В поселке Охотск Хабаровского края скоро освободится трехкомнатная квартира. Просторная, в добротном кирпичном доме на улице Ленина. Есть электрическая печь, из крана течет холодная вода, что по здешним коммунальным меркам очень хорошо. По периметру одной из комнат от пола до потолка - стеллажи, забитые книгами. Николай Перепелица собирал их всю жизнь. Теперь он один, а книг много…

Перепелица и Ильич
В сентябре северный поселок Охотск отмечает 360-летие. Николай Гаврилович Перепелица недавно отметил свои 80 лет. С одним из старейших жителей района меня познакомил глава Охотска Александр Гордиенко.
В преддверии районного праздника хотелось написать нечто лирическое. Добавить истории про север и тайгу, воспеть непреходящее мужество местных трудяг. Про вахтовый метод написать, которым осваивалась всегда эта земля, о приезжающих и уезжающих, для кого строилось здесь в основном лишь «некапитальное» жилье, без водопровода и канализации. Ведь и жизнь на Севере «некапитальная»…
Еще написать, что есть все-таки люди, которые живут на этой земле по-настоящему. Не улетая зимой «на юга», как перелетные птицы, чтобы вернуться с потеплением, читай, на очередную путину или геологическую вахту. Как-то так написать хотелось.
Николая Перепелицу глава Охотска рекомендовал мне как героя аккурат в рамках моей идеи. Все главные здешние стройки тот видел, почти во всех участвовал, объехал в бытность парторгом все окрестные села, воевал. Так что если и писать об истории района и поселка, отмечающего круглую дату, то без Перепелицы никак не обойтись. Потому как он сам и есть история.
Но ни на домашний, ни по номеру мобильного телефона дозвониться до Николая Перепелицы у главы поселка не получилось.
- Наверное, отключил уже всё, - предположил Гордиенко. - Пойдем искать.
Найти человека в Охотске не то, что в Хабаровске. Несколько десятков улиц, небольшие дома, и все селяне друг друга знают. Кажется, спроси любого встречного: «Где Перепелица?», и тебе тут же укажут.
Так и получилось. Чуть только мы вышли из здания, как водитель администрации, высунув руку из кабины УАЗа, показал: «Да вот же он!».
Николай Перепелица стоял у парапета набережной и смотрел на спокойный не по времени года Кухтуй. Будто никогда раньше этой реки, этих сопок, называемых здесь почему-то «Кавказом», не видел, этого проржавевшего, вросшего в речной ил катера, который вынесло при наводнении на мель у самого берега еще в пятидесятых годах прошлого века. Так тут и лежит с тех пор.
В 1936 году родители Николая Гавриловича взяли в охапку пятерых детей, некоторые вещи и уехали из родной Волгоградской области в эти северные земли. Не по своей воле - начальство тамошнего треста распорядилось. Поселились семьёй в Новом Устье. Точнее, как поселились: на пустом месте поставили палатку, в ней и ночевали даже зимой. Натопят печку и спать ложатся, а утром все равно вся голова в сосульках.
Так и жили, пока коммунизм строили. Вместе с ним дома в Новом Устье, сам Охотск развивали. Поэтому почти каждое здание в этих местах Перепелица знает. На что ни укажу ему, про все рассказывает: как Дом культуры ставили - большое кирпичное здание с колоннами посреди деревянных бараков; как асфальт, который еще кое-где в Охотске виднеется, последний раз тридцать лет назад приезжие армяне укладывали. По этим дорогам когда-то бегал первый в поселке автомобиль - «Москвич», выделенный Николаю Гавриловичу в его бытность председателем поселкового совета.
Еще такой был случай. Объединялись как-то в районе два рыболовецких колхоза. Собрались колхозники совещаться, а кроме прочего, придумывать новообразованию достойное название. Ломали головы целый день, а ничего не придумали.
Николай Перепелица в тех прениях тоже участвовал. Шел как-то задумчивый на второй день заседания по Дому культуры и наткнулся на стоявший в фойе бюст Владимира Ильича. Тут-то и посетила Николая Гавриловича светлая по тем временам идея:
- Да назовите вы новый колхоз именем Ленина! - посоветовал он рыбакам.
В шестидесятом году дело было, а этот самый колхоз имени вождя по сей день не просто работает, а самое крепкое в районе предприятие. И, в отличие от многого, заложенного социализмом и вскормленного его идеями, адаптировался к рыночным отношениям. Колхоз имени Ленина теперь самый что ни на есть флагман капиталистического производства Охотского района.
И по ту, и по эту сторону широкого в лимане Кухтуя пожил Николай Гаврилович. А в день нашей встречи, оказалось, с родными местами прощался…
Перепелица
и смелость
Уехать подальше да поюжнее Николаю Перепелице предлагали не раз, но тот постоянно отказывался. Уж сколько людей стремится покинуть Север, где холодно, дорого и скучно. Зарабатывают на переезд годами, а те, у кого заработать не получается, тихо мечтают перебраться в места потеплее, попроще. Николаю Гавриловичу переехать предлагают давно и официально, под патронажем краевого правительства, квартиру бесплатно дают. Заслужил. Да и не осталось у него никого в этих местах, держаться не за что. А все не унимается, вроде как дел у 80-летнего Перепелицы в Охотске полно. Мол, совет ветеранов, в котором он председательствует, не на кого оставить…
В прошлом году Николаю Гавриловичу по программе переселения из северных районов предложили сразу два варианта на выбор: квартиру в поселке Корфовском близ Хабаровска либо такую же в селе Калинка, которое раньше жило военными делами, а теперь зияет пустыми оконными проемами панельных пятиэтажек. На бывшем военном аэродроме сразу за жилыми домами теперь проходят автомобильные гонки.
О том, что состояние жилого фонда и вообще вся коммунальная система в селе, мягко говоря, далеки от совершенства, что ямы на улицах не меньше, чем те, что мы с ветераном сейчас обходили на охотской набережной, Перепелице известно не было. Так что, когда он впервые побывал в предложенной квартире, загрустил. Здесь не было почти ничего - голые стены, какая-то мебель и холодильник.
- Там, как в Охотске, - сравнил Николай Гаврилович. - Только моря нет...
Но на фоне охотских проблем того же рода жилье в Калинке имеет один большой плюс. Село гораздо ближе к Хабаровску. К хорошим больницам, большим магазинам и так далее. А от Хабаровска рукой подать до Благовещенска, где давно живет сестра Перепелицы. Единственный после смерти жены родной человек. Сел в поезд да приехал…
Ветеран подумал несколько месяцев и, наконец, сдался. В следующий приезд в Калинку уже сделал косметический ремонт в новой квартире, купил раскладушку.
…А мы шли с Николаем Гавриловичем по улице Ленина в Охотске в его уже бывшую квартиру. Точнее, почти бывшую.
- Пойдемте, посмотрите, как я жил, - пригласил Перепелица. - Правда, там коробки с вещами, всё готово к переезду…
Выходит, мой герой, проживший на Севере столько лет, эти земли действительно покидает. История Охотска на этом, конечно, не закончится. Она теперь будет от Перепелицы отдельно, это можно представить. Но какую надо смелость иметь, чтобы на девятом десятке начать свою новую историю, новую жизнь, представить сложно. Здешнюю, северную смелость, не иначе.
Перепелица и Римма
Пока шли по поселку, говорили с Николаем Гавриловичем о будущем Охотска, который в последние годы вроде как встрепенулся, ожил. Точнее, с тех пор, как в горах неподалеку стали драгоценные металлы в промышленных масштабах добывать. Потянулись сюда люди - рабочая сила. А людям нужны условия. Теперь, говорят, даже проект водовода к Охотску, который разрабатывался еще несколько десятков лет назад, подняли из архивов. А вдруг сделают? Но поселок все равно всегда будет жить вахтами, считает Перепелица. Ведь и на новом горно-обогатительном комбинате люди работают не постоянно, а по два месяца…
В своей квартире Николай Гаврилович проводил меня на кухню, налил горячего чая и принес из комнаты толстую тетрадку:
- Вот, здесь вся моя история, - сказал Перепелица и положил «историю» на стол.
Тетрадка, надо сказать, уникальная. Целый фолиант, раздулась от фотографий, вырезок газетных, аккуратно вклеенных, подписанных. Вся история поселка и района за многие годы. Сколько труда вложено, да просто времени потрачено, какое терпение надо иметь, чтобы не забросить это начатое когда-то дело, только Перепелице известно.
Вот он с товарищами на строительстве зимника к одному из поселков сидит в сугробе с топором в руке. На следующей странице охотские рыбаки улыбаются из семидесятых. Из последнего - групповая фотография Охотского совета ветеранов…
Недавно Николай Гаврилович принес свою тетрадку в местный музей: мол, посмотрите, может, пригодится какая-нибудь информация. Те обрадовались невероятно, пообещали не что-нибудь из тетрадки извлечь, а саму ее сделать экспонатом.
- У меня еще один раритет есть, - удивил Николай Гаврилович. Принес на этот раз совершенно обычную книжку. Сборник стихов о дальневосточной земле, выпущенный Хабаровским книжным издательством. Среди авторов оказалась известная московская поэтесса Римма Казакова.
- С Риммой Федоровной я встречался, когда она работала у нас в колхозе «Октябрьский». На кухне практику отрабатывала, - удивил Николай Гаврилович. - Ей было тогда чуть больше двадцати, и никто, конечно, ее стихов не знал. А потом оказалось, что Римма Казакова написала про Охотск. Я долго пытался найти эти стихи, пока не попался в руки этот сборник.
И Перепелица раскрыл книжку на нужной странице:
- Я знаю это побережье,
Любой завод его и дом.
Здесь утром медленно,
с трудом
Рассвет волну
лучами режет…
Будто про самого себя зачитал Николай Гаврилович.
Данила Земляк. Фото автора.