В конце сентября спектаклем по пьесе В. Катаева «Квадратура круга» Хабаровский краевой театр драмы открыл 62­й сезон, а в конце ноября зрители увидят новую работу коллектива.

Не секрет, что засилье однообразных комедий упростило взаимоотношения театра и зрителя, и хотя время меняло жизнь вокруг нас, но не меняло предназначения самого театра, и в тишине зрительного зала каждый хотел пережить некие потрясения в своей душе, познавая мир и самого себя. А это накладывает на театр ответственность в выборе той драматургии, которая затрагивала бы самые тонкие струны души и сердца. И как нельзя лучше пьеса М. Ладо «Очень простая история» рассказывает о жизни людей, которых принято называть обыкновенными, и тонко касается нравственных законов души и сердца, по которым живет человек. Для постановки из Саратова был приглашен Олег Белинский, режиссер ищущий.
­ Олег Александрович, как вы себя чувствуете в нашем городе?
­ Очень комфортно! Хабаровск ­ красивый, необычный и очень симпатичный город: мощный Амур, сопки, изрезанные сбегающими улицами, старые дома и современные постройки делают его запоминающимся. Мне он больше нравится, чем Саратов, в котором я живу.
­ Вы были артистом или сразу пошли в режиссуру?
­ Когда­то я поступил в студию при куйбышевском (ныне самарском) театре к известному в то время режиссеру П. Монастырскому. Однажды я делал этюд, который был выстроен мной, видимо, неплохо, и Монастырский посоветовал мне заняться режиссурой. Он поверил в меня, я ­ ему, но актерское ремесло не бросил, а, наоборот, поступил в ЛГИТМиК. В воронежском театре работал актером и вел в школе драматический кружок, который постепенно перерос в поэтический театр, где я мог пробовать себя как режиссер. Тогда и решил, что это должно стать моей профессией, и поступил на режиссерский факультет Щукинского театрального училища в Москве. Свой дипломный спектакль я ставил в Саратове, а потом поехал по стране.
­ Режиссерская жизнь, как и актерская, всегда полна впечатлений ­ разные города, люди. . .
­ Да, и такую перемену мест я полюбил еще с актерских времен, ведь гастроли давали возможность побывать во многих городах, повстречаться с разными людьми. Правда, в режиссерской жизни все намного сложнее: ты едешь в театр, возможности которого не знаешь. Но когда понимаешь, что распределение ролей прошло правильно, уходит волнение, наступает привычное рабочее состояние, мы с актерами начинаем разговаривать на одном языке. И я доволен вашими артистами. С каждой репетицией они работают все легче, уверенней, и им это тоже нравится. А режиссер обязан организовать весь творческий процесс, чтобы, проживая заново жизнь своего героя, артист импровизировал все более осмысленно. А еще надо организовать всю техническую работу: свет, музыку. И за все в целом отвечает режиссер. Такая профессия.
­ Я рада, что вы откликнулись на предложение поставить именно пьесу «Очень простая история». А что вас в ней тронуло?
­ Когда я ее читал, помню, что смеялся и чуть не плакал одновременно. В пьесе есть душа, и сама она про наши души, про совесть нашу или ее отсутствие, про понимание и непонимание одновременно. Что важнее для человека ­ накопить богатство и потерять душу или никогда не растерять душевных качеств? Что такое вера для человека? Вопросов много, а ответы мы ищем. Думаю, зрители, войдя в зал чужими друг другу, выйдут более близкими людьми, их должна объединить одна и та же вера в доброту сердца. Это не означает, что человек в чем­то изменится, но эта простая история заденет каждого. Это замечательная пьеса, она про всех про нас, и именно такую драматургию, в которой есть душа, я люблю. А еще я люблю Чехова, Достоевского, ту русскую классику, которая ранит.
­ А как вы вообще оцениваете современный российский театр?
­ По­разному. И дело не в самом театре как виде искусства. В советские времена руководители разных уровней понимали, что театр людям необходим. А если городской глава любил бывать в театре, то этому театру просто везло. Сейчас все заняты другими проблемами, до театра никому дела нет, большинство провинциальных театров просто заброшены. И это очень обидно. Хотя и от театров многое зависит. Театр должен иметь свое лицо и стать необходимым людям! Зачастую и режиссеры­новаторы в ущерб содержанию думают только о форме спектакля. А до души этим достучаться невозможно! Театр только тогда театр, когда зритель забывает, что он в театре находится! Он проживает все происходящее на сцене сам, он для того и пришел. А разве просто формой можно этого добиться? Я поклонник Станиславского, а это означает, что я режиссер психологического театра и форма для меня не главное. Театр должен теребить душу, а бездумно смеяться можно у телевизора, что полстраны, как ни странно, делает с удовольствием, ни о чем не задумываясь. Играя бездумные комедии, многие театры приучили зрителя приходить отдыхать, как сейчас говорят. А ведь в театр приходят для того, чтобы очиститься, как в церкви, и стать чуть добрее и отзывчивее.

Н. АНГАРСКАЯ, зав. литературной частью Хабаровского краевого театра драмы.