Журналисты «Тихоокеанской звезды» стали первыми читателями новой книги «Горсть земли» краеведа Алексея Вежновца. Он известен многим нашим читателям по историческим миниатюрам о старом Хабаровске, которые публиковались на страницах нашего издания.

Алексей Филиппович выпустил две книги ­ «Записки краеведов», «Истории было угодно». Он часто выступает на радио и телевидении ­ рассказывает о неизвестных страницах краевого центра. Хабаровск ­ огромная книга, в которой каждая улица занимает не одну страницу.
Заслуга скромного инженера­геодезиста «ДальТИСИЗа» (Алексей Филиппович по своей профессии объездил весь край, себя он называет «историком­дилетантом») в том, что он прибавил к ней новые листы.
C чего у него все началось? Наверное, с неописанного клочка бумаги. Однажды в руки к Вежновцу попала старая карта с обрывком страницы «Тихоокеанской звезды» за 1941 год. А потом были старые альбомы с уникальными фотографиями, которые хотели выкинуть на свалку. А потом ­ просто наблюдения специалиста с теодолитом на стройках, встречи с людьми и дотошные сопоставления документов. Свои открытия старого города он ножками протопал по хабаровским улицам и переулкам.
Казалось бы, о чем могут рассказать лиственничные плахи, обнаруженные Алексеем Филипповичем на площади имени Ленина. Это, оказывается, следы цирка. А первый памятник Н.Н. Муравьеву­Амурскому отыскался под верстаком в РЭБ флота. Как он туда попал ­ целая история, о которой речь впереди.
­ У Хабаровска, как у огромного дерева, большая корневая система и большая лиственная крона, соприкасающаяся с кронами других деревьев, ­ считает Алексей Филиппович.
Четверть века по крохам собирались материалы о Хабаровке «в длину и глубину», чтобы сегодняшние читатели смогли совершить путешествие по старому городу.
Наши предки, размышляет краевед, меньше, чем мы, занятые техникой, больше уделяли внимания культуре в «историческом разрезе», понимали ее с «полуслова» и сохраняли. Казалось бы, опыт должен подсказывать самое бережное отношение к старине, но к 150­летию города многое из «былого» утрачено.
Хорошо бы, предлагает Алексей Филиппович, создать при мэрии художественный совет из архитекторов, художников, педагогов, музейных работников, краеведов, общественности. Чтобы сохранить не только отдельные строения, но облик города как единое целое.
Безусловно, «Горсть земли» станет своеобразной энциклопедией для хабаровчан. Более того, на наш взгляд, это как бы дополнение к учебникам по краеведению. Такой занимательной, информационно­образовательной, наглядной книги очень не хватает в школах, да и на полках библиотек.
Книга еще пишется, в ней будут появляться новые главы, которые, как обещает автор, он предложит для публикации нашей газете.
А теперь читайте хроники от Алексея Вежновца.

А.С.

«Три горы, две дыры»
На улице Комсомольской, бывшей Дьяченковской, на пешеходном переходе каждую весну сквозь асфальт пробивается толстенная плаха. Ее утюжат колесами машин, но лиственничная упрямица не желает сдаваться. Эта плаха ­ материальное свидетельство первых застроек юного Хабаровска, когда каждый строил, где хотелось. По плану 1864 года на сегодняшнем пешеходном переходе располагался сарай.
У нашего города точная дата рождения ­ 31 (18 по ст. стилю) мая 1858 года и, что очень ценно, есть письменное свидетельство топографа Михаила Ивановича Венюкова о первых днях родившегося поста Хабаровка, о первостроителях, их командире, капитане Якове Васильевиче Дьяченко, первом градоначальнике.
Куда могли причалить плоты 13 линейного Восточно­Сибирского батальона? Конечно, к устью (Ури) будущей Плюснинки, спокойному месту с хорошим обзором на три русла. Первые строения были частично бревенчатыми, но более ­ хижины из двойного плетня, заполненного землей и обмазанного глиной, конструкции, характерной для Малороссии, откуда был выходцем Дьяченко.
От поймы Плюснинки вверх по склону, в сторону утеса, побежали домики разного вида и калибра, которые строили для семейных солдат. Перевалив через бугор, домики побежали к устью Чардымовки, где в скором времени образовалась лесопильня.
Хабаровку того времени злой шутник охарактеризовал: «Три горы, две дыры». Оно понятно, пойменные озера, летом тучи комаров и несносная влажная жара, зимой ­ мороз с пронизывающим ветром. Трудной была первая зима, мазанки с земляным полом не согревали. От свирепого и непривычного климата люди болели и даже умирали. На южном подъеме к Военной горе появились первые могилы. Чего было в достатке, так это рыбы и дичи. Рыбное изобилие в1855 году отметил ботаник, путешественник Ричард Карлович Маак, настрелявший как­то ради спорта и бросивший множество осетров в районе будущего завода «Арсенал».
Вскоре почти на том месте, где сейчас смотровая площадка ПКО, появилась часовенка Марии Магдалины ­ первое культовое строение военного поста, где фиксировались венчания, рождения, крестины и кончины. Торговый люд скорее всех оценил Хабаровку ­ место географически равноудаленное от Благовещенска, Николаевска и Владивостока, богатое дешевой пушниной, которую можно с выгодой обменивать на привозной товар. Посетивший Хабаровку этнограф и путешественник Сергей Васильевич Максимов отмечает утешительный вид поселения и даже «шоссе» длиною около двух верст между двумя грядообразными холмами, возможно, будущую улицу Шевченко.
Назрела необходимость приведения застройки в порядок. В 1863 году топограф Михаил Любенский приступил к выполнению топографической съемки в границах между Артиллерийской горой на юге, Военной горой на севере и на восток от Амура ­ до девятой улицы (ныне ул. Шеронова). Кварталы имели одинаковые размеры ­ 50 саженей (ок. 100 м) в ширину. Интересно, что будущая улица Хабаровская, она же Большая, она же Муравьево­Амурская была запроектирована с запасом, шириною в 25 саженей. До недавнего времени она успешно справлялась с автомобильным потоком.
Вдоль будущих улиц Любенский прорубил просеки, по углам кварталов расставил столбы и дал кварталам номера, сохраняющиеся до наших дней. Наметил участки 25х25 саженей, и с момента принятия этого генплана началась постепенная ликвидация хаотичной застройки. Ген­план предусматривал городской сад. По описаниям, на месте городского сада был смешанный лес с виноградом и орешником.
Первый генеральный план застройки Хабаровска родился в 1864 году.
К 1865 году в селении насчитывалось 59 казенных домов и 140 частных построек, не считая разного рода сараев и прочих нежилых построек.
Первоначально центральной улицей считалась Первая, она же Садовая, она же Алексеевская, она же Шевченко. На Первой улице устроились купцы Чурин и Плюснины. От Плюсниных пошло название Плюснинская падь и речка Плюснинка.
После отбытия Николая Николаевича Муравьева­Амурского в столицу дело заселения Приамурья почти остановилось. Хабаровка долго пребывала в «чине» поселка Софийского округа Приморской области со столицей в Николаевске­на­Амуре. Время от времени сюда прибывали исследователи, чьи имена со временем приобрели мировую известность: Шренк, Максимович, Радде, Пржевальский. Причем последний отмечает наличие в Хабаровке телеграфа, что было роскошью для многих городов Центральной России.

Первая телеграмма
У телеграфа своя история. Дело это затеял еще Муравьев и для изучения вопроса направил в Североамериканские соединенные штаты полковника Романова. В 1868 году была проложена телеграфная линия между Хабаровкой и Владивостоком. Строительство происходило в трудных условиях, одновременно на нескольких участках, и 28 ноября 1870 года из Николаевска через Иркутск и Москву в столицу ушла первая телеграмма. На суше линия шагала по деревянным столбам, через водотоки прокладывали кабели из медной проволоки в гуттаперчевой (сырой каучук) изоляции. Судя по забытому народному названию Телеграфная, здание телеграфа располагалось на улице Фрунзе. Линия была проложена по Чардымовской пади до подножия утеса, а под Амуром был проложен кабель до острова, что напротив утеса, где был построен домик смотрителя, отчего остров получил имя Кабельный. 16 апреля (по ст. стилю) 1896 года в одну ночь сгорели телеграфные дома в Благовещенске, Никольск­Уссурийске и Хабаровске. От хабаровского телеграфа уцелели лишь три аппарата Морзе и один аппарат Юза. Вскоре началось строительство каменного здания Центрального телеграфа на Николаевской площади, благополучно дожившего до наших дней.
Для целей планирования всегда нужна математически точная карта. В 1873 году в Приамурье прибыли военные астрономы Шарнгорст и Кульберг, определившие за сезон 13 астрономических пунктов, в том числе в Хабаровке пункт «Хабаровка». Астрономическая тумба из кирпича (возможно, это первое каменное сооружение в Хабаровске) располагалась на углу улиц Истомина и Муравьево­Амурской и прожила до 1908 года, когда началось замощение центральной улицы. Интересно, что Шарнгорст и Кульберг выверяли хронометры по телеграфным импульсам, передаваемым проводами из Московской астрономической обсерватории. Вот вам первое использование нового телеграфа в технических целях.
Все последующие топогеодезические работы в городе опирались на пункт Хабаровка.
Через пять лет, в 1880 году, Хабаровка стала центром Приморской области, сюда еще в 1878 году из Николаевска перекочевал областной герб: два горящих вулкана, разделенные лазоревым столбом (лентой).
Владивосток благодаря своему расположению рос, как на дрожжах, а Хабаровка прозябала. Для повышения авторитета областного центра 28 апреля (по ст. стилю) 1880 года высочайшим повелением Хабаровку возвели в ранг города, точнее ­ местности четвертого класса. Этот день можно считать нашим вторым днем рождения.
30 мая (по ст. стилю) 1880 года в Хабаровке был образован временный комитет по благоустройству города, в обязанности которого входило в том числе устройство дорог, мостов, канав и тротуаров. Предписание военного губернатора Тихменева было обращено к городскому старосте, которым впервые, впредь до избрания такового общим сходом горожан, административною властью был назначен купец 2­й гильдии Иван Матвеевич Протодиаконов.

Комитет по устройству города
Ввиду предстоящего преобразования селения Хабаровки в город был назначен временный комитет по устройству города. Комитет был составлен из депутатов от гражданского и военного ведомств, по назначению начальства; из депутатов от купечества и мещанского сословия, по избранию сословий; из временного полицмейстера Хабаровки, областного архитектора, землемера и врача; из членов от инженерной дистанции (военных строителей), по назначению начальника дистанции. Председатель и делопроизводитель комитета были избраны комитетом. Комитет должен был выработать подробный проект городского устройства Хабаровки исходя из условий края. Комитету предписывалось представить этот проект военному губернатору Приморской области для дальнейшего по закону направления. Но, не ожидая окончательной выработки общего проекта, комитет должен был составить краткие временные правила относительно устройства Хабаровки и представлять, по мере разработки, соображения по тем вопросам местного устройства, которые требуют скорейшего разрешения.
В Хабаровку стали прибывать чиновники, офицерство, и сразу же стала ощущаться нехватка жилья. Местные домовладельцы порою настолько бессовестно пользовались своим положением, что губернатор пригрозил им санкциями «дарованной ему властью». Появились первые земельные спекулянты, пришлось и здесь применить власть. Кварталы, примыкающие к Амуру, зарезервировали для административных зданий. Население прирастало, стала ощущаться нехватка в продуктах, активизировались купцы, потянулись из центральных губерний и даже из­за границы.
Городу нужны были деньги, и 2 июля 1880 года комитет принял решение о взыскании единовременной платы по 3 копейки за квадратную сажень с существовавших на тот момент владельцев земельных участков, прочие участки продавать на аукционах.
Поскольку город разместился уже в границах генплана 1864 года, землемер Карауловский получил распоряжение составить следующий генплан застройки города с учетом требований военного ведомства и гражданского населения.
25 ноября 1880 года были введены официальные названия улиц и нумерация домов. У названий улиц и отдельных уголков нашего города интереснейшая история. Прошагаем сквозь время в наши дни и попробуем кое­что расшифровать.
Топографический переулок привлек меня своим названием еще в 1971 году. Тогда я начал выполнять свои первые в Хабаровске геодезические работы и сразу натолкнулся на названия улиц или мест в городе, происхождение которых вызвало любопытство. Одно из них ­ Пульзошка, маленький пруд в окружении частных домиков в Кировском районе. Работая с современным городским планом, я увидел, что официальное название пруда ­ Пульзонка. Бытовой, народный вариант названия ни о чем не говорил, официальное уже отдавало чем­то военным, но опять ничего не проясняло. Лет тринадцать спустя, работая над историческим планом Хабаровска, прочел: «стрельбище», а рядом «пороховой погреб» и «батарейный лагерь». При сопоставлении старого плана с современным обнаружилось совпадение места стрельбища и Пульзонки, таким образом, стало возможным предположить, что Пульзонка ­ это зона пулевой стрельбы бывшего здесь давным­давно стрельбища.
Нижний базар помнят многие ­ это продовольственные лавки при устье Плюснинки рядом с нынешним речным вокзалом (бывшие торговые ряды). В трехстах метрах на террасе был еще и верхний базар ­ обычная барахолка, где можно было купить многое, вплоть до ведер без дна, поломанных висячих замков и распрямленных ржавых гвоздей ­ барахла, по Далю ­ хлама. (Ныне нет верхнего базара, а о нижнем остались воспоминания, которые скоро канут в Лету. Вспомнит ли кто, что в начале тридцатых непотрошеная кета во время хода стоила 3 рубля за сотню при заработке 4 рубля в день, а мерзлую калугу при продаже распиливали пилой, как бревна.)

Улицы рассказывают…
Об Орловом поле написано разное, но есть фотографии Эмиля Федоровича Нино около 1894­96 годов. На фотографиях ­ сад от нынешней улицы Тургенева почти до Урядовского утеса на западе и детской больницы на севере. По «раскопкам» краеведа А.М. Жукова, Орлов был чиновником переселенческого управления и даже держал в своем саду пасеку. Его поле было вероятно вторым, а первым был Дендрарий, основанный в 1896 году, который на старых планах именовался Опытным полем.
В городе было немало военных названий, но не менее почтительно горожане относились и к нашим писателям. Кратко отметим, что улица Пушкина наименована была в год столетия со дня рождения поэта ­ в 1899 году. Улица Гоголя получила свое имя в 1902 году, в пятидесятилетие со дня смерти писателя. В 1910 году, в год смерти Льва Николаевича Толстого, бывшая Линейная стала именоваться улицей Графа Льва Толстого. Здесь следует отметить, что город желал назвать именем классика и школу, но Лев Николаевич был отлучен от церкви, и ответ из столицы был отрицательным. По поводу улицы запроса не требовалось. Договорились и назвали. Бывшая Инженерная, она же бывшая Романовская, получила имя Ивана Сергеевича Тургенева после февральской революции 1917 года, почти к столетию со дня рождения писателя. С улицей Шевченко дело обстояло иначе, там юбилея не прослеживается. До официального своего наименования в 1880 году улица носила название Садовая, вероятно оттого, что граничила с территорией городского сада, официально была названа Алексеевской в честь визита в 1873 году великого князя Алексея Александровича. Визит ознаменовался первой в Хабаровке иллюминацией на фасаде дома Плюсниных: А. X. П. (Алексей Хабаровку посетил). Алексей проявил себя не лучшим образом в судьбе русского военного флота в 1905 году и после Русско­японской войны навсегда покинул Россию. Такое имя, если бы не дань традициям, вряд ли украшало бы город.
Имя Тараса Григорьевича Шевченко улица могла получить вот по каким причинам. Перво­наперво, Дальний Восток не менее чем на треть заселен украинцами, для которых Тарас Григорьевич более чем поэт ­ святыня. Он, как известно, в своем стихотворении «Как умру...» завещал похоронить его на днепровской круче, что и было сделано. Не знаю, как другим, но славянам свойственна тяга к родной земле.
Оказавшись вдали от родных мест, люди тосковали и в глубине души, наверное, надеялись когда­то туда вернуться. Вот эта тоска да плюс изворотливый украинский ум привели к тому, что кто­то, мне не известный, предложил назвать первую от Амура улицу именем поэта и художника­бунтаря Тараса Шевченко, породнив Амур с Днепром.
(Продолжение в следующих номерах.)