12 декабря известной хабаровской художнице Галине Ивановне Кабановой исполнится 85 лет. Накануне своего юбилея она передала в дар Дальневосточному художественному музею большую коллекцию живописи, рисунков, документов и фотографий. Авторами подаренных работ являются сама художница и ее муж Михаил Евлампьевич Сергеенко.

Художник Сергеенко трагически погиб совсем молодым. Но имя его известно благодаря картине, хранящейся в фондах Дальневосточного художественного музея.
И вот теперь музейным работникам, а затем и зрителям предоставилась возможность ближе познакомиться с этим человеком, узнать о его судьбе и богатом внутреннем мире. Сохранила все эти материалы и свою любовь, которую пронесла через всю жизнь, Галина Ивановна Кабанова. История эта проста и трогательна.
Родилась Кабанова в Приморском крае. В 1939 году поступила в художественное училище в Ленинграде. Когда началась война, стала работать в Ворошилове (ныне Уссурийск) оформителем в Доме Красной армии. Во время военных действий наших войск против милитаристской Японии ее командировали в Китай вместе с подругой, они должны были писать соответствующие лозунги, поднимать боевой дух солдат. Война для Кабановой, к счастью, была недолгой.
В 1947 году она поступила во Владивостокское художественное училище. Там и встретилась с Михаилом Сергеенко, который был младше ее на шесть лет. Впрочем, любовь анкетными данными не интересуется.
Закончив училище, Кабанова приехала в Хабаровск и стала работать в театре музыкальной комедии. По образованию они с Сергеенко были театральными художниками.
Галина и Михаил писали друг другу письма. А потом он тоже перебрался в Хабаровск, и оба стали работать в здешних художественных мастерских. Работа была рутинная: портреты членов Политбюро КПСС, копии с репродукций чужих картин. Обычные заказы тех лет. Но в промежутках можно было писать и рисовать что-то свое, для души. Сохранились портреты, которые они писали друг с друга, их ранние этюды, которые они создавали при каждом возможном случае. В этюдах этих очень ощущается послевоенное время, в них преобладают серо-коричневые тона. Так писали тогда многие художники. Упор почему-то делался на тон, цвета побаивались. Вдруг обвинят в формализме?
Но вот отрывок из письма Сергеенко любимой Гале: «…Лента впереди - Амур. Мгновение - и брызнуло солнце, повисла над землей радуга, так звонко! Хорошо! И жить так хочется! И хочется как можно скорее учиться, работать, чтобы жить полной жизнью! Так много хочется сделать, а время так беспощадно уносит дорогие не только дни, но и годы, а ты бьешься здесь, как слепая, вытянутая из воды рыба в сетке».
В письме столько творческой неудовлетворенности, что понятно, какой большой потенциал был у этого живописца. В нем есть предчувствие творческого прорыва, когда чувство и цвет соединятся наконец в одно целое. Если в художнике начинает настойчиво говорить призвание, он делается беспокойным, мечется, а потом внутренне сосредотачивается на чем-то одном.
Очевидно, Сергеенко пережил нечто подобное. Ему повезло - пригласили в Москву для написания картины «По ягоды». Руководил, помогал ему в работе замечательный русский живописец Владимир Николаевич Гаврилов.
А Галина в это время писала портреты партийных бонз и радовалась, что может помочь деньгами своему дорогому Михаилу.
Срок творческой командировки приближался к концу. Комиссия маститых художников должна была сказать «да» или «нет». Принята или отвергнута картина. Сергеенко, как и все авторы, очень переживал, ожидая решения выставкома.
«Здравствуй, Мишенька, - писала ему в эти дни Галина Ивановна, - ну вот и настал твой «смертный час». Крепись. Миша! Не падай духом. Не пройдет - не надо. Все-таки не зря поработал. Выставка - это не самое главное, а главное - оно глубже, не сразу до него добираются! Приезжай, мы еще с тобой «такое оторвем»… Хочешь? С ранней весной отправимся от Хабаровска… Чур, на все лето до глубокой осени, с целью увидеть все красоты Дальнего Востока и пописать…»
Опасения оказались напрасными. Картина была принята на выставку, очень хорошо прозвучала, ее приобрела закупочная комиссия и отправила холст в Дальневосточный художественный музей. Более того, с картины напечатали репродукции и продавали их в виде открыток по всей стране. На открытках три симпатичные нанайские девушки, о чем-то беззаботно болтая, уходят в глубь леса.
А летом супруги купили лодку и, счастливые, отправились от Хабаровска вниз по Амуру писать этюды. 6 сентября 1955 года художник Михаил Сергеенко вместе с другом-художником Васильевым поехали на лодке в соседнее село за горючим. На обратном пути лодка перевернулась. Они погибли буквально на глазах Галины Ивановны.
Овдовев, она осталась верной своей любви. Всю жизнь хранила его письма, его наивные стихи, посвященные ей, его самые незначительные наброски и зарисовки. И свою первую значительную картину Галина Ивановна посвятила своему Мише. Она встретила в одной из своих творческих поездок женщину, как и она, потерявшую мужа, и сделала ее героиней картины «Ждут рыбаков».
Внешне ничего трагического в этом сюжете нет. Но в самих образах, в темной воде, набегающей на солнечный берег, есть нечто давящее, тревожное, то, что придает простому бытовому сюжету эпическое звучание. Тема разлуки становится поэтически осмысленной, трогающей душу.
В это время на одной из творческих дач судьба свела Кабанову с художником Гавриловым. Тем самым, который когда-то помогал ее мужу. Очевидно, они вспоминали о нем.
Гаврилов попросил Галину Ивановну стать моделью для его картины. Теперь эта картина очень известна. Она напечатана на обложках двух книг, посвященных мастеру. Наверное, она была его любимой картиной.
Сюжет холста прост. Молодая женщина на фоне сверкающей от солнечных бликов реки повязывает на голову косынку. Сюжет имеет второстепенное значение. Главное, как написано! Картина «Свежий день» звучит как радостный гимн. Солнце, женщина, река сливаются в один образ. На мой взгляд, это одна из лучших отечественных картин того времени. В ней так много душевного здоровья, предчувствия счастья.
За картину «Ждут рыбаков» Галину Ивановну приняли в 1968 году в Союз художников. В 1971 году она провела свою единственную персональную выставку. Карьеры в искусстве она никогда не делала. Очевидно, не хотела играть по правилам тщеславного самолюбия. Возможно, помогал ей сохранить верность настоящему искусству муж Михаил. Она хранила его письмо: «А ты, девочка, будь умна - пусть большая благородная цель осенит твою душу. Живи этой целью, добивайся ее и никогда, никогда не сворачивай с нее».
Все, что написано Галиной Ивановной Кабановой за ее творческую жизнь, очень серьезно. Это искусство, а не его имитация.
Хочется поздравить художницу с юбилеем, пожелать ей сил, душевных и физических, и поблагодарить за ее дар. Это настоящий подарок всем любителям искусства. Будем надеяться, что пройдет время, все накопленные материалы будут изучены и станут выставкой, монографией. Настоящее искусство, как и любовь, не устаревает, всегда волнует.

Постоянный ведущий рубрики Александр ЛЕПЕТУХИН