Беда села Краснореченского (за Хабаровском) «не тянет» даже на сводку «горячих» новостей: так давно прошли те времена, когда воду можно было спокойно набрать из крана в доме или из колонки на улице. Кто говорит: это было 100 лет назад! Кто уточняет: нет, лет тридцать. А колонки в частном секторе работали еще года три назад… Но если кто-то думает, что за три, 30 или хоть 100 лет человек может привыкнуть жить без воды, то он глубоко заблуждается. Вот и пишут люди в разные инстанции: помогите!

Последняя из могикан
В избе Евдокии Былковой на улице Первомайской женщины из окрестных домов собрались на «военный совет». Аккурат к моменту нашего приезда коммунальщики (по причине аварии) заглушили последнюю колонку, дававшую людям воду. Работала она из рук вон плохо: то замерзала, то ее прорывало. Так что ее почти что и не было. Теперь не стало совсем.
- Будем в поселок «Геофизик» ходить, там есть колодец! - обнадеживала товарок Анна Аськова.
- Местные не дадут, воды в нем мало, они и так его сторожат, - возражали те.
- Значит, будем драться! - не сдавалась Анна Николаевна.
Пенсионерки в ответ только глухо вздыхали. Тяжело на старости костылями отбивать ведро воды. Да и идти с санками по колдобинам до того «Геофизика» сколько!
Впрочем, битва за воду - явление в Краснореченском обычное. И если свести все баталии к общему знаменателю, то смысл их сводится к одному: кто вообще должен решить проблему при наличии прогнившего водопровода? При внешней простоте вопроса ответ на него далеко не очевиден…
Когда-то практически все, что есть по сей день в селе Краснореченском, принадлежало совхозу. Тому самому - знаменитому Краснореченскому, который давал едва ли не пятую часть всего производимого в крае молока. И было это вполне естественно, потому что жили в селе, в основном, работники совхоза. Для них строились дома и прокладывались коммуникации. А всем известно, что коммуникации надо обслуживать.
Меж тем, сразу за перестройкой последовали годы для сельского хозяйства страшные. И как в таких условиях ремонтировать ветшающий водопровод?
Первыми жертвами суровой действительности стали пятиэтажки. Сначала вода перестала подниматься на самый верх, потом исчезла и с нижних этажей. В народе рассказывают: когда директором хозяйства стал бывший депутат Верховного Совета СССР Юрий Чичик, то он первым делом переехал из пятиэтажки в коттедж. Объясняют люди это просто: «В коттеджах тогда вода еще была. Это сейчас ее уже и там нет».
Ну а потом СХОАО «Краснореченское» - одно из лучших сельхозпроизводств в крае - просто обанкротилось. И хотя с тех пор идет вот уже четвертый год, процесс банкротства официально не завершен. Вот и получается: сельхозпредприятия уже давно нет в природе, но ветхий водопровод до сих пор числится на его балансе и является чьей-то собственностью. А кто станет ремонтировать чужую собственность?
С другой стороны, а кто же примет на свой баланс прогнившие коммуникации? Это ведь автоматически означает принять на себя ответственность за их работу. А деньги на починку откуда?
«Глава администрации села Сергей Геращенко заявляет, чтобы мы сами нанимали людей для ремонта, бурили скважины и эксплуатировали водопровод. Но такой подход нам кажется неправильным. Ведь мы и избираем власть для того, чтобы она решала подобные вопросы. А мы готовы платить за воду», - написали в письме в редакцию жители села.

По разные стороны колодца
Впрочем, нет. Здесь надо сделать одну существенную оговорку:
- А вам жители какой части села написали: из благоустроенных домов или из частного сектора? - уточнила заместитель главы Корсаковской администрации Елена Некрасова.
И этот вопрос оказался совсем не праздным. Хотя от отсутствия воды страдает все село, «специфика» вопроса в частном и благоустроенном секторах весьма разная. И уже только из-за этого частный и благоустроенный секторы разделились на два антагонистических лагеря. Потому что люди из частного сектора знают: как только «благоустроенным» решат вопрос, частному сектору вообще перекроют трубу. Сейчас-то еще нельзя: через частный сектор остатки воды «транзитом» поступают в котельную, которая обогревает благоустроенные дома.
Вот и получается: ныне старики, женщины и дети из частного сектора в глазах коммунальщиков вроде чеченских террористов, что воруют содержимое драгоценной трубы.
- Этот частный сектор вообще не имеет отношения к нашему жилищному фонду! И не отрежешь же эту трубу никак! - возмущался начальник Краснореченского участка МУП ЖКХ № 4 Хабаровского муниципального района Владислав Дурынин.
В общем, в вопросе борьбы за воду частный и благоустроенный секторы, как два нищих, которые вынуждены в кровь бить друг другу лица за глоток воды. А что глоток всего один - вроде никто вокруг и не виноват.
Особенности национального благоустройства
- Если вы сейчас попросите в поселковой администрации хоть один глоток воды, то вам никто не даст. Просто нет, - заверила меня заместитель главы администрации Елена Некрасова.
Здание администрации относится к «благоустроенному сектору». Здесь на домах висит график подвоза воды. Но на людей он действует, скорее, как фактор раздражающий. Говорят, «водовозку» все равно караулить надо. То сломается машина, то кинут ее куда в другое место. А как караулить, если тебе, к примеру, надо находиться на работе? Пенсионеры - те еще караулят. Но у них другая проблема. Сколько воды может втащить старушка на пятый этаж? Ну максимум ведро, а то и меньше.
Поэтому с вечера все жители пятиэтажек на всю ночь включают краны: хоть что-то нацедить. Получается беда. Нацеживают все равно мало, а трубы от нагрузки лопаются. Пить нечего, а квартиры заливает. Каждый месяц жилищная комиссия разбирает вал жалоб по затоплению.
Вторая «вытекающая» из отсутствия питьевой воды проблема - холод в домах зимой. Потому что люди давно понаделали краников на батареях и берут оттуда воду. Говорят, некоторые на «батарейной» воде даже супы варили до нынешней весны.
Весной-то и вовсе случилась беда. На котельной мастера что-то намудрили, перепутали шланги, а на следующий день из всех кранов в домах потек… мазут. Его не по той трубе пустили. Эта технологическая ошибка закончилась трагедией. Озверевшие люди выскочили из домов, поймали начальника котельной Анатолия Рукосоева и начали швырять в него камни.
От страшного унижения, которое усугубилось чувством вины, Анатолий Рукосоев в тот же день пошел в лесок и повесился.
А вода, что капает из кранов домов по ночам, по сей день пахнет мазутом - как напоминание о трагедии.

«Частные» проблемы
Сегодня в Краснореченском полным ходом идет «стройка века» местного значения. Строят накопительную емкость вместе с новой насосной станцией. Деньги на это при помощи края выделила районная администрация. Работы обещают завершить уже скоро. И тогда в домах «благоустроенного» сектора села вода появится. Однако чиновники признают: частному сектору, где находится целых 130 домов, это не поможет ровным счетом никак. А главное - никто и не должен.
В администрации Хабаровского муниципального района мне напомнили, что решать подобные вопросы - прерогатива местной власти. То есть поселковой. Вот ведь и закон пресловутый за номером 131 (о местном самоуправлении) уже год как действует. Но «местная власть» в лице главы Корсаковской администрации Сергея Геращенко только руками развела: «Где денег взять?»
Деньги-то нужны огромные. На поселковом сходе жители частного сектора постановили, что на новые колонки скинутся сами. Но не дадут их ставить, пока власти не починят трубы. А какой смысл устанавливать новые колонки на гнилые трубы?
- Ну, если людям так нужна вода, пусть на прокладку новой трубы собирают! - заметил заместитель начальника управления обеспечения, содержания и экономического развития муниципальных объектов Хабаровского района Олег Яковчик.

Под прицелом закона
Бюджеты сельских поселений на бумаге наполняются споро. Сюда должны стекаться и треть единого сельхозналога, и десятая часть подоходного налога граждан, и - стопроцентно - земельный налог, налог на имущество физических лиц. А кроме того, арендная плата за землю и доход от продажи земли. С такого богатства отчего бы не решать самим свои проблемы?
Но это все в идеале. На самом деле у каждого села свои проблемы. Взять Краснореченское. Ну какой здесь будет «единый сельхозналог» с обанкротившегося хозяйства? Какие замечательные поступления от подоходного налога, если средняя зарплата в селе - пять тысяч рублей?
Большие ожидания многие поселения связывают с продажей земли.
- Вот, например, в Матвеевке мы выставили на торги земельный участок. Так его цена уже превышает весь бюджет поселения, - говорит первый заместитель главы Хабаровского муниципального района Валерий Зинкин.
Но опять беда: окрестности села Краснореченского настолько привлекательны, что и продавать-то здесь практически нечего. Земельные участки давно в чьей-то собственности и ушли туда еще во времена действия совсем других законов. Здесь и хорошо известная хабаровчанам «Заимка Плюснина», и малоизвестные «теремки» богатых людей. У них, конечно, проблем с водой нет. У кого есть деньги «теремок» построить, у того они найдутся и на то, чтобы скважину во дворе пробурить.
Земельный налог зажиточные граждане отчисляют исправно. Но за год с него набегает около 100 тысяч рублей. Еще примерно столько же - арендная плата за землю. Глобальных проблем не решить. Надо ведь и зарплату сотрудникам администрации выплатить, и клубы поддержать (в Корсаковском поселении их два).
А проблемы в селе именно глобальные. Вот если бы к новому хорошему закону прилагались новенькие благоустроенные поселения - дело было бы одно. А так - совсем другое. И где, спрашивается, искать выход?
- Выход пока не проглядывается, - подытожил Олег Яковчик.
Максимум, что сейчас может предложить сельчанам власть, - разве что организовать подвоз воды на машине. Однако люди почему-то от этого предложения только в ужас приходят: «На наших улицах проживают более сотни детей, а общественной бани нет. Попробуйте устроить баню на привозной воде!» - написали в редакцию жители частного сектора села Краснореченского.
Только с новыми хорошими законами выход у людей, пожалуй, едва ли не один: удвоить количество детей. Тогда через три года, глядишь, и можно будет скинуться «материнскими капиталами», чтобы добыть своим детям воду.
Если, конечно, закон позволит.

Ольга НОВАК.