В Приамурском географическом обществе вышла в свет книга Георгия Красноштанова «Ерофей Павлович Хабаров», по-священная неизвестным стра-ницам жизни землепроходца.

Георгий Борисович Красноштанов, москвич, кстати, родственник известного хабаровского филолога Сергея Иннокентьевича Красноштанова, можно сказать, поставил своему земляку (Е.П. Хабаров и Красноштановы из одних и тех же мест) 750-страничный памятник. Им впервые на основе уникальных архивных материалов дана наиболее полная и достоверная биография землепроходца.
- Ошибок и неточностей о Хабарове столько, что пришлось заново открывать архивы. Сюда относятся окладные и раздаточные книги жалованья, боярские и городовые, счетные списки воевод, таможенные, сборы различных пошлин, ямские, расходные денег, хлеба, имущества, дозорные, межевые и писцовые, ревизские сказки и так далее, - сообщил в телефонном разговоре Г.Б. Красноштанов.
Книга писалась не один год. Автору, которому за 80 лет, пришлось ознакомиться с тысячами документов второй половины XVII века, сравнить все написанное ранее, списаться с историками, краеведами, чтобы из этой «руды» получился поистине подвижнический труд. По его словам, «Ерофей Павлович…» появился вопреки отсутствию доступа к источникам, где редкие исторические документы приходилось в буквальном смысле брать приступом из архивов. Он мог бы привести десятки случаев, когда они объявлялись «ветхими» или «пропавшими», а на самом деле пылились на полках, в свое время не попадали в руки исследователю.
Судя по новым фактам биографии, Хабаров был вполне сыном своего жестокого века. Уж не такой он был сирый и далеко не всегда гонимый, а человек властный и жестокий. Чего стоят описания служивых людей, отписки самого Хабарова, а также воеводы Францбекова о начале его похода на Амур:
«Как он, Ярофейко, отпущен из Якуцкого острогу, идучи по Лене реке до усть Олекмы реки, те реки грабил и на погроме взял 12 быков да трех якутов убил до смерти…»
А вот о «самоуправстве» Хабарова внизу по Амуру:
«…И как он, Ярофей, перешел за волок… у тех служивых людей сидела в аманатах князцова жена князьца даурского Шилгинея, и захотел Ярофей ту князцову жену взять себе на постелю безчестья ради. И он, Ярофей, рняся на нее, и тое ночи удавил, для ради своей бездельной глупости…»
В одном из описаний приводится почти шекспировский случай, когда плененный князь Толга, не выдержав унижений, «скрал нож и сам себя поколол». Или вот еще о побоище: «И мы их в пень рубили, а жен их и детей имали, и скот».
Занимая практически без единого выстрела городки и улусы, «побивая людей много и сжигая», ватажка Хабарова несла на Амур не только «государеву ласку».
Язык документов бесстрастен, но в общем верный, хотя многое в деталях жизни Хабарова сегодня нам видится иначе. Его судьба была трагической. Трагизм был в том, что для успеха и удачи «амурского дела» недостаточно было смелости и таланта, а нужны были еще громадные материальные средства, то есть то, что не зависело от Хабарова.
- Много бумаги исписано разными авторами о месте нахождения Ачанского острожка. Существовал ли он вообще? Почему Хабаров стал зимовать в Ачанском улусе, «не ставя острогу, ни крепости», а «пушки поставил посреди улицы»? Если бы во время зимовки острожек строился, то такого бы упрека не было, - размышляет Г.Б. Красноштанов.
Есть в жизни Хабарова одно обстоятельство, которое особенно загадочно: почему его больше не пускали на Амур? Было ли это изгнанием или бегством? Случайно ли это произошло? Теперь трудно сказать, как именно обстояло дело. Но автору удалось реконструировать события по документам, свидетельствам очевидцев.
Теперь точно установлено, что Ерофей Павлович Хабаров родился в деревне Святицы на правом берегу Двины, на территории теперешней Архангельской области. Деревня эта не существует, ее смыло наводнением в 1626 году. Также установлено, что умер он не в феврале 1671 года, а в августе 1670.
Достаточно точно определено и захоронение Хабарова в городе Киренске на реке Лене. Есть даже план-схема, где находится его могила. Как сообщили местные жители, в одном из огородов были даже выкопаны три гроба с чьими-то останками. До сих пор здесь находят человеческие кости, а один из гробов так и остается в подполье.
Что интересно: в один из своих приездов в Киренск хабаровчанину Сергею Красноштанову посчастливилось общаться с людьми, которые своими глазами видели надгробную плиту с указанием имени Ерофея Павловича Хабарова. Эта история, почти детективная, странная, необычная, в которой много недомолвок, умалчивания, убеждает - речь идет не о простой небрежности, невнимании потомков к памяти человека, а о направленных действиях, цель которых - заставить забыть само имя Хабарова и дело рук его. Короче говоря, плиту уничтожили или спрятали так надежно, что лишь слепой случай может отыскать ее…
Эта книга интересна тем, что через живую ткань документа в ней передан дух XVII века. Автор убежден, что Хабаров во многом обогнал свое время. Его поход на Амур - подвиг в одиночку, без надежды быть понятым и услышанным при жизни. Феномен Ерофея Хабарова все еще изучен недостаточно. И это не чья-либо вина. Просто сам по себе масштаб его личности, широта его интересов, смелость деяний оказались столь значительными, что потребуются, видимо, усилия нескольких поколений исследователей, чтобы представить себе эту фигуру в подлинном объеме.

Александр САВЧЕНКО.