…Возня на лестничной площадке привлекла внимание жителя одной из квартир многоэтажного дома на улице Большой Хабаровска. Он осторожно подошёл к двери и заглянул в глазок. У квартиры напротив стояла соседка. Чертыхаясь, она безуспешно воевала с неподатливым замком. «Немудрено, ­ подумал мужчина, ­ опять напилась до чёртиков!».

Тут взгляд его упал на пол. На каменных ступеньках лежал свёрток. Соседка каким­то чудом справилась с замком. Дверь за ней с шумом захлопнулась, а сверток остался на лестничной площадке. Подобрав его, мужчина тут же позвонил в милицию: в пакете был грудной ребенок.
Вскоре на пороге его квартиры стояли инспекторы по делам несовершеннолетних УВД Железнодорожного района. Достучаться до «забывчивой» мамаши милиционеры в тот день так и не смогли, малыша они забрали с собой.
­ И рада бы сказать, что случай этот из ряда вон, ­ вздыхает начальник отдела по делам несовершеннолетних УВД Железнодорожного района Хабаровска Людмила Лебедева, ­ но это не так. Нина Ивановна стоит у нас на учёте давно. Грудничок ­ её пятый ребёнок! Остальные четверо остались на попечении бывшего мужа Нины, когда она сбежала к новому бойфренду. «Вот, любовь нагрянула!» ­ поясняла она свой поступок. После того случая мы пригласили её на комиссию. Она пришла: голова опущена, глаза поднять боится. И в слёзы: «Простите, я больше так не буду!». Вернули ей ребёнка, но наблюдаем за ней постоянно.
Сколько раз в кабинете Людмилы Борисовны её подопечные ­ и взрослые, и дети ­ клялись, что больше так не будут: не украдут, не ограбят, не совершат другие преступления! Но за 24 года службы в подразделении она не спешит верить горячим заверениям и горьким слезам раскаяния. Опыт подсказывает: в лучшем случае лишь четвёртая часть из стенающих грешников смогут сойти со скользкой дороги, на которую когда­то вступили.
­ Вот приходил к нам наш подопечный 16­летний Антон, ­ вспоминает Людмила Лебедева. ­ Мать у него умерла, а отца он и не знал никогда. До совершеннолетия Антон находился в детском доме, а теперь живёт один. Недавно угодил в следственный изолятор. Провёл там три месяца, а как освободился ­ прямиком к нам. Яркими красками описывал он ужасы своего заточения, клялся и божился, что больше никогда не совершит таких поступков, за которые можно попасть за решётку. Мы его, конечно, поддержали, потом проверяли неоднократно. Казалось, действительно парень встал на путь истинный. И вот, пожалуйста! Несколько дней назад совершено разбойное нападение на пьяного мужчину, и один из нападавших ­ наш Антон.
И тем не менее, многих несовершеннолетних вполне обоснованно снимают с учёта в милиции. В учебных заведениях за трудными подростками закрепляются наставники, проводится работа и с неблагополучными семьями.
Не секрет, что дети, помещённые в детский дом, сбегают оттуда даже несмотря на то, что там они впервые за всю свою недолгую жизнь встречают нормальное человеческое общение. Ничего не поделаешь, для ребёнка мать, какая бы она ни была, есть мать.
…Одна родительница освободилась из мест не столь отдалённых. Всё это время двое её детей, 13 и 15 лет, жили в Амурской области. И вот прошло уже два года, а она ни разу не навестила сына и дочь, не поинтересовалась ими. Осев в Хабаровском крае, она вскоре родила третьего ребёнка. В отделе по делам несовершеннолетних эта гражданка появлялась исправно, рассказывала инспекторам, что завязала с преступлениями и пьянством. Но недавно во время очередного рейда милиционеры нагрянули к ней сами. И застали нерадивую мамашу в пьяном угаре...
К инспекторам по делам несовершеннолетних приходят многие: кто за помощью, кто с благодарностью. И они помогают всем, не разделяя посетителей на «хороших» и «плохих». Сама Людмила Борисовна не раз бегала по всем инстанциям, чтобы выхлопотать для подростка паспорт, который он сам никак не может получить, решить вопросы погашения долгов по коммунальным платежам...
­ А как же! ­ восклицает она. ­ У нас на службе, если душа за детей не болит, делать нечего.

А. Герасимова. (Пресс­служба УВД по Хабаровскому краю.)