Сколько раз доводилось слышать: наркоманский притон в подъезде - жизни нет, музыка до утра орет, куда только ни звонили, а мер никто не принимает! Криминологи давно определили, что один наркоман втягивает в пагубное пристрастие не менее 10 окружающих без всяких к тому усилий, одним лишь примером.

Наркопритоны - главный рассадник ВИЧ-инфекции, гепатита и других опаснейших инфекционных заболеваний, а также различной уголовщины. Об остроте проблемы свидетельствует количество звонков, поступающих на телефон доверия наркополиции.
Сколько таких злачных мест в крае и почему их не удается ликвидировать? Ответы на эти и другие вопросы мы решили найти в оперативной службе Регионального управления ФСНК РФ по Хабаровскому краю.
Знать о существовании притона и пресечь его существование - отнюдь не одно и то же. Нынешнее законодательство предусматривает довольно сложную процедуру доказывания вины притоносодержателей. Для успешного исхода дела необходимы и вещественные улики, и показания свидетелей, и многое другое. Вот тут-то и возникает проблема. В управление ФСНК поступает множество звонков: по такому-то адресу бесчинствует наркопритон. Но почти никто из звонящих не желает вступать в контакт с оперативниками, не говоря уже о даче свидетельских показаний. Даже если удастся накрыть наркоманов с поличным, хозяин квартиры может избежать наказания. Потому что свидетели-соседи, от которых в таких делах зависит многое, зачастую даже дверей наркополицейским не отпирают, а могут и вообще послать по широко известному адресу. Понять их можно: кому охота рисковать, связываясь с «отмороженными» нарками?! Но без свидетелей уголовное дело против содержателей притона может просто не состояться. Получается порочный круг.
Взглянем на вещи объективно. Только в нынешнем году сотрудниками ФСНК пресечено существование около 70 наркопритонов. Суды, которые прежде обычно ограничивались условными наказаниями для притоносодержателей, стали назначать им реальные сроки. И при этом ни один свидетель или иной гражданин, так или иначе связанный с расследованием дела, не подвергся мести и не пострадал. Так что упомянутые страхи обывателей в данном случае носят надуманный характер.
Так сколько всего в крае наркопритонов? По данным оперативников ФСНК, раза в полтора больше, чем выявлено. Но более или менее точную цифру назвать сложно. Статистика - вещь не идеальная. Хорошо ведется работа в районе всеми заинтересованными ведомствами, включая медицинские, - картина распространения наркомании и наркопритонов близка к реальности. А если ведется плохо - говорить не о чем. В крае на учете добровольно или по решению суда (иных вариантов закон не предусматривает) состоят 2700 человек. Из них в Хабаровске - полторы тысячи, в Комсомольске-на-Амуре - более 800. Даже исходя из этих формальных цифр ясно, где самая высокая вероятность формирования наркоманских «малин».
Но закрытие притонов и привлечение их содержателей к ответственности - не всегда гарантия сокращения этого зла. Практика показывает, что до 30 процентов притоносодержателей, даже отбыв наказание, возвращаются к своему ремеслу. А иные, находясь под следствием, меняют место жительства и… берутся за старое. Так что против них вдогонку к первому уголовному делу возбуждается и второе.
Что же делать с наркоманскими «малинами»? Когда-то большевики за одни сутки извели знаменитый Хитров рынок, гнездилище московских босяков и бандитов, с которым царская полиция не могла совладать десятилетиями. Но большевистские «правовые» методы давно канули в прошлое. С притоносодержанием надлежит бороться в рамках существующего законодательства. Свое дело наркополицейские знают. Но в нынешних условиях успех возможен лишь при активной гражданской позиции общества. Чем чаще люди будут информировать правоохранителей о сборищах наркоманов, чем реже станут пугаться их мнимой мести и проявлять терпимость, тем меньше останется наркоманских «гадючников».

Кирилл ПАРТЫКА.