Помнит, как мать с пятью детьми бежала из Уссурийска. Их отца искали как преступника, а как же - сын кулака. Это уже потом Николай Михайлович узнал, что дед - из первых переселенцев, приехавших на Дальний Восток, слыл зажиточным человеком, имел две мельницы, большое хозяйство. Богатство это отцу и аукнулось. А сами они голодали, на картошке только и выжили.

В войну тринадцатилетний Коля волей судеб попал в музыкальный взвод. Так что воевал под музыку. А пороху понюхать все-таки пришлось здесь, в Маньчжурии.

Больше музыки Николай Михайлович любил книги. Носил за спиной учебники, наверстывая программу, начиная с пятого класса. Учил стихи и мечтал. А потом поехал в Киев учиться на моряка. Вернулся, ходил по Амуру, даже капитаном стал. Но, как мастеровой человек, он хотел что-то делать своими руками. Занялся строительством. А потому, когда в Хабаровске стали строить часовню на городском кладбище, стал ее прорабом. Возвели ее на народные деньги.

А недавно в часовне делали ремонт. И опять позвали Николая Михайловича. Он человек беспокойный, во все вникает. Город, конечно, денег дал. Но на большую икону средств уже не хватало. Художники запросили по-божески, а когда принесли готовый лик Христа, вовсе от денег отказались. Грешно, место-то особое, святое.

Николай Михайлович, зажигая свечку, вспоминает отца и деда Агея, в честь него назвали внука. Такое имя, да еще и фамилия парню достались! Ведь не иначе, как в память об Агее Кулеше в Приморье окрестили речку, разъезд. Жизнь продолжается. Здоровья вам!