В XIII веке Русь завоевали татаро-монгольские орды - так гласит официальная история. Русов всадники Чингисхана и Батыя гнали на Амур через сибирские и среднеазиатские «тропы», проложенные в мирное время новгородскими купцами. Тысячи крестьянских семей брели в страну монголов, подгоняемые плетками завоевателей. У каждого, кто имел троих сыновей, отнимали одного.

Татары составляли из покоренного народа военные отряды, уводили в Золотую Орду ремесленников и принуждали их там работать. Часть пленных переселяли в Сибирь, в Среднюю Азию, в Китай и Монголию. Много пленников погибло в пути.
Китайские летописи хранят рассказы о поселениях русских землепашцев XIV века, которые располагались к северу от Пекина, на рубеже между Монголией и Китаем, в районе озера Лоб-Норе. Много русских состояло в гвардии богдыхана в Пекине.
В верховье Амура русские принесли не только свои слезы, горе, опустившееся на плечи черным вороньем, но и свою культуру: православие, иконопись, деревянное зодчество, металлургию, различные ремесла, прикладное творчество. Появились русские поселки с маленькими церквушками, с ремесленными мастерскими, с торговыми рядами. Здесь было все, чем гордилась Pycь: искусные мастера показывали свое мастерство на базарных площадях - башмачники, портные, ткачи, коробейники, резчики по дереву и камню, литейщики-кружевники, столярники, кружевницы, вышивальщицы, мастерицы лоскутной мозаики, плетельщики из бересты и таволги... Их изделия вызывали удивление. Все это блестело, сверкало, играло разными красками, нежностью и своеобразием орнамента.
Но монголы не смогли полонить всю Великую Русь: северная ее часть осталась нетронутой. В других местах - «груды развалин вместо цветущих еще так недавно сел и городов, белеющие кости множества непогребенных людей, поля, заросшие травой, полное безлюдье…»
Тогда окрепший в испытаниях, закаленный в битвах князь Ярослав Всеволодович один смог не растеряться среди всеобщего смятения. Мужественно пережив известие о смерти старшего брата Георгия, он поспешил во Владимир, чтобы занять великокняжеский стол, привести в порядок потрясенное государство и ободрить народ. Правда, он «приехал господствовать над развалинами и трупами», но и это его не смутило. С его прибытием край точно оживился: по его распоряжению во владимирской земле очищали дороги, в городах выносили и хоронили трупы. По его приказу собирались жители, укрывшиеся в лесах, слушали бодрое слово утешения. Вновь начинался разрушенный порядок общежития... С честью похоронили во Владимире старшего брата, Ярослав в качестве великого князя распределил волости: оборонив Смоленскую волость, он поставил здесь князем Всеволода Мстиславовича, Суздаль отдал своему брату Святославу, Ставрополь - Иоанну, Переславль оставил за собой. Теперь предстояло решить главную и самую трудную задачу - установить отношения с грозным завоевателем.
«...Простившись с отечеством и родными, Ярослав Всеволодович, преодолевая всевозможные лишения, пустился через среднеазиатские степи к берегам далекого Амура, где в то время находилось главное кочевье монголов, и прибыл в ставку как раз ко времени торжественного провозглашения великим ханом Гаюка. Не суждено было великому князю возвратиться в отечество. Много натерпевшись в Орде, Ярослав Всеволодович скончался насильственной смертью» (М. Хитров, историк XIX в.).
Папский посол Плано Карпини передает подробности этого насильственного события: «В 1246 г. умер Ярослав, великий князь Суздальской области, которая составляет часть русского государства. Однажды он был призван к матери великого хана, которая, как будто оказывая особую честь Ярославу, желала из своих собственных рук дать ему есть и пить. Когда Ярослав возвратился от ханши, то сильно ослаб и через семь дней умер. Говорят, что все тело его при этом удивительным образом позеленело: все говорили, что он был отравлен матерью хана».
Кончина Ярослава Всеволодовича была страшным несчастье для его осиротелой семьи и для всего русского народа.
Когда в конце XII века в степях Монголии появился Чингисхан, а в XIII веке он решил осуществить свою мечту: завоевать весь мир и господствовать, 30 мая 1220 года в Переяславле, в семье Ярослава Всеволодовича родился Александр, в будущем - защитник Руси, гроза нелюдей.
В 1228 году отец Ярослав Всеволодович посадил князя-отрока и его брата Федора на княжение в Новгороде. В 1236 году князь Федор уехал в Киев, Александр стал самостоятельно править вольным городом. А ведь ему было всего 16 лет.
15 июля 1240 года была великая битва на Неве со шведскими захватчиками. Победа над сильным противником была одержана русскими воинами, которых возглавил 20-летний князь Новгородской земли Александр Ярославович. За отвагу в битве на Неве народ прозвал князя Невским.
5 апреля 1242 года на льду Чудского озера произошло сражение с немецкими захватчиками, которое вошло в историю как Ледовое побоище. Имя Александра Невского прославилось не только по всей Руси, но и во всех странах.
Пришлось Александру Невскому оборонять Новгородскую землю от третьего врага - от литовцев.
Возмужалым, утвердившимся в боевой славе и мудрым правителем предстает новгородский князь, когда он решил отправиться в монгольские степи, чтобы поклониться праху отца. Через год после смерти отца он вместе с братом Андреем едет в Орду к хану Батыю, который на Волге обитал, а затем вернулся в Монголию к верховному хану.
Батый не был самостоятельным властелином, он считался наместником верховного хана. Поэтому русские князья, поклонившись Батыю, должны были по требованию последнего отправляться в главную Орду, на поклон к верховному хану. Александру Ярославичу так же, как и его родителю, пришлось совершить далекое путешествие к истокам Амура.
И вот, наконец, Монголия. Скоро придется предстать перед очами верховного властелина, перед убийцами отца. Русский князь приготовился к встрече. Свою боль, невыносимую утрату оставил на потом, главное сейчас - выиграть время, чтобы собраться с силами, объединиться для борьбы с коварным и сильным врагом.
«Кара-Карум, столица верховного хана, была громадным городом, опоясанным глиняной стеной с четырьмя воротами. Внутри находились обширные помещения для ханской свиты, вельмож, чиновников и прислуг. Население города было самое разнородное: там толпились представители всех народов, порабощенных монголами, встречались и европейцы: французы, немцы и другие, которые служили за жалованье. Разноязычный говор слышался повсюду. В разных местах столицы виднелись христианские храмы католиков и православных, в которых свободно совершались богослужения, мечети, языческие кумирни. Громадный и богато украшенный дворец хана находился за городом. Там принимались посольства из разных стран и народов. Хан принимал послов, восседая с одной из своих жен на возвышенности, украшенной массой золота и серебра и множеством драгоценных камней.
Нельзя с поспешностью сказать, точно ли в Кара-Каруме представлялись хану Александр и Андрей Ярославичи. Пребывание в одном месте не нравилось монголам. Ханы только время от времени появлялись в столице. Обыкновенно они с обозами, нагруженными несметными богатствами, переезжали с места на место. На указанной ханами местности на необозримое пространство раскидывались шатры. Ханский шатер утверждался на столбах, обитых золотыми листами. Ковры, золото и драгоценности украшали шатер внутри и снаружи. Вокруг обширного стана паслись бесчисленные стада лошадей, коз, овец и рогатого скота» (М. Хитров).
Братья попали на церемонию возведения на престол нового хана.
Гаюк был воинственным человеком: черта, переданная по наследству от неустрашимого Чингисхана. Он мечтал покорить Западную Европу, для этой цели сплачивал вокруг себя единомышленников, собирал воинов; готовил их для предстоящего похода. Но внезапная смерть Гаюка (причина смерти не выяснена) не дала осуществить захватнические планы. Хан Батый решил воспользоваться своим могуществом, возвел на трон племянника Менгу, сына Тулуева.
Братья Ярославичи пробыли в Азии два года, так как верховный хан не мог принять их раньше своего избрания. Только после избрания хан Менгу торжественно и пышно принимал послов от разных стран, вел с ними долгие, рассудительные переговоры, стараясь как можно больше поиметь выгоды для своего государства.
Воздав поклонение повелителю Азии, Александр не спешил с возвращением на Родину. Ему было необходимо изучить татар в самом центре их могущества, чтобы уяснить себе способность дальнейшего общения с ними, с какой стороны к ним подойти. Он пригляделся к татарским порядкам, узнал, чем сильны были татары: полное повиновение начальникам, беспрекословная покорность воле хана сплачивала суровых, выносливых степняков в одну несокрушимую воинственную силу. Государственная религия - язычество. Терпеливое отношение к чужим вероисповеданиям. Монголы не были способны для политического творчества. Требуя безусловной покорности, они полагались на грубую материальную силу. Отсюда для внимательного наблюдателя могла мелькнуть надежда, что само иго, наложенное татарами, могло продолжаться лишь до тех пор, пока на их стороне находился перевес материальной силы. В семье Чингизов возникали раздоры - обычное явление при многоженстве. В обхождении друг с другом татары ласковы, внимательны, миролюбивы. На русских смотрели подозрительно, особенно на князей, которые на фоне других людей выделялись своим умом и благородством. В то же время в своих собственных интересах они дорожили дружбой русского князя, если чувствовали, что на него можно положиться.
Без сомнения, Александр Ярославович употребил все силы своего ума для того, чтобы снискать доверие и расположение верховного хана и его приближенных.
Отпуская от себя Ярославичей, верховный хан распорядился так, что старший - Александр - должен был получить Киев, Новгород, Переяславль-Залесский, а младший - Владимир.
За помощь, оказанную Батыю на выборах, Александр потребовал и получил помощь против немцев и германофилов, в числе которых оказался брат Андрей, князь Владимирский. В 1252 году Андрей был изгнан татарскими войсками, и вскоре затем остановилось немецкое движение на Русь.
Л.Н. Гумилев уверен, что политика Невского была единственно верной в тех условиях. Союз с католической Европой был бы губительным для Руси даже в случае победы. На ее территории велись бы войны, Руси была бы навязана уния, уничтожена национальная культура. А в конце концов и Владимирская, и Новгородская земли оказались бы завоеванными немцами, разделили бы судьбу Прибалтики.

С. ВИШНЯКОВА.