от него, то обосновывает свое решение, а в случае ошибки жестко отвечает за это. Словом, для судей сейчас очень важно слово экспертов.
- Назначенная судьей экспертиза не просто согласилась с выводами ФОМСа, но даже пошла дальше, - рассказывает Ирина Бондарь. - Между ошибочным и верным диагнозом есть принципиальная разница в лечении. Рыбаков должен был обязательно лежать в кровати, а не ходить по поликлиникам, куда его направили из отделения. Потому и боли были сильнее, и выздоровление долгим. Хорошо, что ошибка не повлияла на исход травмы, не вызвала тяжелых осложнений.
Материальная компенсация в этом деле составила 15 тысяч рублей - так решил суд. По закону, «моральный вред - это физические и нравственные страдания, которые испытывает человек, в результате каких-то действий или бездействия». Но как оценить мучения человека в денежной форме? Судья оценивает его, исходя из «принципа разумности и справедливости», но единой методики расчета нет. Александр просил за причиненные моральные и физические страдания 100 тысяч рублей, но полученные 15 тысяч рублей - это, говорят специалисты, большая сумма и настоящая победа. Как правило, сумма в подобных случаях ограничивается парой-тройкой тысяч рублей.
Что помогло Рыбакову доказать свою правоту? Рыбаковы уверены, что выиграли благодаря тому, что вовремя и в нужном месте стали искать защиты и совета. Еще в 1993 году в России было принято законодательство об охране здоровья граждан, в котором одна из статей посвящена правам пациента. И Александру Рыбакову очень повезло, что ему помогли их защитить.

Татьяна Баулина.

Кстати
В 2005 году с помощью краевого фонда обязательного медицинского страхования бывшими пациентами хабаровских клиник было подано пять судебных исков. Все они были связаны с плохим качеством оказанной медицинской помощи. Иски были удовлетворены, а сумма компенсации имущественного и материального вреда составила 306 тысяч рублей.
С нынешнего года отстаивать интересы пациентов должны страховые медицинские компании, в штате которых должны быть штатные юристы и эксперты.