- Нам показывали на днях защитные маски от дыма, - признается проверяющему отдела Государственного пожарного надзора по Индустриальному району Хабаровска Леониду Коновалову дежурная санитарка девятой городской детской больницы. - Вот только куда их потом положили, не знаю.

Не знал, где лежат средства защиты, и охранник. Впрочем, это было не единственное нарушение, с которым столкнулся инспектор во время ночного визита в больницу.
- Неверно изображен план эвакуации людей, в тамбуре пожарного выхода стоят мешки с бельем, двери в другом плохо открываются, а на первом и втором этажах решетки на окнах нераспашные, - итожил увиденное Леонид Коновалов. - Но все же замечу, что в последнее время здесь задумались о безопасности пациентов. Есть современные огнетушители, противопожарные краны и ключи от всех запасных выходов на месте. В прошлом году были установлены автоматическая пожарная сигнализация и система оповещения людей.
Внеплановые проверки лечебно-профилактических учреждений начались в Хабаровском крае сразу после трагедий, случившихся в наркологических клиниках Москвы и Кемеровской области. Примечательно, что в первый раз сотрудники пожарного надзора вышли в рейд ночью. Только за два дня они наведались в два десятка лечебных учреждений в Хабаровске и Комсомольске. Ночные и внеплановые проверки показательны, считают пожарные, потому что к ним невозможно подготовиться и навести «лоск» перед комиссией.
Проверяющие смотрят, сможет ли дежурный персонал отреагировать на ЧП и эвакуировать людей. Выяснилось, что в первом роддоме Хабаровска персонал даже теоретически не знает, как надо действовать в случае пожара. На этажах нет плана эвакуации, на окнах первого этажа стоят глухие решетки. На случай аварийного отключения электричества в роддоме не запасено ни одного фонарика. Нет здесь и аварийного освещения. Это то, что лежало на поверхности.
А что будет, если инспекторы углубятся в детали?
Детским отделением противотуберкулезного диспансера Комсомольска-на-Амуре пожарные также остались недовольны: часть окон закрыта нераспашными металлическими решетками, дежурный врач не смогла объяснить свои действия в случае пожара, не знала, сколько человек дежурило в этот день в отделении, и где находятся средства тушения. Инспектора не смогли открыть все запасные выходы, причем некоторые из них открывались с улицы. Хлам под лестницами и загороженные лестничные площадки, увы, - это уже норма. И если в нормальных условиях человек не смог вспомнить номер телефона пожарной службы, а было и такое, то остается догадываться: как он поведет себя при ЧП?
Понятно, что истинную картину того, насколько опасны хабаровские больницы и диспансеры для пациентов в случае пожара, в этом ведомстве знали и прежде. В июле этого года инспекторы управления Госпожнадзора целенаправленно проверяли все 105 лечебных учреждений края, в которых пациенты находятся круглосуточно.
- И картина предстала тревожная, - рассказывает и.о. начальника управления Государственного пожарного надзора главного управления МЧС РФ по Хабаровскому краю Сергей Загайнов. - В большинстве из них нет самого важного - автоматических систем оповещения, срабатывающих в случае задымления помещений. Подобные сигнализации незаменимы, если пожар возникает ночью. Коварство огня в том, что спящий может и не заметить его и погибнуть от дыма, даже не проснувшись.
Претензии к противопожарному состоянию учреждений края, не только лечебно-профилактических, высказывались минувшей осенью председателю краевого совета безопасности при губернаторе края. В суды было направлено 219 материалов, в надежде приостановить деятельность тех организаций, в которых к противопожарной безопасности относятся наплевательски. Лишь по 49 из них были приняты строгие решения, остальные были или предупреждены, или заплатили штрафы. Примечательно, что накануне московской трагедии пожарные столицы также направляли материалы в суд, но он вынес лишь предупреждение.
- Я хоть зам. по лечебной части, но всегда твержу коллегам, что инспекторы не придираются к нам, а обоснованно требуют, - признается заместитель главного врача Хабаровской краевой психиатрической больницы Лев Соколовский. - Потому, как только мы начали ремонтировать отделения, то стали устанавливать сигнализацию, заменять глухие решетки.
Но хотя это понимание у медиков психиатрической больницы было и раньше, действовать-то они стали лишь в последние год-два, когда сюда пошли деньги. Не жаловало прежде государство подобные лечебные учреждения, постепенно доводя их до разрухи.
После последних трагедий пожарные в краевую психиатрическую больницу приходили дважды. В больнице утверждают, что особого недовольства инспекторы не высказывали. Все понимают, что без решеток на окнах здесь не обойтись. Пациенты здесь особые, и болезни у них нерядовые: могут в припадке и в окно сигануть, и костер развести посреди палаты, если что пригрезится. Недавно бывший пациент психбольницы костер устроил прямо во дворе: поджег больничную беседку за то, что врачи его в отделение не положили. Так что персонал здесь всегда настороже.
- Но хорошо, если в этой больнице решетки не просто распашными будут, но и ключи единые, - подсказывает Сергей Загайнов, - ведь практика показывает, что в суматохе пожара сложно будет разобраться в связке.
…Если помните, то в Хабаровске больницы уже горели. Несколько лет назад среди бела дня дымила третья городская на центральной площади. Но все закончилось благополучно. Тогда даже бывший министр здравоохранения приехала к месту пожара. Как знать, возможно, этот пожар и заставил чиновников хотя бы задуматься о благополучии пациентов. Но понятно, что все хорошее, и безопасность в том числе, стоят дорого. Для того, чтобы установить автоматическую пожарную сигнализацию, скажем, в амбулатории с пятью-шестью комнатами, необходимо более 50 тысяч рублей.
…После внеплановых проверок сотрудники управления государственного пожарного надзора главного управления МЧС России по Хабаровскому краю хотят составить «черный список» больниц, находящихся в пожароопасном состоянии. И даже обнародовать его. Может, это поможет осознать истину, что ни одна сигнализация не дороже, чем человеческая жизнь.

Татьяна Баулина.