Оксана Корнева - самая молодая из двадцати хорских фермеров. У нее хватает сил и рабочего запала и на Переяславском молочном заводе трудиться, и держать свое подворье (20 свиней - не шутка!), и решиться на создание уникальной для края зверофермы по выращиванию норок.

- Сейчас в голове прокручиваю, думаю, как я могла взяться за разведение норок?! Ведь это совершенно неизвестное дело! Я ж технолог на молочном заводе, - смеется Оксана. - Это идея мужа, два года назад поддалась на его уговоры. Год готовились, читали специальную литературу, я два раза ездила на звероферму в Приморье. Потом в мае прошла у них недельную стажировку. Только потом решила, что справлюсь.
На жаре сначала обожглась
Изначально Корневы рассчитывали приобрести сотню норок. Но пока шла тщательная подготовка к открытию своей фермы, цена на зверьков подскочила. Денег хватило только на 64 особи. Норок покупали в Приморье, где Оксана проходила стажировку. Там сразу предупредили, что «покупка» может не доехать до села в целости. Норка - не тот товар, на который можно дать гарантию. Зверьки шустрые, по дороге могут разбежаться и из машины выскользнуть. К тому же норки не большие любители путешествовать - некоторые настолько плохо переносят транспортировку, что погибают в пути. Но Оксане повезло - добрались все живы-здоровы. Всю ночь до шести утра расселяли по клеткам. Пережить длинную дорогу из Приморья норки смогли, но вот летняя жара зверюшек измучила.
- На жаре мы обожглись, - признается Оксана. - От тепловых ударов потеряли за один день 30 норок. Температура была 36 градусов жары. Я была на работе, и за ними смотрел муж. Он покормил их и дал поспать. Но в жару норкам ни в коем случае нельзя давать спать - они не просыпаются. Теперь мы перенесли кормежку ближе к вечеру, чтобы они в самый солнцепек двигались в клетках - тогда идет теплоотдача.
Для норок построен отдельный дом с двумя длинными рядами клеток. Здесь бесконечно двигаются, прыгают, дерутся между собой, просовывают сквозь прутья свои любопытные носы 360 зверьков. Их жизнь - бесконечное движение. Забавная внешность и черные глазки-бусинки подкупают человеческие сердца.
Но не стоит умиляться - все-таки это дикие звери.
- Мы очень быстро поняли, что с ними надо быть очень аккуратными. Меня всего два раза кусали. Зубы у них очень острые. И шустрые такие - с ними надо всегда быть начеку. Вчера забыла одну клетку закрыть, самец выскочил и ну носиться по клеткам! Хорошо, было время обеденное - удалось кашей в клетку заманить.
Рацион норок состоит из рыбы, мяса, крупы, картофеля и биодобавок. Первое время свежеиспеченные фермеры плохо ориентировались в ценах и понесли большие расходы на кормах. Работали в убыток, пока не «набили руку». Теперь стало полегче. Да и после личной встречи Оксаны Корневой с губернатором края Виктором Ишаевым министерство сельского хозяйства края оказало фермеру ощутимую поддержку. Помогло заключить договор на поставку рыбных отходов по 2 рубля за килограмм. К осени обещают начать поставки рыбы с Анюйского завода. Сейчас содержание одной норки в день обходится в один рубль пятьдесят три копейки. Правда, на все поголовье это уже 15-17 тысяч рублей в месяц.
- А еще нам подарили компьютер! Мы уже сами собрались покупать, но в разговоре с Виктором Ивановичем случайно упомянула, что нам необходим компьютер - и вот вчера нам его установили! - радуется Оксана. - Это ощутимая помощь. В нашем крае нет специалиста, который мог бы рассчитать рацион моим зверям. Такой сложный процесс! Мне приходилось скидывать перечень продуктов сотрудникам приморской зверофермы. Они рассчитывали и отправляли мне обратно. Уходила, как минимум, неделя. Мне, например, предложили 200 килограммов дешевой рыбы, но пришлось отказаться, так как людей не станешь по таким мелочам беспокоить. А сейчас в Интернете мы нашли программу, чтобы самим рацион высчитывать. Или была еще проблема договориться по поводу выделки шкур. Теперь списываемся по Интернету.
Осенью в звероферме будет первый забой. Из 360 зверьков на развод оставят только 70 штук. Шкурки продадут в хабаровское ателье - уже есть договоренность. Если продажа мехов пойдет, то Корневы собираются увеличить поголовье - купить голубых норок.
- Уже клиенты записываются на шубы, - говорит Корнева. - Вчера звонили, говорят: «Вы имейте нас в виду, что мы первые». Но уже есть очередь. Китайские норковые шубы дешевые, но качество оставляет желать лучшего. Из российских норок шубы на порядок дороже, но желающие их приобрести всегда есть.
В планах хозяйки сделать свой забойный цех, кормокухню и ателье. Чтобы доходы не уходили из хозяйства.
Куда спецназовцу пойти…
- Реально заработать деньги в частном хозяйстве можно, только замкнув полностью круг от производства до реализации, - согласен с Оксаной Корневой фермер из села Соколовка Андрей Пономарев. - В моем случае это должно быть производство кроличьего мяса и выделанных шкурок. Пока в моем хозяйстве этого нет - сказывается недостаток оборотных средств. Но кроличья ферма по большому счету - эксперимент. И зона стабильности в нем - около 30 процентов. Была бы эта система опробована, было бы проще. На создание фермы ушло полтора миллиона рублей, хотя сейчас я мог бы построить ее тысяч за 500, но все ведь создавалось методом проб и ошибок.
Андрей Юрьевич - военный пенсионер. Служил в погранвойсках, потом перевелся в спецназ УВД. Вышел на пенсию и занялся разведением кроликов. «А куда еще спецназовцу пойти? Только в кролиководы», - шутит Пономарев. В его хозяйстве сейчас около 650 кроликов. Точную цифру назвать сложно - каждый день появляется приплод. Издалека кроличья ферма напоминает пасеку, только в «ульях» обитают не пчелы, а кролики. Каждая клетка делится на две половины. Здесь одна крольчиха выкармливает свое потомство, во второй половине другая находится в маточном гнезде с электрическим подогревом. Потом они меняются местами, а крольчат распределяют: кто переходит в ряд невест, кто на откормку.
- Я своим крольчихам говорю: «Девчонки, замуж пойдете?» - «Нет». - «Тогда на забой». Они говорят: «Ладно, тогда замуж!». А если серьезно, смотрим на характер самки. Спокойных оставляем на размножение, а «истеричек» - на мясо. У спокойных «дамочек» и приплод больше, потому что у нервных зародыши могут «рассосаться» в животе, и детишки у них рождаются спокойные.
Кроличью ферму Пономарев обустраивал по системе известного российского кроликовода Игоря Михайлова. Ездил к нему на учебу в Санкт-Петербург. Там же приобрел патент на комфортабельные кроличьи домики, купил чертежи клеток и компьютерную программу, позволяющую рассчитать рацион животных. Единственная проблема - программа Михайлова рассчитана на другой климат, нежели дальневосточный. Поэтому становление кроличьей фермы проходило под девизом «Строим по-михайловски и... тут же перестраиваемся!».
Кроличья ферма у Андрея Юрьевича уже полтора года. Пока средства идут только с продажи мяса, да и то небольшие - продают мясо только знакомым.
- Прошлую зиму мы пережили, теперь надо готовиться к новой, а средств хватит только на прокорм стада. Придется снова брать заем. На ферму требуется много сил и времени, - рассказывает Андрей Пономарев. - Задумок масса: хочу создать комплекс, чтобы шкурки выделывать на ферме, кроить - все это будет приносить прибыль. Есть своя лесопилка и столярный цех. Жаль, что селяне не идут работать. Много платить не могу, а они говорят, что лучше будут пить, чем мало зарабатывать. Было бы у меня, как раньше на Руси, 10 сыновей и пять дочерей. Мы бы все вышли и разом все сделали. Фермерство начинать надо только при наличии большой семьи, тогда все будет даваться легко.
Максутовым помогают дети
У односелянки Андрея Юрьевича Екатерины Максутовой рабочих рук в семье хватает. Муж, два взрослых сына, дочь, зять - работа найдется всем. Летом сыновья приезжают на побывку: младший - на каникулы, старший - в отпуск. Делают запас сена на зиму, помогают содержать хозяйство. А подворье у Максутовых внушительное: крупного рогатого скота 51 голова, свиньи, овцы, почти 100 куриц. Вставать приходится в шесть утра, а ложиться не раньше одиннадцати вечера. Пока за всеми уберешь, всех накормишь, выпасешь...
Понежиться в постели подольше позволяется только внуку. Но как только Карим просыпается, тут же включается в работу - помогает ухаживать за лошадьми. Недавно фермеры приобрели двух молоденьких кобылок - Звездочку и Ласточку. Звездочка - дама с норовом, ее держат для разведения, а Ласточку будут объезжать, чтобы можно было на ней верхом пасти скот - пастбище далеко от дома.
Овец, по признанию хозяйки, держат для души. С детства привыкли к баранам на подворье. Родители Екатерины Александровны держали по 100 баранов. Мама вязала из овечьей шерсти носки, рукавицы. И сейчас в доме Максутовых есть матрацы и подушки, набитые овечьим пухом заботливой матерью. Хотели поддержать традицию отцов, но не получилось. В Хабаровском крае овцам приходится нелегко - климат не тот. Поначалу животных поражала копытная гниль. Сейчас во избежание заболевания овец из сарая не выпускают даже попастись. Уберечь их можно только так.
Хозяйство хлопотное. Каждый выкладывается по полной, проблемы стараются решать сами, сломается техника - починит старший сын. Зять после работы спешит к теще на подворье. Понимает, что его помощь нужна. Но даже у такой трудолюбивой семьи встречаются проблемы, которые самим решить трудно.
- Выращивание бычков на мясо не всегда бывает рентабельным, поэтому многие отказались от этого и перешли на молочное производство, - рассказывает Людмила Максутова. - Проблем полно: рабочих рук не хватает, и лето выдалось засушливое - трава очень низкая. В иной год в это время мы уже полностью заготавливали сено на зиму, а у нас сейчас только половина. Одна надежда, что осенью трава еще подрастет и мы сможем заготовить. Еще была проблема с реализацией мяса. Но после посещения нашей фермы Виктором Ивановичем Ишаевым нам поступило предложение о предоставлении торговых мест. Чтобы свежее мясо поступало покупателям сразу.
Осенью Максутовы собираются воспользоваться этим предложением и выйти на хабаровские рынки со своей продукцией.
Местные фермеры готовы вкладываться в развитие своих хозяйств. Отдавать им все время и силы. И благодаря поддержке со стороны правительства Хабаровского края фермерство сможет в дальнейшем твердо встать на ноги. В этом энтузиасты-частники уверены. И глядя на них, тоже заражаешься уверенностью, что село выживет и не по­грязнет в пучине безработицы и повального пьянства.

Ирина Троценко. Фото автора.