В Кукане новому человеку всегда рады. А тут из Хабаровска - целый десант врачей. Специалисты, да какие! Приехали врачи - клинические ординаторы кафедр семейной медицины и стоматологии детского возраста медицинского университета. Выстроилась очередь. И ведь до самого вечера не кончалась. За каждой такой процедурой в город надо ехать, деньги платить, а тут все бесплатно.

Молоко плюс
На самом деле заведующая кафедрой общей врачебной практики и семейной медицины Лариса Житникова говорит, что они приехали не восполнять пробелы сельского здравоохранения, то есть не лечить, а научить людей следить за своим здоровьем. В деревне это еще актуальнее, чем в городе.
Стоматологи посмотрели школьников, каждому подарили наборы зубных щеток и паст. Как потом призналась доцент мед-университета Марина Елистратова, ожидали худшего.
- Зубы-то оказались у детей хорошие. Оно и понятно! Дышат лесным воздухом, вода - колодезная, чистая. И почти все пьют домашнее молоко.
А ведь приехали составить индивидуальные планы лечения каждому ребенку, чтобы во время каникул тех детей, у кого есть проблемы, пригласить в Хабаровск в университетскую клинику полечить зубы. Естественно, бесплатно. Вот только приедут ли? Выбраться в Хабаровск - целая история.
В куканской больнице - два врача, оба - терапевты. Однако лечат все - и гипертонию, и хондрозы, обостряющиеся после того, как народ посадит огороды или выкопает картошку. Огнестрельные и ножевые ранения - случается и такое - тоже по их части.
С тоской глядя на деревню в четыреста дворов, в которой ни одного фонаря, спрашиваю медсестру: «А зимними вечерами-то что делаете?»
- В бар ходим, - загадочно улыбнулась она. - У нас их два.

Тяжко жить между субъектами
Два бара, магазины, пекарня - все это принадлежит семье Чурсиных. Люди они молодые, похоже, небедные, но более всего гордятся своими корнями. Игорь - из Чурсиных, тех самых, откуда и знаменитая артистка Людмила Чурсина. Их деды были братьями. Одного из них в лихие годы сослали из Москвы в Амурскую область, а уж оттуда - в Кукан. У них даже свое семейное генеалогическое древо есть, надо же знать, какого они рода-племени. А у жены Галины в роду - немцы Арендты, тоже ссыльные. А других в Кукане и не наблюдалось. Сюда, в глушь, в деревню, отправляли неблагонадежный народ. Кукан и теперь на отшибе. Дороги нет, а потому ощущение оторванности от мира.
После школы Игорь и Галина из деревни уехали: что тут делать? А получив образование, вернулись в Кукан, организовали собственное дело. Снабжают односельчан продуктами, хлеб пекут, причем настоящий. Тесто женщины месят вручную, а потом отправляют в печи, которые топятся дровами. Где еще теперь такой попробуешь! И стоит буханка белого - 16 рублей. Для приезжих он все равно, что дорогой сувенир.
Привезти сюда продукты по бездорожью не так-то просто. Но в магазинах есть все, что в городе. И цены такие же. Игорь понимает, что народ в деревне небогатый.
А еще Чурсиным дали в аренду автобус. Они его подшаманили и три раза в неделю возят людей в Биробиджан. Билет дорогой, в один конец - двести рублей. Но лучше так, чем искать частника.
Игорь на жизнь не жалуется. Сам - сельский депутат, а значит, власть. Но обособленность деревни чувствует, как никто другой. Электричество в Кукане вырабатывают сами, получается дорого. Благо хоть подается круглые сутки, а ведь не так давно лампочки горели несколько часов. Населению районная власть разницу компенсирует, а ему, предпринимателю, приходится платить за киловатт по себестоимости - аж по семнадцать рублей. Хотел свою станцию купить, кредит взять. В банке вроде согласились, а потом передумали. Клиент, судя по всему, человек не ветреный, но уж больно далеко живет.
Глава администрации Хабаровского района Владимир Алешко приехал в Кукан со всеми специалистами, чтобы было кому на сходе перед людьми отвечать. Раз в год выбираются, не ближний свет. А вопросы все те же. Дров выписывают все меньше, а купить... машина - 2,5 тысячи рублей. Да, дрова теперь рассчитываются только на отопление и приготовление пищи. На горячую воду, то есть на баню, увы, не дают. Деревенское удовольствие - за свой счет. Где-то можно уголь привезти. А у них в Кукане - одни дрова. Общественной же бани в деревне нет.
И, конечно, опять разговоры про дорогу. До трассы каких-то семьдесят километров, но ведь не проедешь. Оказывается, неказистая дорога по сопкам через заказник не простая, а дорога между субъектами Федерации. То есть между Еврейской автономной областью и Хабаровским краем. Чтобы придать ей подобающий федеральный статус, с района запросили 216 миллионов рублей. Да где ж такие деньги взять? Вот лесопользователи ее и содержат, как могут. А если б и того не делали, она бы с пятью деревянными мостами стала совсем непроезжей.

Сто буренок и бильярд
Надо ли уезжать из деревни? Не рано ли ее в неперспективные записали? Вопрос витает в воздухе. Каждый решает его по-своему. А Кукан стоит себе сто с лишним лет. Места окрест красивые. Выйдешь за околицу - грибы, ягоды. Речка холодная, чистая, хариус с ленком водятся. А в прошлом году даже кета заходила, лет двадцать такого не было.
Летом в деревне полно народу. Дети на каникулы к родителям приезжают, а теперь еще и биробиджанцы отдыхают. Места заповедные. Даже из московского журнала «Сафари» как-то прилетали к ним на хариуса. Так вот, когда номер прислали, Чурсины родной деревни не узнали. Красота. А ведь точно - Кукан.
Словом, податься в город, конечно, можно, только не зря говорят: где родился, там и пригодился. Вот вернулись же Чурсины, нашли себе дело. Все их уважают.
- Кто-то мог бы заняться заготовкой дикоросов, когда-то в деревне это делали, - говорит глава сельского поселения Валерий Кондаков. - В соседней Наумовке, деревне в три улицы, и гречиху для медосборов сеют, и мед заготавливают. Организуй кто в деревне перерабатывающее предприятие, дай работу - люди останутся.
Валерий Кондаков - тоже из потомственных ссыльных, из китайцев. Говорит, что отправляли сюда немцев, финнов, поляков. Кстати, в здании бывшей комендатуры теперь - бар. Умел строить сосланный народ. Ведь кого изгоняли на Дальний Восток? Кулаков. А они, работящие, тайгу корчевали и огороды садили. В крови у них это - самим себя кормить, на власть не надеясь.
- Их дворы, - говорит Кондаков, - сразу видно. Все крепко, ладно. Усадьбы потомственных немцев тоже сразу заметишь, педантичность воистину у них в крови.
До недавних пор едва ли не в каждом дворе была корова. Но сено подорожало, старикам купить накладно, а им самим уже покос не по силам. Но сто буренок куканцы держат.
Прощаясь, Кондаков приглашает приезжать еще - отдохнуть, порыбачить. Туризм они тоже рассматривают как возможную перспективу.
- К лету бильярд купим, - добавляет Чурсин. - Все веселее в деревне будет.

Елена ИЩЕНКО.