Потомок профессора физики Натана Варгафтика, автора классического труда по теплофизическим свойствам жидкости и газа и лауреата Сталинской премии, в детстве Артём лепил пластилиновый оркестр, увлекался чтением «Инструментоведения для музыкальных училищ» и осваивал виолончель. В 22 года Варгафтик, уже выпускник академии музыки им. Гнесиных, попал на радио, сделав передачу к 70-летию легендарного виолончелиста Даниила Шафрана. В 26 лет Артём появился на телевидении с «Мерзавцем», программой о Рихарде Вагнере, назвав его «крупным жуликом, который стал всемирно известным композитором».

Интерес к биографиям классиков сочетался у внука выдающегося физика со стремлением думать головой, обязанность, которую, по словам Варгафтика, никто не отменял. Он пришел на телевидение с девизом: «То, что люди называют вечными ценностями, на самом деле затянувшаяся мода».

Передача Варгафтика «Партитуры не горят» получила две «ТЭФИ», а ток-шоу о классической музыке «Оркестровая яма» после перерыва вновь готовится к выходу на канале «Культура».

В Хабаровск Артём Варгафтик прибыл в рамках первого международного музыкального фестиваля под руководством Юрия Башмета. 6 апреля камерный оркестр «Солисты Москвы» исполнил «Карнавал животных» К. Сен-Санса и музыкальную сказку С. Прокофьева «Петя и волк». Чтецом выступил Артём Варгафтик.

- Артём Михайлович, следуя вашей традиции, давайте «раскопаем», откуда эта музыка берется...

- Вы про «Петю и волка»? Давайте. Начнем с того, что Прокофьев вообще был мастер создавать совершенно новые, я бы сказал, прецедентные ситуации. Первый в мире клип (да!да!) на его музыку был снят Сергеем Эйзенштейном в фильме «Александр Невский». Да, это именно клип, пусть и шлемы были смешные, и лед фанерный.

«Петя и волк» - это первая в мире симфоническая сказка с чтецом. Написана она была по просьбе создателя первого (тоже первого!) детского театра Натальи Сац. Премьера прошла 2 мая 1936 года, на ней было мало народу и никто ничего не понял. Предполагаю, что публика просто плохо слышала текст, который читала сама Наталья Сац. Она, бесспорно, была хорошим чтецом, но без микрофона...

Прокофьев только что вернулся в СССР после 18-летнего отсутствия. Это было его первое произведение в новой России, и холодная реакция публики его разочаровала.

Можно, конечно, искать разные политические подтексты в этой сказке: волк - советская власть, охотники - власть капиталистическая. Но для меня это история, которая сильна интуитивным композиторским письмом и мастерством. Он написал эту сказку очень быстро, не прилаживая, не переписывая. Хорошо, когда в человеке живет ребенок, несмотря ни на что, который подталкивает взрослого под руку, и он творит что-то этакое.

- У вас такое бывает?

- Бывает во время концерта или передачи. Появляется какой-то кураж, когда хочется назвать вещи своими именами.

- К примеру, глупость назвать глупостью...

- Да, именно так. Могу привести пример явной глупости. Это связано с Шестой симфонией Чайковского и со всеми пирогами, которые вокруг нее наверчены. Впервые она была исполнена 16 октября 1893 года в Петербурге. Через 9 дней Чайковский умер совершенно необъяснимой смертью....

- Вы не знаете, отчего?

- Никто не знает. Я недавно специально ездил в Питер, чтобы почитать очередную, шестую, наверное, по счету, биографию Чайковского, изданную в серии ЖЗЛ, автор - Александр Познанский. Так вот, считается, что Шестую симфонию Чайковский написал как свою лебединую песню. Там совершенно похоронный, отчаянный трагический финал, из-за которого, говорят, она успеха и не имела.

Под этот готовый ответ подгоняется всё - и как эту симфонию играть, и как её слушать, иногда в совершенно неприличных исполнениях. Но есть очевидный факт - Чайковский написал Шестую симфонию в начале 1893 года, посвятив ее племяннику Володе Давыдову, Бобу, который закончил жизнь самоубийством в 35 лет. Действительно, что-то в этой симфонии композитор пережил, с чем-то попрощался, может быть, описал мрачное будущее племянника.

Он это пережил, а потом начал сочинять сразу не одну, а несколько вещей. Если бы не случайная смерть после премьеры Шестой симфонии, никто не стал бы впоследствии исполнять ее, как тягостную, нудную гражданскую панихиду.

Кстати, в 2009 году приезжал в Москву английский дирижер сэр Роджер Норрингтон. Он выдающийся аутентист, то есть исполняет музыку в особенностях той эпохи, когда она была создана. Так вот, по-моему, в его исполнении Шестая симфония прозвучала фактически, как премьера. Впервые за 100 с лишним лет он сыграл ее как нормальную музыку, просто посадив оркестрантов, как сажал их сам Чайковский. И вот выясняется, что когда оркестр правильно сидит, нельзя найти, кто играет мелодию. Она написана, как ускользающая мелодия, а не песнь, которую надо с мучительным видом пропеть.

Вот вам и тайна самоубийства Чайковского: ни один нормальный человек не будет писать симфонию на собственную смерть.

- А как же Моцарт, которому загадочный человек в черном заказал Реквием?

- Здесь правда лишь в том, что Моцарту действительно заказали написать Реквием. Но написал-то он всего две части... То, что мы знаем, как знаменитый Реквием Моцарта, написано, по крайней мере, тремя разными людьми.

Но вот мы не знаем, что на самом деле лебединой песней Моцарта было совсем другое произведение: кантата на открытие масонской ложи, в которую ходил Моцарт. Он дирижировал ею меньше, чем за две недели до смерти. Это такая радостная, светлая вещь! Стал бы кончать с собой человек, написавший такую вещь?!

Но если знать об этом, то пропадет тот нездоровый интерес, который всегда сопровождает классику. Обычно всех интересует, кто от чего умер. Две самые таинственные смерти - Моцарта и Чайковского - лучший пиар для классической музыки.

- Разве вы сами не пользуетесь этим интересом, делая передачи не о музыке, а о том, в каких условиях она создавалась?

- Музыка - часть жизни, она не может существовать вне её. Да, мы расстаемся с мифами, услышав, что великий не так уж велик, светоч - не очень светел, а классическая музыка не только мотивчик, форте или пьяно, в ней всегда имеются контекст, атмосфера и жизнь. Идея в том, чтобы раскопать, откуда вся эта музыка берется. И показать - от нее можно всерьез и по-настоящему, как говорит молодежь, «тащиться»...