Четырнадцатый сезон открыла на телеканале «Россия» популярнейшая программа «Городок». А еще три года назад с одним из ее авторов народным артистом России, трижды лауреатом телевизионной премии «ТЭФИ» Ильей Олейниковым случилась удивительная история: недотянув пяти лет до пенсионного возраста, он не на шутку увлекся фитнесом. С тех пор регулярно наезжает в спортзал три-четыре раза в неделю.

- Толчком стало общение с моим соседом по загородному поселку, борцом и заслуженным тренером, - рассказывает он. - Мы с ним примерно одного возраста, но какая у него фигура и какая у меня! Вздыхая от зависти, я решил попросить соседа привлечь меня к утренним тренировкам. Встав в семь утра, отжался... четыре раза. Иса покачал головой: «Не так плохо!» Через неделю совместных тренировок я довел личный рекорд до шести отжиманий. Но тренировки не бросил. Сначала купил себе в дом тренажер, «велосипед», гантели, но сын Деня надоумил: «Папа, занятия дома - это без толку. Надо ходить в зал». Я встретил тренера Кирилла Ролле, он отдался занятиям со мной со всей истовостью. Расписал диету и все такое прочее. Постепенно я так втянулся в тренировки, что теперь без фитнеса не представляю себе жизни. Тренер объяснил, что мой организм уже привык к новым нагрузкам и требует от хозяина продолжения. А в благодарность тело начинает обретать некую форму, которой я раньше не обладал. Я ведь и в молодые годы отжимался максимум восемь раз... И еще я сел на диету.
- Как ваша супруга отреагировала на новое увлечение?
- Ирина не слишком довольна. Она отличная хозяйка, по привычке готовит много, но процентов восемьдесят приготовленного приходится выбрасывать. Зато теперь жене приятно, надеюсь, на меня смотреть. Ира, кстати, уже больше десяти лет сама активно занимается спортом. Каждое утро начинает с интенсивной получасовой зарядки. Нашему сыну тридцать, а Ира в великолепной форме, на пляже я думаю: «Неужели эта прекрасная дама принадлежит мне?» И далеко не я один любуюсь этой женщиной.
- Вы с Юрием Стояновым не только на экране, но и в жизни заводные, постоянно разыгрываете друг друга и окружающих. А как насчет шуток в адрес человека, который вас знает как облупленного - вашего друга и напарника Юрия Стоянова?
- Юра обожает прикалываться, и львиная доля сюжетов, снятых в «Городке» скрытой камерой, плод его фантазии. Но я давно заметил, что к розыгрышам, где Юра сам становится жертвой, он относится не столь радостно.
 В начале 90-х мы сняли рекламу для одной финансовой фирмы-пирамиды, куда неискушенный народ, и мы в том числе, был готов тащить свои «бабулечки». Набрав энную сумму, пирамида гикнулась. Завели дело. И нас - в качестве свидетелей - вызвали к прокурору, хотя мы ничего знать не знали. Стоянов остался монтировать очередной «Городок», а я поехал с шофером Серегой сдаваться на милость следственных органов.
Прокурором оказалась симпатичная женщина. Она задала мне несколько протокольных вопросов и отпустила на все четыре стороны. «Серега! - предложил я водителю, вернувшись с допроса. - Когда приедем в офис, скажи Стоянову, что дело серьезное. Объяви, мол, что Илью замели на неопределенный срок, и он попросил заехать к нему домой, забрать что-нибудь из теплых вещей и деньги. Добавь еще, что его тоже вызывают».
 В офисе я подло спрятался за дверью, а Серега сыграл круче профессионального актера. Войдя в монтажную, доложил Стоянову все слово в слово, с точностью до запятой. Юра выслушал сказанное с каменным лицом и, как капитан, знающий, что корабль идет ко дну, но не теряющий никогда бодрости духа, бравым голосом объявил присутствующим: «Ребята, я сейчас на некоторое время отъеду, а когда вернусь - добьем монтаж до конца!»
 Из монтажки он вышел с бледным видом. И тут я шагнул навстречу: «Привет, Юрик!» «Здорово!» - машинально ответил он и, пройдя несколько шагов, притормозил. Взгляд его был полон недоумения: «Тебя, что, уже выпустили?» - «Ну, как тебе сказать...» Юра постоял, медленно соображая, что к чему, и тут до него дошло... Моя врожденная интеллигентность не позволяет мне процитировать слова и выражения, адресованные в мой адрес.
- Он отомстил?
- Однажды мы закончили съемки в час ночи, и я, намаявшись, уснул в студии прямо за столом. Тогда Юра включил камеру и разбудил меня, ничего не соображавшего: «Слушай, Илюха, тут, пока ты спал, позвонили из Мурманска, там компания «Экстерморторфлот» по выпуску крабовых консервов хочет заказать нам рекламу. Только их надо съесть в кадре!» Ведь вспомнил же, что я ненавижу крабы, креветки и прочие морепродукты.
Я поморщился, но спросил: «Сколько?» - «10 тысяч баксов! За 10 тысяч сожрешь три-четыре маленьких крабика?» - «А то нет!» И мы начали тут же репетировать текст. Сняли пять дублей, потому что спросонья мне никак не удавалось выговорить «Экстерморторфлот». Я проглотил штук двадцать креветок, от чего меня уже поташнивало.
Вдруг позвонил телефон. Юра взял трубку: «Сколько? Но мы же говорили совсем о других деньгах! И вообще я передаю трубку Олейникову». Я взял трубку и услышал: «Илья Львович, извините, но нам позвонил генеральный директор, ситуация изменилась, мы не можем заплатить десять!» Я спрашиваю: «А сколько можете?» - «Две». Услышав, что вместо десяти - две, взбешенный, я сразу проснулся. «А заберите себе ваши «бабки»! Мы сняли пять дублей, я сожрал эти мерзкие креветки»... В трубке повисла пауза, после чего голос произнес: «Илюха, ты все сказал? А теперь слушай: ты снялся в «Скрытой камере»!» Этот сюжет потом несколько раз показали по ТВ.
Так вот и подшучиваем друг над другом уже не вспомнить сколько лет.

М. Садчиков. («Труд».)