Париж был Меккой художников. До сих пор в нем открыты множество художественных галерей. Они придают особое очарование этому городу.

В Хабаровске, если не ошибаюсь, четыре галереи. Хозяином галереи «Минус 2», расположенной на Комсомольской площади, является художник Игорь Кравчук. Можно ли сочетать коммерцию и творчество? И как это сочетание влияет на творческое лицо автора? Объяснить сложно.

Прежде хочу сказать о творческом пути своего героя. Путь этот резко делится на две части, на два периода. Впечатление, что видишь картины разных людей.

Смена стиля - явление в искусстве не частое. Ведь стиль - спонтанное, невольное проявление личности. Поэтому было сказано, что «стиль - сам человек».

Уникальное исключение - Пабло Пикассо. Он сделал смену стилей своим стилем. То он лирик, то рационалист, то разрушитель, то клоун...

Еще можно вспомнить художников древнего Китая, которые каждые 25 лет меняли стиль и имя. Наверное, они хотели прожить несколько творческих жизней?

Что же заставило Игоря Кравчука отказаться от безоглядной свободы ранних работ? Почему он сменил флейц на тонкую кисть?

Становление художника Кравчука совпало с началом перестройки. Воздух свободы витал тогда в обществе. Он искал форм, чтобы стать зримым. Страна запела другие песни, поскольку всем захотелось перемен.

Игорь Кравчук сблизился с молодыми живописцами Игорем Шабалиным, Геннадием Араповым, Андреем Паукаевым, Владимиром Хрустовым. Их первая выставка в галерее им. Алексея Федотова прозвучала как праздник, как открытие.

Разные и неуловимо чем-то похожие художники объединились в группу «5». Они, как эскадрилья, встали на крыло, сделали несколько умопомрачительных виражей-выставок и разлетелись в разные стороны, продолжая свой творческий полет в одиночестве.

Так всегда бывает. Зрелость не любит ходить строем.

Можно назвать стиль Игоря Кравчука времен «5» спонтанно - героическим. Напор и натиск, бешеный темп исполнения, безоглядная свобода стали содержанием его работ.

Чтобы писать такие картины, надо уметь радоваться жизни. Нужно очень верить самому себе и верить, что зритель пойдет за тобой.

Спонтанное желание выплеснуть энергию на холст роднило Игоря Кравчука с другим членом «пятерки» Андреем Паукаевым, но этим сходство и заканчивалось.

Утонченность Паукаева Кравчуку была не нужна. Он радовался своей молодости, радовался возможности все нарисовать: и эти льдины, вылезшие на берег погреться на солнышке, и эти деревья, готовые брызнуть первой зеленью, и это солнце, примостившееся в луже на обочине лесной дороги! Какое счастье!

Именно счастье, немного глупое и безоглядное, щенячье какое-то, улавливаю я в работах раннего Кравчука. Но ведь еще Пушкиным было сказано, что «Поэзия должна быть глуповата», а то, что творил тогда Игорь, явно было не прозой.

Безоглядная молодость не может длиться вечно. Свобода свернулась, ограничилась выживанием. Нужно было устраиваться в новой жесткой жизни.

Оказавшись один, Игорь решил начать свое дело. Он задумал понять законы арт-бизнеса. Почему некоторые картины покупают сразу, как горячие пирожки, а другие всем нравятся, но никто их не покупает? Почему полевые цветы нравятся больше, чем садовые? Почему полянка, ручеек, утренняя дымка заставляют зрителя открывать свой кошелек?

Игорь Кравчук перестал солировать, забыл о самозабвенном самовыражении и стал экспериментировать с психологией зрителей.

Он хотел найти безотказный путь к их сердцам. Именно зрители заставили его кардинально поменять манеру. Детали, которыми он так пренебрегал, до предела заполнили его холсты. Листики, травинки, камешки, завитки облаков...

Но художественность не определяется наличием или отсутствием деталей. Главное - цельность и органичность.

Порой в своих экспериментах Игорь заходил далеко. Он начинал говорить с примитивно мыслящими людьми языком примитива. И те, принимая его за своего, охотно покупали набитые осенним золотом и яркой синевой холсты.

Порой он, забыв обо всем, увлеченно писал цветы, стараясь наполнить работу их живым дыханием. Тогда на картину откликались знатоки. «Игорь, ты пиши, пиши цветы»,- говорил тонкий живописец Валентин Степанов.

По существу художник экспериментировал над самим собой, над своей душой и восприятием. Но что интересно, он всегда оставался искренним.

Конечно, его интересовали деньги. Надо на что-то жить, надо краски покупать, но в душе продолжал гореть интерес к самой живописи. Выдуманный цветной мир стал его убежищем и любовью.

Но могут ли сочетаться коммерческий расчет и искренность? На мой взгляд, это сочетание возможно, но доступно не каждому. Формулу такого успеха дал А.С. Пушкин: «Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать».

У самого Пушкина коммерческий успех не состоялся. Наблюдая, как менялись хабаровские художники, успешно занявшиеся коммерческим искусством, вижу, как деформировался их талант об деньги.

Смотрю и вижу, что своими картинами они говорят не со мной и не с собой, а с каким-то богатым, не очень мне интересным человеком, любящим пестроту и роскошь. А Кравчук продолжает балансировать на грани. Не может он устоять на горле собственной песни. Это дает надежду, что он сможет соединить два этапа своего творчества в один.

- Живопись - не просто созерцание картин, это средство общения. Сейчас искусство становится средством международного общения. И мне приходилось принимать участие в таких мероприятиях. Общаясь с художниками из других стран, понял, что мы близки. Нас сближает любовь к природе и общие принципы добра. И юмор мне их понятен. Их жизнь состоит из тех же радостей и печалей, - сказал Игорь Кравчук.

Он рассказал, что его персональная выставка, прошедшая в Дальневосточном художественном музее в октябре 2010 года, позволила ему по-новому увидеть самого себя.

- Картина, как луч солнца, может выхватывать из привычной реальности то, что раньше не замечал. Она может согреть сердце. К нам в галерею приносят старые вышивки, фотографии, иконы с просьбой отреставрировать, оформить, - говорит Игорь. - Хорошо, что люди хотят сохранить семейную память. Это у меня вызывает уважение. Есть большая история страны, но она состоит из малых историй семей и конкретных людей. Порой по инициативе зрителей мы в галерее проводим неожиданные, незапланированные выставки. Были выставки ежиков, пивных кружек... Маленькие забавы больших людей. Есть у меня идея сделать выставку из частных собраний. Познакомить людей друг с другом. Пусть вместе любят искусство. Радует, что многие пенсионеры начали рисовать, вышивать. В городе есть заметное оживление народной художественной жизни.

Мне близки мысли художника и галериста Игоря Кравчука. Если его идеи будут воплощаться в жизнь, наш красивый город будет походить на Париж не только одной своей улочкой.