Его призвали в армию осенью 1943 года - Демьяну Ходжеру исполнилось 17 лет. Попал нанайский парень в Приморье в стрелковую часть, но так случилось, что потомственный стрелок Ходжер за всю войну не сделал ни одного выстрела. Он попал в разведку.

После шестимесячных курсов Демьян Ходжер умел обращаться с рацией, становиться незаметным, растворяясь в складках местности, все видеть и запоминать. В первое свое задание, а случилось это как раз 9 мая 1945 года, его перебросили в Маньчжурию. Вместе с напарником (эвеном по национальности) Степаном Белолюбским они  должны были обнаружить военные склады, укрепленные позиции японцев. Не меньше разведку интересовали мосты и дороги. Однажды, вспоминает Демьян Васильевич, их обнаружили и стали преследовать. Бежать пришлось километров десять с тяжелым рюкзаком, в котором разведчик нес рацию, плавсредства, то есть лодку, на которой они переправлялись по реке, патроны, гранаты, запас продуктов. Их спасли быстрые ноги и внезапно наступившая ночь.

Понятно, что вылазки разведчики-диверсанты совершали в форме противника. Маленького роста, круглолицые, они очень походили на японцев, так что однажды их арестовала наша полковая разведка. Демьян подозвал командира взвода, стал объяснять: мол, свои мы, свои, отпустите. А тот суров: «Вот выясним, кто вы на самом деле такие, а там посмотрим».
- Пленных вели по улице, - рассказывает Демьян Васильевич. - Мальчишки бросали в нас камни, а женщины плевали в лицо. Я едва сдерживался от обиды.

Воевал он легко, был отчаянным и веселым. В очередной раз его забросили в глубокий тыл, под Харбин, надо было взорвать два моста. Но, как выяснилось, их смыло паводком. Впрочем, своим острым глазом он увидел и еще много чего.  Наша авиация по его наводке бомбила стратегические запасы противника.  А Демьяна Ходжера наградили медалью «За отвагу». За другие, не менее успешные операции его даже обещали представить к ордену Красного Знамени. Да не представили. Молод еще! Но он не в обиде. Война научила его жизни, пониманию того, что в ней главное, истинное, подлинное, а что - одна сплошная суета.

Когда его спрашивают солдаты подшефной воинской части, куда Демьяна Васильевича Ходжера часто приглашают, где и как он воевал, он смеется.

- Я не воевал, скрывался от японцев.

После демобилизации, а домой Ходжер вернулся в 1950 году, у Демьяна Васильевича все сложилось. Он получил юридическое образование. Работал следователем, судьей. Рядом с ним уже больше сорока лет его верная жена Анна Борисовна, личный доктор и рукодельница.

Демьян Васильевич гордится, что его маленький нанайский народ дал стране двух героев - Максима и Александра Пассаров. Подумать только, они вдвоем батальон немцев уничтожили! А на счету еще одного нанайского снайпера Захара Киле 117 снятых противников. Вот и думает Демьян Васильевич: хорошо бы в Хабаровске в честь двух нанайских героев назвать улицу. Уточняю, почему сразу двоих?
- А чтоб никому не обидно.

Он даже собирается написать мэру, а  может быть, самому президенту. По старой памяти. Они общались, когда Дмитрий Анатольевич прилетал в Хабаровск. А вообще, из их деревни на фронт ушли 12 молодых ребят, вернулись только пять, и все со страшными увечьями. Один из них потом совсем потерял зрение. Демьян Васильевич говорит, они, сверстники, водили его в баню. Однажды на солдатской спине он насчитал семь осколочных ранений. В память о них всех и была бы эта светлая улица.