В краевом театре драмы случились нынче сразу две премьеры: вслед за чеховским «Вишневым садом» (режиссер Н. Елесин) зрители увидели «Божьих одуванчиков» (режиссер В. Паршев) современного драматурга А. Иванова. Театр открыл сезон 22 сентября и 29 «выстрелил» премьерным дуплетом.

Соскучившийся зритель охотно пришел в зрительный зал. На «Вишневом саде», к примеру, все три вечера был аншлаг. И «Одуванчики» тоже не отстали от классики.
Пьеса Иванова - о стариках, о тех, кого перед 1 октября каждый год мы почтительно величаем пожилыми людьми, устраиваем им маленькие радости, дарим конфеты, цветы, а 2 октября о них забываем.
Незатейливая (которая должна была стать смешной) история «Одуванчиков» в пересказе не нуждается. Герои и героини простые, узнаваемые. Они пришли на сцену из сегодняшней жизни. Постановщики пытаются вовлечь в эту игру зрителей выстроенным на сцене «театром в театре». Две пожилые дамы, кровные сестрицы Петровы - Анастасия и Мальвина - живут вместе так давно, что театр, дававший им работу и удовольствие, давно сгорел, но они из его плена выйти не хотят. Обращение в некое бюро брачных знакомств одной из сестер из шутливой затеи превращается в шествие в их дом женихов почтенного возраста и разных целей. Одному нужны лишние «жилые квадраты» огромной квартиры Петровых, другому, хроническому зэку, такие визиты - привычный заработок, третий - из породы слесарей-афонь, просто зван устранить потекший водопроводный кран, но, подогретый водочным гонораром, он невольно поддается возникшей игре. Бывшая актриса, старшая из сестер Анастасия, управляет этим спектаклем настолько эмоционально, что теряются не одни пугливые женихи, но и их молодой работодатель Выхухолев Гриша, который «поджимает хвост» и, в конце концов, покидает поле боя, на котором долго издевался над «одуванчиками».
В итоге, к концу спектакля мозги этих милых стариков под песенки Шаинского, как под прохладные сквозняки, очищаются от всякой дури, от корыстного блуда; их сердца теплеют, оживают под воздействием всесильной человеческой любви. И в самом деле, счастье - такая нестойкая субстанция нашей души, что ее можно искать долго, до самой старости.
Комедийный жанр разыгранного на сцене очевиден, но программка спектакля зрителей упреждает: вы, дескать, смотрите некие театральные фантазии. Не судите нас строго за то, что нафантазировали…
Основные признаки комедии в спектакле все же сохраняются - это несоответствие мира реального и иллюзорного. От этого несоответствия возникают желания, поступки героев, обремененных тяжестью прожитых лет. По-разному воспринимают герои спектакля давно созревшие плоды своей жизни, и единственное, что их в какой-то мере объединяет, - одиночество. Эта тема и превалирует в новой работе театра драмы. А это уже другой, особый разговор со зрителем, не раз и не два театром проводимый. Одиночество - это большой букет человеческих переживаний, красок и оттенков, страданий и радостей. К тому же, есть люди, для которых одиночество - единственное комфортное состояние, есть те, для кого оно как запланированный выход на природу: побыть один на один с собой, привести себя в порядок и снова в путь… Наконец, есть одиночество женщин, мужчин, которым хочется душевного дуэта и равновесия на ухабистой дороге, ведущей куда-то вниз… В хабаровском спектакле тема одиночества подразумевается как неизбежная участь «божьих одуванчиков», то и дело попадающих в смешные, нелепые ситуации. Их становится жалко, над ними не очень хочется смеяться. Но зрителям не так уж и важны «особенности жанра», ему бы посмеяться или помолчать наедине с собой, когда что-то задевает, пронзает душу.
Смех в зале, конечно, возникал, а вот душа отчего-то дремала… Не разбудили ее «божьи одуванчики»?

Александр Чернявский.