В «круглом столе», который провела редакция нашей газеты, участвовали: Константин Домнин, главный инженер МУП «Города Хабаровска «Водоканал», Елена Архипова, главный технолог «Водоканала», Любовь Панина, начальник Центральной химико-бактериологической лаборатории водопровода, Татьяна Зайцева, заместитель руководителя управления Роспотребнадзора по Хабаровскому краю, Ирина Зубун, заместитель начальника отдела санитарного надзора Роспотребнадзора, Владимир Сидоров, заместитель председателя Хабаровского отделения ВООП.

Хабаровск снабжается питьевой водой большей частью из Амура. Много лет нам толковали, что чистота и безопасность питьевой воды зависят от времени года: весной качество воды обязательно ухудшается. Как очищается она? Кто контролирует процесс? Почему санитарные врачи не рекомендуют пить воду из-под крана? Что ожидает горожан в дальнейшем? Эти и другие вопросы обсудили участники «круглого стола».
Е. Архипова: Некоторый дефицит воды хабаровчане ощущали почти всегда - город строился быстрее, чем его водопроводные сети. В 1937 г. была построена Северная насосная станция - там до сих пор самая чистая вода, поступающая из 23 подземных скважин. В 1964г. появилась Южная насосная, а через десять лет - насосная станция первого подъема головного водозабора.
В Хабаровске применяется классическая схема очистки питьевой воды: сначала первичное хлорирование, коагуляция - нынче мы используем гарантирующий высокую степень очистки оксихлорид алюминия. Его выпускают на хабаровском предприятии. «Водоканалу» требуется почти 500 т в месяц (тонна стоит 16 тыс. руб.). Затем подбираем флокулянты (катализаторы очистки). В специальных камерах создаются хлопья, на них адсорбируются частички мутности, в отстойниках вода осветляется и приходит на фильтры. Здесь фильтруется, вторично хлорируется и осветляется до нормативов СанПиНа. Затем подается в резервуары, откуда поступает в сеть.
Амур по многим показателям не отвечает требованиям к источнику питьевого водоснабжения, а что делать? Весной основная проблема - запахи (высока цветность реки, не хватает кислорода, низка температура, процессы самоочищения снижены). В этот тяжелый период мы используем активированный уголь. Делаем это с 2005 года, причем впервые уголь начали вводить на станции первого подъема, продлив тем самым его адсорбционное действие.
- Но горожане, во всяком случае, жители центра города, этой весной не заметили, что появился запах у воды.
К. Домнин: Просто в этом году углевание мы начали раньше, поэтому хабаровчане и не почувствовали запаха. Но он все-таки был, чего скрывать. А вот, помню, в Харбине еще несколько лет назад такой запах стоял - между ледяных фигур изо льда Сунгари ходить нельзя было! Ну тогда там лишь половина сточных вод очищалась. Сегодня вода стала лучше и там, и у нас в том числе. Цифры говорят, если два года назад превышение фенолов отмечалось до 7 ПДК, нынче - в несколько раз меньше. Соседи после печально известного «пятна» закрыли на берегах Сунгари ряд химических предприятий.
Кстати, мы давно уже начали изучать возможности активированного угля для очищения воды: самые первые в России разработали проект станции углевания. Просто построить ее до прохождения «пятна» не успели. Когда узнали о бензольной угрозе, тут же сделали, хотя и по временному варианту. Эта схема и сегодня работает. В силу приоритетности строительства объектов станция пока не построена - не все сразу. Но качество выдаваемой «Водоканалом» питьевой воды отвечает требованиям СанПиНа.
Л. Панина: Наша лаборатория контролирует как амурскую воду, так и ту, что выходит из очистных сооружений и распределяется по водопроводной сети. Есть показатели, характеризующие степень загрязнения речной и степень очистки питьевой воды. До 2001 года на страже качества стоял ГОСТ, по которому нормировалось 28 обязательных показателей для любого источника питьевой воды в стране. Теперь перечень и периодичность исследований определяет СанПиН: их программа для нас расширена и сегодня составляет более 100 показателей. Причем проводим анализ воды даже на содержание запрещенных во всем мире пестицидов (в Китае же они по сей день применяются).
Сам органический фон загрязнения изучается в лаборатории краевого Центра экологического мониторинга и прогнозирования чрезвычайных ситуаций, а вот какое там количество загрязняющих компонентов - определяется у нас, на наших приборах. Как только обнаруживается загрязнение, мы тут же изменяем технологию очистки: или новые флокулянты вводим, или реагенты меняем.
Кстати, в Хабаровск поступает питьевая вода не только из Амура, еще и из подземных источников - со скважин Заячьего острова, поселка Геофизиков, например. Кое-где используется ультрафиолетовое облучение: оно позволяет стабилизировать качество воды, не применяя хлор. В будущем «Водоканал» займется установкой приборов обеззараживания воды ультрафиолетом на головных очистных и Тунгусском месторождении.
Центральная химико-бактериологическая лаборатория уже вторично аккредитована, что говорит о высоком уровне работы. Следовательно, питьевую воду для города мы очищаем как положено. Но дело-то ведь не только в очистке питьевой воды из источника. Сегодня больше следует говорить еще и о вторичном ее загрязнении.
- То есть о том, какой дойдет вода до каждой конкретной квартиры?
К. Домнин: Да. На выходе в сеть качество воды соответствует нормативам. Воду мы «доводим» до дома, но далее идут внутренние разводки... Свои-то резервуары обеззараживаем, санируются и магистральные сети, делаются промывки. Но куда деться от известного факта: износ труб подающих сетей в городе более 70 процентов. (К слову, общая протяженность водопроводных и канализационных труб в Хабаровске - 1256 км).
Есть еще и проблема утечек - они составляют 23-24 процента потерь. С этим боремся. У нас действует даже специальный лабораторный комплекс, ведущий поиск скрытых утечек.
А трубы меняем: в городе применяется бестраншейная технология их замены, вот уже 12 лет старые чугунные меняем на трубы из высокопрочного чугуна или полиэтилена. Новые трубы гибкие, устойчивые к коррозии и служат не десять лет, как стальные, а полвека. Правда, в год меняем не более 30 км. А надо бы 60, тогда есть шанс за 10 лет водопровод привести в нормальное состояние. Но денег на все не хватает!
- Но ведь «Водоканал» занимается эксплуатацией водовода лишь «до подъезда», как вы сказали...
К. Домнин: Да, жилищно-коммунальное хозяйство занимается эксплуатацией жилого фонда - сантехники из ЖЭУ в старых домах промывают стояки и т.д. В новых, кстати, домовые трубы делаются уже из современных материалов (металлопола и пр.), там питьевая вода иного качества. Вот и получается: город один, а вода разная... И соответствует ли нормам, смотрят к тому же санитарные врачи.
И. Зубун: Управление Рос-потребнадзора осуществляет государственный контроль за качеством и безопасностью питьевой воды.
В Хабаровске существует программа мониторинга за качеством речной и питьевой воды, утвержденная правительством края. Принята она была в связи с аварией на химическом заводе в Китае в 2005 года.
Хотя в прошлом году мы отмечали тенденцию к улучшению качества речной воды, тем не менее весь год в Амуре было небольшое превышение по фенолам, например. В восьми процентах случаев из 100 было отмечено вирусологическое загрязнение воды.
Я согласна с тем, что качество питьевой воды все-таки улучшилось как по санитарно-химическим, так и по микробиологическим показателям. Да, было выявлено 14 нестандартных проб из 100, причем не в воде «Водоканала»: есть еще и немало ведомственных водозаборных сооружений. Есть водозабор Краснореченской КЭЧ, железнодорожной станции Хабаровск-1, станции Амур, химфармзавода... Вот они-то в основном и дают нестандартные пробы.
- Потому что эти водозаборы устарели?
Т. Зайцева: Еще и потому, что на водозаборных сооружениях Краснореченской КЭЧ, к примеру, нет полного комплекса очистки питьевой воды. Когда в 70-х годах началась его эксплуатация, то вода в реке была иного качества. Ее можно было просто механически очищать, обеззараживать и подавать потребителю. Сегодня состояние реки кардинально изменилось, а сооружения остались прежними.
И. Зубун: В программу мониторинга включены обязательные вирусологические исследования воды водопроводов Хабаровска, Комсомольска-на-Амуре и Амурска. Мониторинг же мы ведем не первый год - самое малое 10 проб питьевой воды в месяц исследуем. В 2007 году вирусов в питьевой воде городских водопроводов не было выделено.
Поэтому уверенно говорим: вода, подаваемая населению, безопасна по санитарно-химическому составу, а вот по мутности-цветности не соответствует нормам. Особенно из ведомственных водопроводов.
К. Домнин: В ближайшее время хабаровский «Водоканал» примет водозаборные сооружения Краснореченской и других оставшихся КЭЧ. Правда, очищаемая ими вода требованиям СанПиНа не совсем отвечает, многое придется переделывать и строить заново. Поэтому власти края и города занимаются поиском финансовых средств, необходимых для решения этой проблемы. К тому же на Красной Речке ведь есть вопросы не только по водоснабжению, но и водоотведению.
Ну а жители Хабаровска-2, жилмассива возле нефтеперерабатывающего завода уже переведены на городскую воду. Результат налицо: вода очень неплохая, сразу же поток жалоб уменьшился…
Т. Зайцева: Конечно, нельзя сказать, что население той же Красной Речки и других отдаленных городских районов остается без внимания санитарных служб. Как обычно весной - в неблагоприятный период года - Роспотребнадзор предлагает населению пользоваться привозной питьевой водой. Ее доставляют специальными машинами. Хотя жалобы на качество есть всегда, чего скрывать.
- Так что надежда только на тунгусский водовод?
К. Домнин: Даже ввод в действие Тунгусского месторождения не решит полностью проблему обеспечения Хабаровска питьевой водой. Сегодня город потребляет около 400 кубических метров воды в сутки. Тунгусский водозабор может дать до 500 кубометров. Если умело эксплуатировать источник и развивать его, можно развить и до миллиона.
К 2010 году будет построена первая очередь на 100 тыс. кубов в сутки, она «закроет» потребности в воде только северной части Хабаровска. Ведь почему там сегодня не строится жилье? Почему «Балтика», онкоцентр «сидят» на собственных скважинах? Потому что там нет городской воды. Будет вода, и район начнет развиваться. Ну а до 2015 года сдадим вторую очередь водозабора, тогда вода Тунгуски пойдет в центр.
Там будет применена современная технология: очистка от железа и марганца в пласте по немецкой технологии, без применения реагентов, обрабатываться вода будет ультрафиолетом и гипохлоритом натрия, контроль качества станет осуществлять собственная лаборатория, причем в автоматическом режиме.
Т. Зайцева: Сегодня же, повторюсь, жалобы на качество городской воды продолжаются. И все-таки прежде, чем идти с жалобами к санитарным врачам, следует обратиться туда, куда за эту воду вы платите. В ЖЭУ, ТСЖ для начала. Анонимные жалобы Роспотребнадзор не рассматривает, остальные - в обычный месячный срок (за исключением очень сложных).
К. Домнин: Следует сказать еще одно. Кроме строительства нового водовода необходимо еще реконструировать блок отстойников и блок фильтров, ведь физический износ бетона отстойников уже близок к аварийному. Надо еще и вторую очередь очистных строить на 76 тыс. кубов в сутки. Они будут по последнему слову техники: автоматизированное удаление ила в отстойниках, использование тонкослойных модулей - технология, предусматривающая интенсивное осаждение ила на речное дно.


Да, в исходном водоисточнике, Амуре, вода у нас ненадежного качества. Но вода из крана безопасна - так говорят участники «круглого стола». Конечно, ее ни в коем случае не сравнишь с бутилированной - к той предъявляются более жесткие требования, и она полностью соответствует нормативам по органолептическим показателям. Есть возможность - покупайте. Нет - пользуйтесь городским водопроводом. Но знайте: воду из-под крана все-таки следует кипятить, это элементарное санитарно-гигиеническое правило.

«Круглый стол» вела Наталья Платошкина. Фото Сергея ПЛОТНИКОВА.