Встретить Новый год, чтобы он запомнился надолго, хочется многим. Да вот получается не у всех. Конечно, такая встреча, как в знаменитом фильме «Ирония судьбы», в реальной жизни вряд ли бывает.

Мы решили спросить у хабаровчан, были ли в их жизни необычные встречи Нового года. Вот о каком случае рассказала Наталья Зуева, инженер:
- Самый необычный Новый год у меня был в студенческие годы. Впрочем, так, наверное, у всех. Все интересное происходит в молодости.
Встречать 1970 год мы с друзьями решили в институтском клубе. Там накрывали столы, играла музыка, и можно было потанцевать. Звучало все очень заманчиво, но на деле нам не понравилось. Вдобавок какой-то умелец стащил с нашего стола бутылку шампанского. Мы даже до боя курантов не досидели - ушли. Бокалы поднимали уже в квартире нашей подруги. Поели, поплясали, потом решили пощекотать нервы и засели за спиритический сеанс. Наташа - хозяйка квартиры - считалась крупным специалистом по части общения с духами.
Мы погасили свет, зажгли свечу, нарисовали на бумаге круг и воткнули в середину круга иглу. В этой нехитрой процедуре вся соль именно в игле. Круг делится на части, в которых пишутся буквы, всякие односложные фразы типа «да», «нет», «я здесь», чтобы духу было проще найти общий язык со студентами. А игла должна указывать на буквы или слова, которые дух желает выразить.
- Какого духа будем вызывать? - деловито спросила Наташа, оглядывая притихших подруг.
- Давайте Маяковского! Красивый, высокий, да и стихи его мне нравятся, - предложила одна.
- А вот мне не нравятся, давайте не будем Маяковского!
Завязался спор. Наконец порешили, что Маяковского лучше не трогать. Грубиян он был известный, а ну как обругает за то, что его в новогоднюю ночь беспокоят?
- Еще по лбу даст. Запросто, - авторитетно заявила Наташа.
Следующей кандидатурой на рассмотрение стала душа Антона Чехова. Но и Чехова коллегиально забраковали. Решили вызывать Пушкина. Этот наверняка умел обходиться с дамами. А надо сказать, что к этому времени за столом остались одни дамы. Представители сильного пола давно уже спали в другой комнате.
- Ну что ж, Пушкина, так Пушкина, - одобрила Наташа.
Мы взялись за руки и затянули: «Дух Александра Пушкина, приди!». Повторяли несколько раз, но безуспешно: иголочка не шевелилась, дух не являлся.
- Дух, ты здесь? Подай знак, - вопрошала в темноту Наташа. Ответа не следовало. - Видимо, кто-то в этой комнате не верит. Поэтому он не идет.
Мы заверили, что верим в духов все как один. Верней, как одна. И все началось заново. «Дух Александра Пушкина, приди!»
- Тише, подождем, - прервала наш нестройный хор Наташа.
Мы замолчали. В гнетущей тишине смотрели на иголку, и вдруг она дернулась.
- Ой!
И в этот же момент к общему ужасу мы услышали шаги. Дверь в комнату стала приоткрываться и…
- А-а-а-а-а! - закричали мы. Кто-то задел свечу, и она погасла. Стало жутко. Мы орали в полной темноте, а Пушкин, судя по скрипу петель, открывал дверь все решительней и шире.
- Вы что орете? - вдруг послышался заспанный голос нашего одногруппника Вовки. Он нашарил выключатель, щелкнул свет и удивленно воззрился на наши испуганные лица. - Я иду на их голоса, а они крик поднимают!
Лже-Пушкина незаслуженно обругали в лучших традициях Маяковского и выставили из комнаты. Больше мы никогда не вызывали духов ни на Новый год, ни в другие праздники. Хватило одного раза.

Записала Ирина Троценко.