14-серийный фильм Сергея Урсуляка «Ликвидация» о том, как маршал Жуков боролся с бандитизмом в послевоенной Одессе, вызвал неоднозначную реакцию зрителей. Одни говорят, мол, сюжет выдуман, другие - все было гораздо кровавее. Сценарий сериала основан на реальных событиях, случившихся во время зачистки послевоенной Одессы от бандитов. Съемки под руководством режиссера Сергея Урсуляка большей частью проходили на натуре - колоритнейших старых улицах и двориках, которыми по-прежнему изобилует этот неповторимый солнечный город.

После войны, в 1946 году, маршала Жукова товарищ Сталин ссылает в Одессу - командовать Одесским военным округом. Это действительно исторический факт, остальные перипетии - выдумка. «Жемчужина у моря» встречает Жукова разгулом банды «Степные волки» (аналог знаменитой «Черной кошки»), и маршалу предстоит вычислить ее предводителя - немецкого шпиона по кличке «Академик».
Роль начальника УГРО в картине сыграл Владимир Машков (на фото справа). Его Давид Гоцман пострижен по моде 40-х годов, подтянут («Я слежу за собой и чувствую себя 20-летним», - смеется актер) и ловок, как пантера, что постоянно демонстрирует, прыгая по крышам и карнизам в бесконечных погонях за преступниками.
Сотрудники милиции 40-х годов говорят, что образ Давида Гоцмана, скорее всего, собирательный. Имя «Давид» носил некий Курлянд, на то время заместитель начальника уголовного розыска, его личное дело изучали при написании сценария Поярков и Урсуляк, определяя, каким будет главный герой фильма «Ликвидация». Именно при нем была уничтожена банда, действия которой легли в основу фильма «Место встречи изменить нельзя».
- В работе меня ничто не пугает, - поделился Машков. - Мой кумир - известный путешественник Конюхов, который в одиночку, в лодочке не раз переплывал океаны. Вот так и я: готов пойти на любую авантюру и только потом задуматься, как из нее выбраться. Иногда, правда, взваливаю ношу не по силам. Так, в фильме «Матросская тишина» я подписался стать и актером, и продюсером, и режиссером. Очень скоро начал ощущать в себе «растроение» личности и часто как актер обижался на «тех двоих» и не понимал, чего они от меня хотят.
- Стресс вы снимаете стандартными методами?
- Ничто человеческое мне не чуждо. Алкоголь, если в меру, полезен. Но когда ты полностью погружен в съемки, уже не до этого. Кстати, в Москве сейчас не найдешь сильно пьющих актеров: все работают как проклятые.
- В сериале ваш герой гоняется за бандитами - насколько знаю, у вас тоже детство было бедовым?
- Угоны 15 мотоциклов и двух машин, чтобы покататься, частые приводы в милицию, уличные драки до крови.
Сейчас, идя по улице, я точно могу сказать, у кого из встречных есть пистолет. В серьезные неприятности я не влипал, все как-то утрясалось само собой. Например, в 12 лет я свалился с третьего этажа и остался цел. До девятого класса был хроническим двоечником. Потом одумался и к экзаменам практически нагнал программу.
Даже когда в Новосибирском театральном училище я, представившись администратором, собирал со студентов по рублю «на ремонт здания» (мы всей группой три дня пропивали эти деньги), мне это тоже сошло с рук - курс взял на поруки.
- В кого вы такой энергичный?
- Естественно, в маму с папой. Они у меня всю жизнь проработали в кукольном театре: мама - режиссером, папа - актером. Потрясающе талантливая, влюбленная пара, они и умерли практически в один день.
Мама наполовину итальянка, была невероятно красивой, волевой, совершенно несгибаемой.
Отец - очень смешной: полный, в бантах и беретах. Женщины его обожали. Я все детство провел за кулисами кукольного театра, но сам мечтал стать клоуном.
Правда, в какой-то момент сильно увлекся религией, когда жил во Львове, учился в католической школе, зубрил катехизис. Лучшей наградой для меня было помогать священнику во время службы.
- Что стало самым большим потрясением на съемках «Ликвидации»?
- Конечно, смерть Андрея Краско. Его роль потом отдали Сергею Маковецкому, потому что Андрей успел отработать только три дня.
Последним для него эпизодом стала сцена смерти его героя Фимы Полужира, которого мой Гоцман везет в машине. Когда это повторилось наяву - Андрею вдруг стало плохо с сердцем, а через пару часов он умер, все мы были в шоке. Не могли осознать, что он уже не поднимется, не смоет грим… Мистика.

А. МЕЛИХОВ. («Экспресс-газета»)