Сбором, транспортировкой и хранением радиоактивных отходов в крае занимается Хабаровский специализированный комбинат «Радон». Сфера деятельности его распространяется на весь Дальневосточный федеральный округ. Сегодня он проводит работы при выборе участков под строительство и при сдаче новостроек ­ обследует общую радиационную обстановку. Замеряют фон, плотность потока радона из почвы и дают заключение, нужна ли противорадоновая защита при строительстве.

Рекомендуют ее класс: при первом не надо никакой защиты, при втором ­ нужна пассивная (следует герметизировать подвальные помещения). А уж если третьего класса, то защита необходима усиленная.
Проектировщики не приступают к проектированию зданий без заключения «Радона». Хотя результаты работы спецкомбината на любом отдельно взятом объекте принадлежат исключительно заказчикам. Они же представляют это заключение в надзорные органы.
Также спецкомбинат часто обследует водозаборные сооружения ­ например, когда возле села Мирное бурили новые скважины питьевой воды, там, прежде всего, поработали специалисты предприятия.
Хранилище радиоактивных отходов в Чирках давно перестало вызывать интерес общественности. Помните, какой ажиотаж поднимался в 90­е годы, как все стремились туда попасть и откопать что­нибудь «жареное»? Со временем убедились: отходы хранятся в соответствии с требованиями. Склады, забор, выбор почвы, сильная охрана ­ ну ничего особенного. Резерв в этом эксплуатируемом хранилище еще достаточен. Со следующего года начинается строительство нового современного хранилища наземного типа (старое углубленного типа) на 500 кубов. Складироваться отходы будут в металлические бочки, поставленные в железобетонные (сертифицированные) контейнеры. Все это можно так хранить, как минимум, 300 лет. Словом, «Радон» действует и развивается, как говорит его директор Кулаков.
Хотя «жареное» в Чирках найти, конечно, можно: до сих пор не решен вопрос со статусом объекта. Поскольку нет закона «О радиоактивных отходах» и концепции по обращению с ними. (А когда­то Минатом на разработку концепции даже выделял деньги. Правда, результат не образовался). И отсутствие закона очень тревожит.
Наш объект в Чирках раньше называли пунктом захоронения ­ все заливалось бетоном, превращаясь в монолит, извлечь оттуда ничего было нельзя. Нынче несколько иначе ­ теперь это пункт хранения. Но на недавнем совещании в Москве шла речь о том, чтобы «Радонам» в стране вернуть прежний статус...
Как бы то ни было, прошедшее десятилетие дало себя знать: «Радоны» превратились в заурядных исполнителей чужой воли и работают в основном по заказам. Заплатили ­ обследовали. И доложили о находках хозяину. Далее ­ дело надзорных органов. Но порой случаются прямо­таки курьезные случаи.

Три КАМАЗа вещдоков
Не так давно из Благовещенска в Чирки перевезли 25 кубов радиоактивных отходов. В 1997 году один местный коммерсант решил продать Китаю 43 тонны тантал­ниобиевого концентрата. Привез он его в Амурскую область с Орловского месторождения в Забайкалье. Этот концентрат добавляют как присадку в металл, чтобы улучшить его качества. А 43 тонны ­ это примерно три КАМАЗа.
Переправить концентрат за границу родины коммерсанту не удалось: задержала благовещенская таможня. Потому как содержание природных радиоактивных веществ (урана) там превышало всякие предельно допустимые концентрации...
И 10 лет концентрат хранился в одном из научных институтов Благовещенска. Хорошо хотя бы, что не в подвале, а на широтной астрономической станции за городом, в металлических емкостях.
Самое любопытное, что собственником танталового концентрата оказался ...городской суд. Который принял от таможни все эти 43 тонны в качестве вещественного доказательства. Нынешний председатель горсуда хватается за голову: ну ладно бы килограмм­два! Зачем три КАМАЗа вещдоков?
Интересно, что ни Роспотребнадзор (бывший центр Сан­эпиднадзора), ни Росприроднадзор и никто другой не среагировали никак. Хотя случай был известен всем. Хорошо, если предписания давали. И 10 лет не прошло, как «проснулась» Москва: начала требовать от городского суда, чтобы тот избавился от радиоактивных вещественных доказательств... Даже деньги на транспортировку отходов выделили. Сотрудники «Радона» упаковали все, как положено, привезли и поставили на хранение в Чирки.
Хотя, честно сказать, в Амурской области к работе с радиационными отходами относятся заинтересованно и понимающе. Там хотят знать ситуацию. Например, второй раз за десять лет специалисты «Радона» обследуют школы в области, проверяют на наличие источников кабинеты физики и т.д. Потому как вновь вернувшиеся в школы учителя военной подготовки (а это в основном бывшие военные) несут детишкам припасенные «на черный день» приборы с радиоактивными источниками...
Заключив государственный контракт с Главным управлением ГО и ЧС области, «Радон» ежегодно выполняет работы и в Благовещенске, и в селах, и в местах расположения военных частей. Платит за это, разумеется, область.
В Хабаровском крае иначе: вопрос обычно упирается в деньги. Так что об обследовании хабаровских школ чего уж говорить.
Обстоятельства сильнее?
А между тем проблемы в крае имеются. И вот одна из них.
В 2001 году на заводе «Амурметалл» в Комсомольске­на­Амуре с металлоломом нечаянно сожгли источник радиоактивного излучения. Образовалось два вагона РАО по 60 кубов. Как говорит директор «Радона», один можно было отбраковать как промышленные отходы, но один­то вагон остался. Принимается решение хранить отходы на заводе.
Но в 2003 году там же сожгли еще один источник, в 2004 году еще. (Так мне сказали в «Радоне», хотя в Госатомнадзоре почему­то говорят о двух случаях.)
Как могли источники попасть в плавильную печь? В соответствии с постановлением правительства РФ все партии металлолома перед отправкой проверяются, выдается санэпидзаключение.
Да и на «Амурметалле» контроль поставлен по всем правилам: на входе ­ аппаратура, вагон с ломом проходит через нее. На второй ступени осуществляется повторный радиационный контроль ­ когда из вагона выгружают лом. К тому же после плавки проверяют и шлак на наличие радиационного фона!
Но почему же иногда источник не обнаруживают? Металл ведь сам по себе является защитой, а если к тому же источник находится в контейнере? В этом случае превышение естественного фона выявить нельзя! Но даже если он не спрятан в контейнер, все равно обнаружить сложно. Хорошо, если источник расположен близко к борту вагона ­ тогда аппаратура его возьмет. А если он завален металлоломом?..
Только в течение семи месяцев 2007 года в металлоломе на «Амурметалле» пять раз обнаруживали и изымали источники! О чем это говорит? И о том, что у нас по­прежнему все валяется как и где попало. И о том, что на заводе контроль все­таки на уровне.
Ну а что же стало с отходами, хранившимися на заводе? Несколько раз собирались совещания: сначала было почти единодушное мнение увозить все и ставить на хранение в Чирках. Но недавно отношение к проблеме изменилось: решили хранить 1800 тонн РАО на заводе.
Как рассказал руководитель Дальневосточного межрегионального территориального округа по надзору за ядерной и радиационной безопасностью Ростехнадзора Анатолий Кононец, сегодня отходы находятся на заводской территории. Заходит речь о строительстве хранилища РАО на заводе. В бывшем складе сыпучих материалов сооружены заглубленные бункеры. Перед тем, как засыпать шлак (а это пыль), внутри была сделана металлическая обшивка. Получился как бы контейнер, сверху заваренный металлом и скрепленный бетонной стяжкой.
То есть отходы надежно локализованы. Сделано это примерно так, как в Новокузнецке: там на территории Новокузнецкого металлургического комбината также образовалось 1300 тонн РАО. А комбинат находится в центре города ­ ворота выходят на главную площадь. Так вот там радиоактивную пыль также засыпали в бункеры и придали статус хранилища РАО...
«Амурметалл» вынужден сделать это потому, как заверяет Кононец, что «Радон» взять может на хранение только около 500 тонн PAО. Но специалистов «Радона» никто на завод не приглашал не то что обследовать и разобраться, а просто взглянуть! Может, на заводе и не 1800 тонн РАО. Может, прикидывает Кулаков, и меньше ­ остальные просто промышленные отходы?
­ Недавно принята федеральная целевая программа ядерной безопасности, ­ продолжает А. Кононец. ­ Мы ее пока не видели, придет ­ посмотрим. Если там есть строка о строительстве еще одного хранилища в Чирках, то строительство на «Амурметалле», возможно, станет неактуальным.
Конечно, нельзя же строить хранилища на каждом потенциально опасном объекте.
Надо ли объяснять, что строительство хранилища радиоактивных отходов ­ дело чрезвычайно сложное. Должна быть проведена инженерно­геологическая экспертиза, разработаны проектные документы (завод их уже заказал в Сибири), потом госэкспертиза... Необходимо проведение общественных слушаний и т.д. Главное, эксплуатация хранилища РАО тесно связана с мониторингом ­ пробуриваются скважины, ведется забор грунтовых вод, чтобы контролировать окружающую среду, должна быть обеспечена сильная охрана...
­ Необходимо немедленно расширять площади «Радона», ­ считает зам. руководителя межрегионального территориального управления по технологическому и экологическому надзору Ростехнадзора Владимир Болтрушко. ­ Я был противником хранения РАО на заводе, но как сделать по­другому? На совещании было решено на данном отрезке времени хранить именно так.
­ Радиоактивные отходы должны храниться только в специально отведенных для этого местах, ­ рассказывает первый заместитель министра по чрезвычайным ситуациям Хабаровского края Валерий Минтусов. ­ Но на спецкомбинате «Радон» сегодня нет возможности взять на хранение такие объемы. Поэтому на межведомственном совещании принято решение о хранении прямо на заводе. Там все хранится в специальных контейнерах, сделаны бетонные подушки, радиационный фон в норме. Проблемы нет. Единственное, период полураспада длинный...
Прав Минтусов. Нужны сотни лет, чтобы закончился период полураспада. Ведь дело еще и в том, что основной радионуклид в тех отходах ­ цезий, а он хорошо растворяется в воде.
Между тем, хранилище (если оно состоится и будет обустроено по всем нормам) будет принадлежать заводу. Где гарантия, что на «Амурметалле» не изменится форма собственности? Или не придет новый хозяин, которому совершенно не нужен такой обременительный объект? Возможно ли, что все останется «в подарок городу»?
Недавно источник повышенной радиации сожгли в металлоломе на Таганрогском металлургическом комбинате. Там ничего городить не стали: ростовский спецкомбинат «Радон» принял как положено эти отходы.
А мы, получается, строим второе специализированное предприятие в крае. Понятно, так сложились обстоятельства! Но ходят слухи, что в «Радон» не транспортировали отходы еще и по другой причине. Мол, не хотят «оттягивать» деньги с модернизации и реконструкции завода...
Однако никаких переговоров на эту тему между заводом и «Радоном» не было.

Наталья Платошкина.

Кстати
На Главпочтамте Владивостока обнаружена радиоактивная посылка. Как сообщил начальник службы радиационной безопасности компании «Примтехнополис» Виталий Алданов, 22 октября на пульт оперативного дежурного поступила информация о том, что на Главпочтамте в районе железнодорожного вокзала обнаружили посылку с опасным химическим веществом ­ радием 226.
«Это вещество применяют военные, оно наносится на прицелы автоматов системы «Калашников», ­ уточнил Алданов. Подробности ЧП уточняются.


Между тем
«Радон» заказывает оборудование и специальную аппаратуру (спектрометрическую, радио­ и дозиметрическую) в Москве, в научно­производственном предприятии «ДОЗА». Там выпускают приборы, измеряющие ионизирующее излучение. Дозиметр, который держит в руках Вадим Соколовский (на фото), стоит примерно 10 тысяч рублей. Не каждому по карману...
А если человек во что бы то ни стало хочет узнать радиационную обстановку у себя в квартире, куда обратиться за консультацией? Анализы может провести специалист «Радона». Стоимость услуги складывается из расценок оплаты работы дозиметриста и транспортных расходов. Например, если в соседнем с «Радоном» доме, то это где­то чуть больше 500 рублей, потому как дозиметрист придет к вам пешком.
После измерений заказчику непременно выдадут протокол с результатом.
Если вам нужен дозиметр, то заказывать его придется в НПО «ДОЗА» в Москве.