- Надоели мне эти «мухоморы», - признался молодой водитель рейсового автобуса, обслуживающего дачников. - Погоди, время придет, сам таким будешь, - возразила ему пожилая женщина.

- Я не буду! Я до таких лет не доживу!
- А ты не зарекайся,
Было время, и эти пожилые люди, что сейчас кряхтя взбираются в автобус и едут по часу, а иногда и больше, простаивая на больных ногах и опираясь на палочку, поскольку в рейсовом автобусе сидячих мест немного, а желающих добраться до своих дач предостаточно, были молоды и здоровы.
Что же им, старикам, дома-то не сидится? Я слушал в автобусе разговор двух пенсионерок. У одной у дочери день рождения. Она ее с утра поздравила и вечером надеется, что та придет в гости и вместе выпьют по рюмочке хорошего вина, которое давно хранится у нее в запаснике.
- А подарка я ей не дарю. Так и сказала, - говорит она. - Подарить что-нибудь дешевенькое неудобно, а выделить тысячу рублей не могу. У меня пенсия три тысячи шестьсот. А я ведь инвалид, не работаю.
А между тем эти старики сделали в свое время очень много - и это истина, не требующая доказательств. Многие из них, что сегодня имеют льготный проезд, - ветераны труда. А это звание за «спасибо» никто не давал. Надо было проработать на одном предприятии не менее двадцати лет, и хорошо поработать, о чем сегодня как-то не принято вспоминать.
Так зачем же старики едут на дачи? Ведь работа с землей очень тяжелая, вскопать свои шесть соток, постоянно ухаживать за растениями, оберегая их от прожорливых гусениц и жучков, взрыхляя почву, унавоживая. И водой землю надо напоить, а она не рядом - приходится ее таскать ведрами. А силы уже не те, годы берут свое!
Я смотрю на наши участки: много заброшенных, и есть причины, почему. Как голодные волки, рыщут по дачам «металлисты», у них техника - машины, краны, и в результате исчезают железные емкости, контейнеры. Не брезгуют даже алюминиевыми ложками, хотя, кажется, с них-то какой прок? Граммы, много ли за них получишь!
А пожары! В этом году уже в мае кто-то пустил пал, так, от скуки или по дурости поджег сухостой, но огонь, подгоняемый ветром, закружил по участкам, сгорело несколько домиков, пропали кусты смородины, малины, облепихи - и страшное зрелище предстало перед теми стариками, кто оказался чуть позже здесь. Сплошная чернота и слои сажи! Тут невольно опускаются руки.
А придет осень, пора сбора урожая, и ждет тебя новая беда. Кто-то придет и снимет урожай. Таких примеров достаточно. Соседка накопала с ребятишками тринадцать мешков картошки, а увезти сразу не смогла, сломалась машина. Мешки укрыли соломой, вроде спрятали надежно, а вернулись утром и увидели пропажу. «Как же зимовать, - плакала женщина, - ведь у нас большая семья».
А бывает и того хуже. На участок пенсионерки прикатили неизвестные парни, стали копать картошку. Соседки увидели, стали стыдить: «Что же вы делаете?» Думаете, те остановились? Бросили свое занятие и убежали? Как бы не так! Схватили лопаты и с угрозами бросились на женщин. Те едва успели убежать, но номер машины запомнили. И что же? Хозяйка обратилась в милицию, там заверили, что похитителей нашли и взыщут с них положенное, но прошел уже год, и она уже не верит, что справедливость восторжествует.
Все прекрасно осведомлены о существующем беспределе, но делают вид, что ничего не происходит, и это наводит на мысль, которую высказал один из дачников-старожилов: «Выживают нас отсюда, как тараканов!»
Видимо, кто-то из руководства считает, что дачи эти - блажь. Ну ездят, ковыряются в земле - их дело. Надоест, бросят - и проблема отпадет сама собой.
Только для стариков дача - отдушина. По сути, все у них уже в прошлом - молодость, здоровье, но не хочется сдаваться, молча ожидать конца. А сюда тянет возможность сделать что-то полезное, ощутить свою нужность, что в таком возрасте очень важно. Да и воздух здесь совершенно иной, им не надышишься и, побыв здесь несколько часов, не только не ощущаешь усталости, но набираешься бодрости духа.
Да и для горожан дачники что-то значат. Известно, что излишки урожая они сбывают на рынке, чем сбивают установленные цены, не дают им ползти вверх. Я уже не говорю о качестве производимой продукции, которая ни в какое сравнение не идет с заполонившей рынки китайской.

А. Мильштейн.