Как просто, оказывается, врачуются застарелые общественные болезни! На днях чудеса нетрадиционного (традиционного?) целительства продемонстрировало МВД России. Оно выступило с инициативой вернуть в Уголовный кодекс старую статью советского образца «за бродяжничество и попрошайничество».

Аргументы МВД серьезны. Граждане заваливают райотделы милиции заявлениями с требованием убрать из подвалов и подъездов бродяг, но у милиции руки связаны: нет законных оснований «отправить бродяг в ночлежку принудительно».
И как здесь не посочувствовать блюстителям закона по поводу их связанных рук? Как не пройтись катком негодования по бродягам, которые теплым ночлежкам предпочитают канализационные люки и подъезды - не иначе, как специально для того, чтобы посильнее оскорбить общественную нравственность и мораль!
Одно мешает, к сожалению. В Хабаровске, например, ни одной ночлежки нет. И во всем Хабаровском крае нет ни одной. Как краевое правительство «бодается» за финансирование организации хотя бы двух ночлежек в крае, наша газета только недавно рассказывала. Да и по всей России количество ночлежек можно по пальцам пересчитать. А вот чтобы пересчитать бродяг и попрошаек в одном только Хабаровске - никаких пальцев не хватит. Данные, которые приводятся, всегда очень приблизительны и обычно взяты из «ведомственной» статистики.
Например. Из медицинской статистики известно, что в прошлом году в хабаровские городские больницы попало около тысячи бомжей. По данным Хабаровского спецкомбината, в прошлом году на городском кладбище было похоронено 757 человек «невостребованных и неизвестных», да еще 155 - в первом квартале этого года. По приблизительным оценкам УВД Хабаровского края, в крае обретается более 5 тысяч бомжей. При этом, по данным министерства социальной защиты населения Хабаровского края, около 70 процентов (!) из них «выявляют желание вернуться к нормальной жизни».
И проигнорировать эту вопиющую цифру было бы, как минимум, нечестно. Бомж наших дней - это далеко не всегда носитель асоциальной философии, горький пьяница «по убеждению». Огромное количество людей сегодня остаются без жилья и «определенного места жительства» в силу совершенно не зависящих от них обстоятельств. Одних - тех, что проживали в ведомственных квартирах, - сделал бездомными Жилищный кодекс России, который не предусматривает такое понятие, как «ведомственное жилье». Других - нечистые на руку риэлторы, которые выманивали у них квартиры обещанием «выплатить долги по коммунальным платежам» и предоставить квартиру попроще.
Явление это приобрело масштабный характер. И если молодые-трудоспособные еще могут снять себе квартиру, то пожилые и немощные просто пополняют армию самых настоящих бездомных. И выхода из этой ситуации не видно: мне уже приходилось писать о том, что очередь в дома инвалидов и престарелых в крае составляет 500 человек на одно место. Чтобы получить это место, надо дождаться, пока в «казенном доме» умрет человек. И бывает так, что, получив в органах соцзащиты путевку в дом инвалидов и престарелых, человек отправляется ждать, когда оно освободится, на улицу. Ждет месяцами, живет в колодце.
И что теперь - за все это его наказать по статье УК? За то, что квартиру у него отняли, а ночлежки в городе нету? За то, что даже в дом престарелых ему не попасть?
Министерству внутренних дел это кажется логичным и обоснованным. Причем обоснование проникнуто духом истинного гуманизма: уголовное наказание за бродяжничество спасет немало жизней. Ведь в тюрьме бездомные получат и кров, и пищу.
…Так и хочется расширить и углубить эту мысль. В нашей стране, например, еще немало людей, которые находятся «ниже прожиточного уровня жизни» и не всегда могут позволить себе нормально поесть. Особенно среди пенсионеров. И если продолжить светлую мысль, посетившую руководство МВД, старость и бедность тоже должны быть наказуемы.
Желательно - уголовно наказуемы. Ведь в тюрьме пенсионеры (малоимущие граждане, многодетные семьи и прочая) получат и кров, и пищу. И не будут оскорблять одним своим видом чувства благополучных граждан.

Ольга НОВАК. Фото Данилы ЗЕМЛЯКА.