В театре, как в жизни, все просто и сложно. Утром ­ репетиция, вечером ­ спектакль. Чего уж проще. И только артист знает, как это трудно. Для него все должно сойтись ­ пьеса, роль, режиссер. Он должен сжигать себя на репетиции, без устали отдаваясь страстям и эмоциям, а выйдя к зрителю, каждый раз проживать все заново.

А еще бывает, что артист годами ждет своей роли, своего режиссера, своего «звездного» часа. Но ни на что артист не променяет запаха кулис и вечных сквозняков на сцене, и среди ненастоящей декорации минуты отчаяния или радости, смех или слезы всегда будут настоящими.
Жизнь провинциальных артистов не назовешь радостной. Они дарят нам счастливые мгновения, мы им ­ аплодисменты, иногда ­ цветы, но, сняв грим, они идут по улице, и их уже никто не узнает. А завтра они снова выйдут на сцену, обнажая душу и нервы, и уже не будет конца этим счастливым превратностям судьбы.
Для актрисы Хабаровского краевого театра драмы Анжелики Мельничук ее собственная жизнь и театр давно стали одним целым, просто на сцене жизнь будто сотворяется заново, а каждый спектакль ­ это еще один шаг в поисках вечно ускользающей человеческой души. На сцене она всегда яркая, умная, предельно откровенная, тонко понимающая и проживающая судьбы своих героинь. Ее любимый писатель ­ А.П. Чехов, а любимый театр ­ Хабаровский театр драмы, на подмостки которого она выходит уже не один год.
­ Анжела, ты с детства мечтала стать актрисой?
­ С детства я любила петь, танцевать, стихи читать. Во сне видела себя то балериной, то эстрадной певицей. И тут в Южном микрорайоне Хабаровска, где я жила, открылась студия пантомимы. Что­то необычное и без меня? В этой студии мальчиков не оказалось, но мы начали репетировать «Буратино», и мне досталась главная роль. А педагогом и режиссером у нас был А.В. Сосида. И однажды, говоря обо мне, он обронил непонятное, но очень красивое слово ­ талантливая! Вот тогда я и решила, что буду артисткой, правда, не знала, какой это тяжелый труд. Но поступила и окончила актерский факультет Дальневосточного института искусств.
­ И сразу в Хабаровский театр драмы?
­ Нет, сначала был театр Южно­Сахалинска, потом ­ театр драмы Владивостока, а потом ­ наш театр драмы. Когда­то мама привела меня в этот театр на спектакль «Кот в сапогах», и я до сих пор помню каждую деталь, каждое движение. Потом я, как одержимая, ходила на все спектакли театров нашего города, завидовала всем, кто работает в театре. И была безумно счастлива, когда стала артисткой театра драмы. Эта любовь не проходит и до сих пор. Я понимаю: в последнее время театр не в самой лучшей форме, но это ­ мой театр, он как камертон моей жизни, мне без него нельзя. И каждый вечер я жду зрителей, с которыми от имени театра я могу и должна поделиться своими мыслями, чувствами, болью своей. Эти зрители и есть часть моей жизни, и именно они поддерживают меня в моих актерских метаниях и прощают мне мои неудачи. А еще мои коллеги, парт­неры по сцене, роли мои ­ все это и есть Хабаровский краевой театр драмы.
­ По­моему, ты ролями обласкана?
­ Грех жаловаться. И каждая роль ­ большая или не очень ­ любимая. В этом, наверное, и есть актёрское счастье ­ вместить в себя и прожить всякий раз жизнь другого человека. Ну, какая еще профессия позволит думать и действовать, как Раневская из «Вишневого сада», например? А моя позволяет! И уже не важно, что ты не спишь ночами и думаешь о своей героине, важно, чтобы тебя зрители поняли, сопереживали. Сегодня я ­ Жозефина, а рядом со мной не кто­нибудь, а Наполеон, завтра я просто Старуха в спектакле «Без вины виноватые». А еще у меня была мужская роль ­ Чарли Чаплин!
­ Для актера ведь не только роль важна, но и режиссер?
­ Конечно! И сейчас я сча­стлива! Судьба преподнесла подарок ­ замечательная пьеса «Очень простая история», где у меня интересная роль. А самое главное ­ работа с прекрасным режиссером! Олег Александрович Белинский ­ режиссер психологического театра, а это мне так близко. Я люблю, когда работа начинается с «застольного» периода, когда режиссер разбирает пьесу, определяет событие. Он ставит задачи, при этом я чувствую, что ему нравится, когда мы начинаем импровизировать, не выходя за рамки того коридора, который он для нас оставил. Эта пьеса ­ простая история про всех нас, про то, какие мы на самом деле или какими можем быть. В обычной жизненной ситуации, когда девочка забеременела и встает вопрос, что делать дальше, возникает большая жизненная философия ­ быть или не быть этому ребенку. И совсем простыми словами домашние животные, которые все понимают, поворачивают ситуацию так, что ребенок появляется на свет. А сама пьеса глубоко затрагивает вопрос о смысле жизни человека, о его вере, о силе, о душе. Я всегда чувствую зрительный зал. Мне кажется, что наш будущий спектакль никого не оставит равнодушным. И это важно! Сейчас, когда мы репетируем, я вижу глаза своих партнеров и понимаю, как каждый из нас дорожит этой возможностью от имени своих героев попросить друг друга быть добрее, терпеливее, мудрее, научиться понимать и прощать.
­ А ты сама умеешь прощать ошибки себе или другим?
­ Другим прощаю, пытаюсь понять человека, оправдываю в своих глазах. Все могу простить, наверное, даже предательство. Правда, после этого уже не смогу с этим человеком быть искренней и добросердечной. Себе простить ошибки сложнее, к себе требования жестче. Кстати, и об этом наш новый спектакль. Он про всех про нас. Я думаю, что зрители увидят наших актеров в каком­то новом качестве, порадуются за них, за театр. Наш режиссер создал замечательную творческую атмосферу, в которую зрители очень легко войдут, станут участниками спектакля. Ведь и спектакль, и театр живы только тогда, когда у них есть зритель. Мы зрителей своих любим, всегда ждем.

Н. АНГАРСКАЯ, зав. литературной частью Хабаровского театра драмы.